После того, как советские реактивные истребители появились в небе Кореи и стали участвовать в воздушных боях, обстановка в Корее существенно изменилась. Первый же бой против американских бомбардировщиков В-29, носивших название «Сверхкрепостей», показал, что это лишь название. Командование ВВС США вынуждено было признать, что их бомбардировщики очень уязвимы и отметило эффективность действия 23 и 37-мм пушек, которые находились на вооружении истребителей МиГ-15. Всего несколько попавших в бомбардировщик снарядов могли погубить его. Встреча В-29 с советскими истребителями была для последнего летальной, а потери от таких боев были достаточно ощутимы для США, так как каждый бомбардировщик стоил целое состояние. Не стоит сбрасывать со счетов и тот факт, что с каждым самолетом часто погибал и его экипаж в составе 12 человек, что было еще большим ударом для американцев.



«Черный вторник» для ВВС США



«Черным вторником» для американской стратегической авиации стал день 30 октября 1951 года, когда вылетевшие на бомбардировку корейского аэродрома в Намси летающие крепости понесли очень тяжелые потери, а налет закончился ничем. Данное поражение ознаменовало собой полный крах использования стратегической авиации в дневное время. После данного сражения США вынуждены были пересмотреть свои взгляды на использование в Корее бомбардировщиков В-29.

С американской стороны в налете приняло участие около 200 истребителей прикрытия разных типов и 21 бомбардировщик В-29. Им противостояли 56 истребителей МиГ-15, которые были расположены на аэродромах Мяогоу и Аньдун. Непосредственно в воздушном бою приняли участие 44 машины, в то время как еще 12 были оставлены в резерве для прикрытия аэродромов на случай прорыва к ним противника.

Учитывая то, что заслон из истребителей F-86 опоздал с выходом, а также неудачное построение непосредственно сил прикрытия, никаких специальных групп для связывания боем американских истребителей советские летчики не выделяли. Все имеющиеся «миги» были ориентированы лишь на удар по бомбардировщикам. Также было принято решение о том, что истребители будут действовать не крупными группами, а большим количеством пар, которым будет предоставлена самостоятельность в выборе целей – В-29. Фактически это позволило «МиГ-15» развить максимальную скорость, свободно маневрировать и действовать максимально инициативно.



Американские самолеты были перехвачены на подходах к Намси. В то время пока заслон F-86 разыскивал советские самолеты у реки Ялуцзян, судьба воздушного боя фактически была предрешена. 22 пары советских истребителей в стремительном пикировании через строй американских истребителей прикрытия на скорости около 1000 км/ч атаковали стратегические бомбардировщики, открыв огонь из 132 своих пушек. Первая же атака «мигов» стала сокрушительной. В-29 еще не достигнув цели, теряя падающие и горевшие машины, быстро повернули к спасительному для них морю. Так как маршрут «летающих крепостей» проходил всего в 20-30 км. от береговой линии, действовать за которой советским самолетам было запрещено, части бомбардировщиков удалось уйти. По свидетельству штурмана одного из В-29, который участвовал в этом налете и позднее попал в плен, на всех уцелевших от атаки советских истребителей самолетах были убитые и раненые.



При этом на аэродром Намси 30 октября не упало ни одной бомбы. Американские бомбардировщики развернулись на подходах к аэродрому и обратились в бегство. В этом же полете был сбит и разведчик, который должен был подтвердить фотоснимками результаты проведенной бомбардировки. По советской информации американцы потеряли в бою 12 бомбардировщиков В-29 и 4 истребителя F-84, многие американские самолеты получили повреждения, в то время как советская сторона потеряла лишь один МиГ-15 в бою с F-86 уже над территорией КНР, границу которой американские самолеты нарушили.

Стремясь хоть как-то оправдать свои потери, практически после каждого воздушного боя с советскими «мигами» американцы сообщали о высоких их потерях от огня В-29. Фактически же советские истребители от огня «суперкрепостей» практически не страдали. При этом причина этого заключается не в том, что огнем 12,7-мм крупнокалиберных пулеметов невозможно было сбить «МиГ-15». Советские самолеты сбивались с использованием таких пулеметов, стоящих на американских истребителях и истребителях-бомбардировщиках. Однако именно противоборство В-29 с МиГ-15 всегда было в пользу последнего по целому ряду причин. Пушки, которыми вооружались «миги» (калибра 37 и 23-мм) имели значительно большую дальностью эффективного огня, а также разрушительную мощь по сравнению с крупнокалиберными пулеметами В-29. Помимо этого В-29 обладали недостаточной живучестью. Также стоит отметить тот факт, что счетно-решающие механизмы и сами пулеметные установки, установленные на бомбардировщиках, не могли обеспечить эффективный огонь и прицеливание по самолетам, которые атаковали на скорости сближения на уровне 150-160 м/с. Вся атака при этом занимала по времени не более 3-4 секунд.



Результаты «черного вторника» вызвали тревогу у высшего руководства американских вооруженных сил и потрясли командование ВВС США. Для расследования обстоятельств столь тяжелого поражения в Корею прибыла специальная комиссия. В течение 3-х дней ни один американский самолет не появился в зоне действия советских «мигов». Примерно через месяц американцы решили, по всей видимости, провести проверку своих выводов о возможности дневного применения В-29. Группа советских истребителей перехватила 3 самолета B-29, которые прикрывались несколькими десятками F-86 на подходе к переправам у Анею. Все бомбардировщики были сбиты. После этого американцы полностью отказались от использования В-29 в дневное время.



Ошибки, допущенные американцами



Первая заключалась в том, что бомбардировщики В-29, которые следовали с восточного побережья в обход радиолокационного поля наших радаров, находящихся у Анею и Пхеньяна, имели в своем сопровождении большое число истребителей F-84 и F-86, которые выполняли полет на высоте около 8000 м. Советские РЛС обнаружили крупные группы истребителей на больших высотах за 200-250 км. до цели. Характер их полета выдавал находившиеся ниже бомбардировщики, хотя последние на экранах радаров еще отсутствовали. Американские истребители двигались со скоростью около 720-800 км/ч по зигзагообразному курсу с четко видимой осью маршрута. Произведенный замер общей скорости смещения самолетов над местностью продемонстрировал, что она равняется 400-420 км/ч. После этого все стало окончательно ясно. Полученная информация совпадала с крейсерской скоростью «сверхкрепостей». Были сделаны правильные выводы о том, что с восточного побережья Кореи направляется группа бомбардировщиков В-29, которые прикрываются крупной группой истребителей.

Второй ошибкой американце стало то, что время выхода заслона из истребителей F-86 «Сейбр» рассчитывалось без учета возможности обнаружения противником В-29 и принятия им решения о взлете истребителей МиГ-15 на перехват. В тот момент, когда истребители F-86 и F-84 на максимальной скорости направлялись в район реки Аньдун, для того чтобы атаковать советские истребители на взлете и наборе высоты, «миги» уже находились в воздухе. Используя топливо подвесных баков, они уже выходили на ударную группу «сверхкрепостей». Советская сторона вела прослушивание радиообмена американских экипажей, что позволило выяснить, что действующие истребители имеют позывные «Малиновка» и «Синица», которые относились к двум разным истребительным авикрыльям. Совместные действия F-86 и F-84 двух разных соединений позволяли предположить, что американцы планируют налет на какой-то важный объект, находящийся в непосредственной близости от места базирования «мигов». Место удара было определено точно.



Стоит отметить, что американцы достаточно остро и оперативно реагировали на все попытки постройки новых или ремонта разрушенных аэродромов на территории КНДР. Их противодействие в этом отношении было весьма продуманным и рациональным с военной точки зрения. Американцы вели постоянную воздушную разведку таких объектов и наносили свои бомбовые удары непосредственно в момент окончания восстановительных работ или строительства. Так они экономили силы своих бомбардировщиков, добиваясь при этом наибольшей эффективности ударов. Накануне 30 октября 1951 года американцы проводили интенсивную разведку строительства нового аэродрома Намси, которое двигалось к своему завершению. Ось полета ударной группы бомбардировщиков и другие имеющиеся косвенные данные позволили раскрыть цель налета, которой и являлся аэродром Намси.



Третий серьезный просчет, который был допущен американской стороной, заключался в том, что истребители сопровождения был сосредоточены в достаточно плотных группах в непосредственной близости от В-29. При этом они летели на достаточно невысоких скоростях. Все это позволило советским «мигам» выйти на выгодные позиции для атаки и произвести ее, без какого-либо существенного противодействия со стороны противника.

Советское присутствие в Корее



В боевых действиях в Северной Корее в 1950-1953 годах принимал участие 64-й истребительный авиакорпус ВВС СССР. В состав корпуса входили все советские летные и зенитные части, которые были сосредоточены на данном ТВД. Участие СССР в войне являлось секретным, поэтому летчикам было запрещено летать над морем и приближаться к линии фронта. Все самолеты имели китайские опознавательные знаки, пилотам выдавались китайские документы и военная форма. Первоначально от летчиков даже требовалось не говорить во время боевых вылетов на русском языке. Пилоты учили необходимые им в бою корейские фразы, но уже в ходе первых боев от данного требования пришлось отказаться, так как оно оказалось практически невыполнимым. Факт участия советских летчиков в войне был обнародован в СССР только в 1970-80-е годы, в то же время летчики авиации ООН прекрасно понимали, против кого им приходится сражаться в воздухе.



Основной задачей корпуса было прикрытие Супхунской ГЭС, а также мостов на реке Ялуцзян в пограничной зоне между Китаем и Корей, а также экономических и военных объектов на территории КНДР, тыловых коммуникаций корейских и китайских войск. Помимо этого советские летчики участвовали в подготовке пилотов для ВВС КНР и КНДР.



По воспоминаниям участника боевых действий в Корее Героя Советского Союза генерал-майор авиации в отставке Семена Крамаренко корейские и китайские пилоты самостоятельно противостоять янки не могли, у них было недостаточно опыта. Воевали они достаточно мужественно, но за месяц из крестьянского парня, который не знал русского языка, настоящего летчика-истребителя было не подготовить. Американцы между тем обладали численным превосходством и новейшей техникой, вели себя агрессивно, даже нахально, воевали грамотно. Без нашей помощи в данном регионе мира события могли бы принять совсем иной оборот.

Семен Крамаренко высоко отмечал уровень подготовки американских пилотов, подчеркивая при этом, что их поведение в бою рыцарским назвать было трудно. Часто американские пилоты расстреливали катапультировавшихся пилотов в воздухе. В то же время советские летчики так себя не вели. В декабре 1951 года группа истребителей, в которой был и Крамаренко, разгромила австралийскую эскадрилью на «глостер-метеорах», из 16 самолетов уйти смогли только 4. Крамаренко сбил два «глостера» и мог догнать и зажечь третий, но не стал, увидев, что пилот «глостера» - это молодой парень, ему стало его жаль. Он решил, пусть тот лучше вернется на базу и расскажет своим, как их здесь «тепло» встретили. По словам Семена Крамаренко, вполне уместно будет сказать, что советские летчики сражались только с теми, кто хотел воевать. МиГ-15 были окрашены в серебристый цвет, который на солнце был заметен за много километров. Это позволяло противнику уклониться от воздушного боя заблаговременно.



За время участия в конфликте с ноября 1950 по июль 1953 года летчики 64-го корпуса совершили около 64 000 боевых вылетов. Провели 1872 воздушных боя. Корпусом было сбито 1250 самолетов противника. 150 самолетов записала на свой счет зенитная артиллерия, 1100 группы истребителей. Собственные потери корпуса составили 335 самолетов. В Корее погибло не менее 120 советских пилотов и 68 зенитчиков.