Потихоньку подкрался ветер. Сначала неспешный, вальсовый, ти-та-та. Музыка крепчала, ускоряясь и дичая.

Толстый жёлтый лист висел на ветке, смотрел на это безобразие, серьёзнел и всеми лапами держался за насиженное место. А потом с криком «а держите меня все семеро!» оторвался и полетел, кувыркаясь, туда, в дальние кусты, какие были видны ему только изредка из-за соседних веток и увидеть которые он мечтал всю свою жизнь.

Увидел, чо.

На деревянной лавке сидела молодая. Местная, видать. Что-то в ней было не так: то ли волосы – золотые и нечёсанные, то ли сарафан – кто же сегодня носит сарафаны?

Она зыркнула на меня истошно-голубыми глазами, прозрачными, акварельными. Правда, акварель эта была не ленинградской фабрики – ровная да гладкая, а как бы московской: та сохнет и выпадает в осадок маленькими синими крупинками.

Отчего-то подумал: русалка.




Пока я отвлекался на разные кружевные домики, золотоволосая исчезла. Только ветка сиреневого куста кивала: да, это не сон, она была здесь.

Раздался всплеск. Не такой, знаете, громкий бултых, с каким падает в воду сухопутное тело, а тихий аккуратный бульк.

Я завернул за угол. По воде расходились круги. Значит верно, русалка.

В дополнение к предыдущему. Взгляд на город и Свято-Успенский монастырь с горки.



Ещё одна

Старица, Тверская область

I
- Закурить не найдётся?
Ну вот. Сначала закурить, потом «часы сымай». Знакомо.

На всякий случай я передвинул фоторюкзак на пузо. И дёрнул меня чёрт вылазить в такой глуши.

II
Автобус из Кашина в Кимры идёт заковыристо. Точнее, не идёт совсем, хотя билеты продают. Маршруты Кимры-Тверь и Тверь-Кашин пересекаются в Горицах, где нужно делать пересадку.

Но мне «повезло». Водитель явно был под кайфом: он аккуратно объезжал ямы, грозя свалить автобус в кювет, и приехал в Горицы с опознание минут в 50. Я вылез в засыпающее село.

Был сентябрь, и гладкий воздух, и паучья тишина.

а дальше?