Я был на кладбище у перелеска.
Часовенка. Кресты. Трава, трава.
И мне казалось: жизнь моя, как леска –
длинна, прочна, но может оборва…

Оградка, холмик и отцово фото.
Внезапный вздох, без слов, без языка.
И в нём бесплотное сквозило что-то –
уныние? Отчаянье? Тоска?

Ах, это не тоска! Скорей, грузило,
комок свинца, привязанный к лесе.
Вот тут могила и вон там могила,
а наверху – Господь. И все-все-все.


http://litfest.ru/publ/quot_ja_byl_...ot/221-1-0-5316

А у солнца есть собачка?
Где прячется Луна днем?
Какого цвета понедельники?
Взрослые бывают второгодниками?
Почему чайник становится громким, когда закипает?
Откуда берутся плохие люди, их тоже мамы рожают? А можно плохих убивать?
Сколько жизней у арбузной семечки?
Помидорам бывает стыдно?
А страусы ковыряются в носу?
Почему тетя такая страшная, ее в детстве недолюбили?
А волны умеют шнурки завязывать?
А бегемоты страдают одышкой?
Микробы тоже болеют?
А хомячка можно научить попу вытирать?
Сколько лет живут мухи?
У акул болят зубы? А есть рыбные зубные докторы?
А голуби мира несут яйца? А крыски?
Почему у кошек когти царапаются, а у собак – не очень?
А можно цыпленка под мышкой вылупить?
А у кошек и собачек тоже есть больница? А у хомячков? А тюрьма и милиция? И кладбище?
А почему люди болеют?
А серьезные люди дольше живут?http://litfest.ru/publ/prozaicheski...sy/272-1-0-5684

Ребенку дни длиною в мили,
Когда родным не до него..
Однажды, детке подарили
Игрушки мягкой волшебство.

Так стал девченке другом первым
Огромный плюшевый медведь, -
Целитель нежным детским нервам.
На нем смеяться и реветь

Пришлось не раз. Все снес на славу.
Не укорял. Не хмурил бровь.
И заслужил он тем по праву
Ее доверье и любовь.
- - -
Тебе теперь - слегка за двадцать.
Имеешь взрослые права
Курить бамбук, зубами клацать
И напиваться, чуть жива.

Но избегаешь ты излишка
Разгульной жизни всякий раз.
Ведь ждет в кроватке верный мишка.
Он не сомкнет стеклянных глаз.

И он дождется, ты же знаешь!
Сегодня.
Завтра.
И потом.
Придешь.
Обнимешь.
Поиграешь
Коротким плюшевым хвостом.

1.
Всё этот недолунок под ребром...
Назвать по именам и обесточить
бессонницу! Но за щекой у ночи
жевачка неделимых идиом.

Бессмысленны, поделенные в ночь
по разным берегам безумной чаши,
различия. Твои? Мои?
Пусть - наши.
И это называется "помочь",
и это называется "любить",
за каждый миг потребовав сестерций,
и пить офонарело водку с сердцем,
кричать в незаживающую нить.
Победа в перетягиваньи жил?!
"Судьбе судить" - судачили соседки.
В ногах кислотный май зелёно-едкий,
но где-то - ты,
и значит, стоит жить...

2.
Хмурит брови хохмач-сквозняк
и храпит в незакрытую форточку: "Тихо, тихо..."
Закупорим пол литра отборного стихо-лиха
в остановленный одиночеством товарняк
тишины. Я гляжу со спины,
как щетинятся новые книго-спины.
У одной тишины есть фонарик и луч былинный,
а моя (без вины) лишена световой войны
с просвиркой луны...

Я ищу тебя.
В андалузском, узком, чужом наряде,
выбиваюсь из-под земли каждой черной прядью.
За пядью пяди отправляю на фронт -
воевать за твою (и мою) свободу.
И судьба разрывает рот семигубому небосводу
на свет и воду...

 

автор Любовь Либуркина, Харьков
http://vertifest.org.ua/ru/blogpost/1082#second-cut
 

 

Круг десятый

Мария с битой ничем не хуже Марии с ребенком
те же округлости тот же взгляд только нимб банданой
чтобы локоны не мешали попасть черепом Йорика
в разинутый рот незакопанного солдата

а эти двое играющие в нарды на плащанице
эти членистомозгие членоязыкие твари
тоже когда-то были ясноглазы и мягковолосы
и даже кажется охраняли врата и любили брата

кто же такое придумал что кровь не похожа на воду
что не суди никого да не судим останешься?
бродят в красивой красной жиже армагеддоновой
легионы безглазо-безлико-безмолвных кастратов

свесив ноги в воронку от мирного-мирного атома
жарит тушку голубки наивный дедушка Данте
не отворачивайтесь – вы ведь все хотели этого?
Нате!

 

Братьям-полякам
                                                                                                         Евгений Голодрыга

 

Я – тоже
поляк.
На четверть.
Но всё же,
всё же…
Твой пепел,
Катынь,
стучится
и в это
сердце.
Сперва
не поверил я…
Как же?!
Да быть
не может!
Да что ж вы,
Едино-
кровцы,
едино-
верцы?!
Крестов
в этом
прОклятом
месте
всё больше,
больше…
Живых
в этом мире
серьёзная
недо-
стача.
Простите
меня,
родные,
я не был
в Польше,
Но четверть
её –
во мне.
Эта четверть
плачет.

12.04.10

10 апреля, самолет, летевший из Варшавы (Польша) в Смоленск (Россия), потерпел крушение в Cмоленской области. На борту находился президент Польши Лех Качиньский с супругой. По предварительным данным, всего на борту ТУ-154 находились 96 человек, в том числе 88 членов делегации. Самолет пилотировал польский экипаж авиаотряда президента. Мистическое совпадение: Лех Качиньский вместе с официальной польской делегацией летел в Катынь для участия в мемориальных мероприятиях. Напомним, семьдесят лет прошло с тех дней, когда свершилась  Катынская трагедия. Весной 1940 года без суда были расстреляны более двадцати тысяч польских военнопленных. И вот опять русская земля оказалась неблагосклонна к полякам...

Для расследования обстоятельств страшной авиакатастрофы под Смоленском, создана комиссия во главе с премьер-министром России. По указанию президента РФ, на место катастрофы вылетел глава МЧС Сергей Шойгу.

Как сообщил польский телеканал "Польсат", самолет Ту-154 правительственной делегации с президентом Польши на борту четыре раза пытался зайти на посадку, чтобы сесть на взлетно-посадочную полосу аэропорта Смоленска. Четвертая попытка приземления завершилась трагедией.

С утра над аэропортом Смоленска стоял густой туман.

Тем временем, агентство "Интерфакс" сообщает о том, что белорусские диспетчеры информировали пилотов польского самолета Ту-154 о неблагоприятных условиях посадки в Смоленске, однако экипаж принял решение следовать до места назначения, сообщил агентству "Интерфакс" представитель белорусских авиационных властей.

"Незадолго до выхода из зоны ответственности белорусских авиадиспетчеров к ним обратились российские коллеги с просьбой передать на борт информацию о плохих метеоусловиях посадки в Смоленске. Белорусские диспетчеры передали на борт Ту-154 данную информацию, но польские пилоты приняли решение следовать в Смоленск", - отметил собеседник агентства.

Он уточнил, что самолет Ту-154 вышел из зоны ответственности белорусских диспетчеров в 09:22 местного (в 10:22 мск), а катастрофа произошла спустя 36 минут после того, как борт покинул белорусскую зону ответственности.

Возможные причины аварии

Причинами аварии под Смоленском могли стать плохие погодные условия, человеческий фактор или технические неполадки. По факту крушения самолета президента Польши Леха Качиньского возбуждено уголовное дело по статье о нарушении правил безопасности при полетах.

Обязанности президента Польши перешли к спикеру Сейма

Обязанности президента Польши перешли к спикеру Сейма Брониславу Коморовскому, который сейчас срочно возвращается из Гданьска в Варшаву, сообщает канцелярия председателя Сейма.

Согласно конституции Польши в случае смерти президента его обязанности исполняет спикер нижней палаты парламента, который в течение двух недель обязан объявить о дате новых президентских выборов.

Премьер-министр Дональд Туск объявил о проведении сегодня экстренного заседания правительства Польши.

Поляки проведут собственное расследование

Поляки несут цветы и зажигают свечи у дворца президента в Варшаве.

Польша проведет собственное расследование причин катастрофы президентского авиалайнера Ту-154 под Смоленском. Об этом сегодня сообщил генеральный прокурор Польши Анджей Шеремет. В связи с этим МИД Польши обратится к российской стороной с просьбой допустить польских следователей на место, где упал Ту- 154, и позволить им обследовать части сгоревшего авиалайнера. Как сообщает ИТАР-ТАСС, польское следствие будет проходить независимо от российского.

Возможной причиной катастрофы стало сочетание "фатальных погодных условий" и "неправильного решения экипажа". Об этом в выпуске новостей телеканала "Польсат" заявил польский эксперт по вопросам авиапроисшествий Томаш Кулаковский.

Он сообщил, что разбившийся авиалайнер принадлежал 36 специальному полку транспортной авиации Войска Польского, который обслуживал правительство Польши. Самолет недавно прошел плановый ремонт.

СПИСОК пассажиров ТУ-154 

Лех Качиньский, президент Польши

Мария Качиньская, супруга президента

Члены официальной делегации:

1. Ричард Качоровски, последний президент Польши в изгнании

2. Кшиштоф Путра, вице-спикер Сейма

3. Ежи Шмайдзиньски, вице-спикер Сейма

4. Кристина Боченек, вице-спикер Сената

5. Ежи Бахр, посол Польши в РФ

6. Владислав Стасяк, начальник президентской канцелярии

7. Александр Щигло, глава Национальной Безопасности

8. Яцек Сасин, государственный секретарь, заместитель главы президентской канцелярии

9. Павел Випич, госсекретарь в канцелярии президента

10. Мариуш Хандзлик, заместитель госсекретаря в канцелярии президента

11. Анджей Кремер, заместитель министра иностранных дел

12. Станислав Коморовский, заместитель госсекретаря обороны

13. Томаш заместитель госсекретаря в Министерстве культуры

14. Франтишек Гонгор, начальник генерального штаба Войска Польского

15. Анджей Пшевозник, секретарь Совета охраны памяти борьбы и мученичества (ROPWiM)

16. Мацей Плажинский, президент Ассоциации "польского сообщества"

17. Мариуш Казана, директор дипломатического протокола МИД

Представители парламента Польши:

1. Лешек Дептула, депутат

2. Григорий Долняк, депутат

3. Гражина Генсицка депутат

4. Пржемыслав Гонсевский, депутат

5. Себастьян Карпинюк, депутат

6. Изабелла Яруга – Новацкая, депутат

7. Збигнев Вассерсан, депутат

8. Александра Наталли-Свиат

10. Аркадиуш Райбики, депутат

11. Иоланта Шиманек-Дереш, депутат

12. Веслав Вода, депутат

13. Эдуард Войтас, депутат

14. Янина Фетлинская, сенатор

15. Станислав Заяц, сенатор

Сопровождающие лица:

1. Януш Кохановский, омбудсмен

2. Славомир Скржипек, президент Польского национального банка

3. Януш Куртыка, президент Института национальной памяти

4. Януш Крупский директор Управления по вопросам ветеранов и репрессированных лиц

Религиозные деятели:

1. Тадеуш Плоский, епископ, генерал-майор

2. Мирон Ходаковский, православный архиепископ

3. Адам Пилч, евангелической капеллан, полковник

4. Ян Осинский, подполковник

Лех Качиньский - с нелюбовью к России 

Президент Польши Лех Качиньский, погибший 10 апреля в авиакатастрофе под Смоленском, запомнится как политик с особым отношением к России, одним из ключевых мест в котором была Катынь и участь Польши во Второй мировой войне.

Впервые он попал на страницы российской прессы после того, как в качестве мэра Варшавы поддержал инициативу по присвоению одной из столичных площадей имени Джохара Дудаева.

По мнению покойного польского лидера, Россия видит в Польше не равноправного партнера, а лишь зону влияния. Москва, считал Качиньский, старается всячески унизить Польшу.

За все годы своего президентства он был в России только один раз, в 2007 году, когда посетил кладбище в Катыни, но не ездил в Москву и не встречался с российскими лидерами.

В 2006 году году Качиньский предложил ЕС ввести санкции против России в том случае, если Москва откажется снять запрет на ввоз польского мяса и сельскохозяйственной продукции. Кроме того, Польша наложила вето на начало переговоров о сотрудничестве между Европейским Союзом и Россией, которые должны были начаться на саммите Россия-ЕС 24 ноября. В результате переговоры так и не были запущены.

Лех Качиньский всегда настаивал, что в двусторонних отношениях Польши и России предстоит сдвинуть с места три основных камня преткновения: катыньскую тему, оценку итогов Второй мировой войны и проблему строительства Балтийского газопровода.

Польский президент также неоднократно обвинял Москву в том, что она прибегает к энергетическому шантажу, пользуясь зависимостью Европы от поставок нефти и газа из России. Он очень критически относился к Владимиру Путину и его политике. Едва придя к власти, он заявил: "Мы всегда рады видеть президента Путина у себя", намекая на то, что не поедет в Россию, так как российские лидеры реже посещают Польшу, чем польские лидеры - Россию.

А в августе 2008 года он заявил, что целью вторжения российских войск в Грузию было помешать Европе покончить с зависимостью от российских энергоносителей и диверсифицировать источники поставок.

В 2009 году в своей речи на полуострове Вестерплатте близ Гданьска Лех Качиньский напомнил о том, что польские солдаты еще сопротивлялись нацистским агрессорам, когда 17 сентября 1939 г. в восточную часть страны вторглась Советская армия. "В этот день Польша получила удар ножом в спину, и этот удар был нанесен большевистской Россией", - пояснял польский президент.

Лех Качиньский также сравнивал массовый расстрел польских офицеров в Катынском лесу с холокостом и назвал его местью России за то, что Польша смогла отразить ее агрессию в 1920 году. Во время той войны в плен к полякам попали десятки тысяч советских солдат, большинство из которых погибли из-за невыносимых условий или были расстреляны.

В этом году необходимость в организации в Катыни отдельной церемонии памяти расстрелянных там польских офицеров возникла у президента Качиньского после того, как он узнал о том, что премьер Дональд Туск откликнулся на приглашение Владимира Путина вместе посетить Катынь. "Рад, что премьер будет в Катыни. Но самым важным представителем Речи Посполитой является президент, и я там тоже буду - надеюсь, визу получу", - неожиданно заявил Качиньский.

После этого протокольным службам пришлось изрядно потрудиться, чтобы найти выход из неловкой ситуации. В итоге в Варшаве решили организовать поездки премьера и президента в разные дни.

Вместе с Лехом Качиньским в Катынь направились около трехсот детей и внуков расстрелянных польских офицеров. Большинство из них поехали туда специальным поездом.

… если долго смотреть на небо, то видно, как небо
отгрызает лестницу в перья его
(так жалко)…
я смотрю на это
и толкаю, словно тележку, глаза свои –
к этим перьям,
уши свои – к скрежету алых дёсен,
на которых гнездо свивает больное солнце…

и мне чудится:
солнцекожий детёныш-мамонт
возле блюдечка
сладкой насыщенной алым пенки,
языком сметающий воздух в укусах пыли
и свистящий кожей слишком прозрачный джаз.

это джаз – перетекающих с тонких пальцев
земляной коры на запястия чада неба
времён летнего сна и прохладного хрипа горла
золотистых плит, на которых алые черепахи
у слона ловят блох на пропитанных счастьем бивнях…

это джаз – сумасшедших каторжных сот бурьяна,
это стон солёных трав в муравьиных каплях,
это рана птиц, засыпанных южным небом,
на которой бинт песка шебуршит теченьем
тени воздуха…

мир выдыхает мне тихо в ухо:
я – река, что сочится против и снова против
своего течения, руша чужие лодки,
размывая ночи липкий пахучий бархат,
выдирая пену ветра из проводов оковных…

я – лишь сон свой –
с ароматом разбитой скрипки,
с потом ночи, не рождающей звёзд и ветра,
с ухом мира, о которое бьётся джазом
шебуршное шелестящее пеплом небо

если долго смотреть на небо, толкая, словно
инвалид – коляску, глаза свои, боль и уши,
померещится, что из гущи перьин небесных
выпадают лестницы, камни и башни, и даже боги.

и тогда застываешь болванчиком из китая –
без дракона, в лопатках уснувшего, как котёнок,
без реки, что янцзычит глазами, желтее бури
под пустыней, без мышки подмышкой – комочка страха, –

только небо и джаз монеткой в ладошах мокнут,
только плиты земли щекочут трущобы пяток,
только кит кусает с изнанки солёный тельник,
и вулкан на кончике голоса спит (боится
шевельнуться, если чувствует: кто-то смотрит) –
замирает, сцепив землю, натужно терпит,
а потом прорывает летним закатом горьким…

…если долго смотреть на небо, прижав свой голос,
словно хвост, к бокам, прищурившись, язвы солнца
пе-ре-счи-ты-вая, как ребёнок – травинки в книге,
этот голос однажды звякнет надбитым блюдцем
из сервиза китайского, с запахом летних ритмов
и рисунком заката, но кто же его услышит,
кроме неба, вулкана и чёртовых черепах?

Испанский цикл                                           

 

                                                             автор Алина Остафийчук, моя подруга
                                                                                                                      Краматорск

 

Коррида

Асфальт превращался в мякоть.
Позевывала сиеста.
По лбу Барселоны капли
стекали. И было места
на липких трибунах – мало.
Тряслись желваки корриды
на скулах испанских. Браво –
не Коста. Козырным видом
арена слепила, красно-
наливом быка – глазницы.
Сеньоры смеялись. Галстук
висел языком. Из Ниццы
зачем-то сюда заехав
в сиденье врастала – Донна.
Как чудно гарцуют нервы,
как пряно – запахло кровью!
Коррида ревет – крещендо,
четвертое тело – в щепки.
И вздыблена кожа – шерстью.
Навязчиво и не-метко
Торео-дор-вался – жилит.
Зрачки разбухают. Тошно!
Сбегают сеньоры – живо,
а Донна сидит и гложет
И вперившись в бычьи губы,
чего-то бесстыдно ищет.
Окончена пьеса глупо -
залито лицо кровищей.
Но ярок оскал улыбки,
и смерти чужой причастье –
острее, поди, мохито.
Жжет – танец последней страсти…

 

Кастаньеты

 

 

Улицы щелкали как суставы

старушечьих пальцев.

Их ветер тискал,

пришедший со Средиземья.

Стало

ярко –

до помраченья мыслей.

Чертовски резвым

зашелся ритмом

размеренный вроде бы город.

Лето

зацокало по мостовым

гранитным.

Зарделись

улицы-кастаньеты.

Срывали шляпы

и шлялись – прямо

по лицам вымученных прохожих.

И рвался в ноздри

оливок запах,

и рьяный город был обезножен.

Взлетали юбки
из черно-красных
бесстыжих тканей.
И белым пухом
неслись за крыши.
И было ясно,
что это ангелы играют румбу...

       

        Порт

 

 

В порту милейшей Каталонии

пришвартовался твой корабль,

поэт одесский –

сын Виктории

и Авраама.

Погулять

есть время.

Улочками узкими,

корицей пахнущими – в путь.

Искал ты магазины русские –

душой на полках отдохнуть.

И как ни странно –

вышел к «Тройке»,

по трешке евро –

книжный рай.

Среди конфет и тар ликерных

что пожелаешь –

выбирай.

И корешки ласкал ты нежно,

как руки женщин.

За пятак

с наценкой –

раритет конечно –

на свет явился Пастернак.

Пожалуй, брату с Дерибаса

ты б не обрадовался так.

Шипящий привкус перифраза

природы.

Мальчик и чудак

стоишь,

и в сотый раз читаешь

как плачет сад в Росси.

Порт

и вся Испания большая

за окнами уже плывет.

Размокли строки и ресницы,

и ты забыл о смене лет.

Поэт одесский – сын границы

и родины, которой нет.

Переводчица

С фигой в кармане Фигейрос –

чрево,

выплюнувшее Дали.

Яйцеобразны и хлебо-цельны

лица и фонари.

Витиевато закручен локон

улиц.

Пылит жара.

Раннее утро.

Крепкий кофе

голая пьет Гала.

Пара часов слюды в запасе

вон - по столу течет

стрелка большая.

И важно разве,

что без крыла – плечо?

Что разминулись на полстолетья

с мастером.

И сейчас

снова идти, улыбаться в эти

фото-провалы глаз.

И говорить о жизни бога

щупленьким муравьям.

Это не больно, это не долго, -

это – обряду – дань.

Вечером будет тепло и тихо,

вздохами по углам

снова его оживут картины,

преданная Гала.

И объяснять ничего не нужно –

жертвенный ждет огонь.

Губы набухли.

Немного душно.

Вот он – маэстро твой,

вывернувший изнанку  мира

вместе с твоей душой.

Улицы, лица, столетья –

мимо.

Снова культурный шок

и немота – в среде  туристов.

Гордо стоишь.

Игра

стоит свечей, и стоит жизни.

Грация вам, Гала!

 

 

 

Пришёл человек. Ничего особенного:
средних лет, невысокий, хмурый,
и даже голос не как у Собинова,
и никаких достоинств фигуры.

"Я - говорит - хотел бы сквозь стены
ходить, чтобы делать дела быстрее:
акт подписал, заверил у Лены
и сразу в соседний отдел к Сергею.

Двери пока подопрёшь, закроешь,
по коридорам - да ну их к лешему.
Время - деньги, малявок - трое,
и так сплошные в бюджете проплешины."

"Какие успехи, скажите?" -спрошу
у пациента, брови подняв.
"Так себе. В двух из шести прохожу.
Позавчера по колено застрял,

прощаясь с главбухом. Неловко было.
Как бы улучшить прохода процент -
может, заменой физической силы
на ментальный коэффициент?"

"Мне вам ничем помочь не дадут.
Или черкну больничный оплаченный?"
"Спасибо. Здоров, как бык. Ну, пойду."
И вышел в стену - вполне удачно.