Алманах Аристократ
Рассказ
Князь_Цыцак
Провинциальная история
Боря Шляхов слыл лучшим журналистом СНГ, москвич. Кроме того, он не менее знаменит, как российский Дон Жуан и еще, как неисправимый бабник. Последняя командировка в сибирь не осталась для него и для меня незамеченной и оставила неприятный след в наших отношениях. Хотя молодость, частое совместное застолье исправляет все ошибки, проделанные нашими расторможенными мозгами во времена дикого капитализма, переживаемого нами совместно, со всеми, пострадавшими от хаоса, людьми и, распада еще одного эксперимента социализма-- утопизма…Время разгула рэкета ,краха рабочего класса,как лидера пролетарской идеологии.
Так вот , в Сибири, по -моему, в Красноярске, Боря на одном из политических заседаний познакомился с блондинкой неопределенного возраста, успевшей
родить двоих детей. Журналист в первый же вечер очаровал хозяйку, пригласившую его в свой добротный бревенчатый дом и, расположил к себе Иванушку и Оленьку., во время совместного «семейного» ужина. Красноречивый журналист прекрасно владел информацией.., и всем происходящим в стране. Ругал чиновников, правительство,
мало заботившихся о матерях-- одиночках и жалел женщин, которые сами растили детей
Шуры муры,-- неделя прошла в полной эйфории, перед отъездом Боря со слезами в глазах обещал жениться и встретить новую семью в Одессе. Голубоглазая Надежда, прощаясь, еще долго висела на широком плече Бориса, повторяя, словно сломанная машина три слова, я тебя люблю, я тебя люблю, я тебя люблю. Широта этого чувственного человеческого признания настолько растрогала журналиста, что он дал возлюбленной мой Одесский домашний адрес.. и улетел, растворился, в пространстве вечности, вскоре забыв о своих клятвенных обещаниях жениться. Женщина, чего ради высокого чувства любви, не согласованного с разумом, не сотворит. Деятельность ее в этот самый период, словно натянутая гитарная струна, отображает звуки, но они не согласуются с жизнью и расстраивают ее и само пространство.
В это самое лето Борис приехал на отдых в Одессу. Я по своей давней привязанности подыскал на ул. Среднефонтанской для него комнату. У меня самого был нелегкий период развода с семьей и сам я жил в маминой квартире, на Тираспольской. Мы виделись каждый день , посещая многочисленные винные погребки Одессы, куда нас заносила буйная фантазия, чувство единения и возможность предаться бесконечным беседам о случайных романах, творческих наработках, победах и горестях о несбыточных социальных проектах, выдвигаемых нами. Наш жизненный интерес,
карьера, строилась не совсем удачно, и этот вопрос нас беспокоил более всего, так
как «волка кормят ноги», а мужчину его мозги или профессия. Утром я пытался вспомнить наши похождения и давал себе зарок больше не пить. При новой встрече
мои клятвы нарушались призывом Бориса по одной, по маленькой и мы снова оказывались в городе, перекочевывая из кафе в кафе, от Бабы Ути, к Моцарт и Сальери, затем в Малый переулок на Преображенскую, Горсад и Цветочный ряд, с Итальянского ресторанчика в Китайский и на Привоз. На Привозе Борис пробовал все, что можно было поместить в рот, от рыбы до мяса, творога, сметаны и орехов. Здесь он смешил торговок и крестьянок, обещал жениться и целовал всех, кто ему импонировал.
Брал интервью и записывал, интересные для него обороты украинского наречия. Борис был на своей волне и с ним я чувствовал себя героем, комфортно, непринужденно, помогая ему раздувать славу его значимости. Этим мы вольно или невольно экономили наш холостяцкий бюджет, не тратя денег на еду. Запах цветущей акации
сопровождал нас на склонах побережья в районе пляжа Отрады, где мы охлаждали наши, не на шутку разгулявшиеся , мозги. Боря, вскоре, находил свободный объект для вечерней прогулки с дамой и мы на время расставались. Вечерние истории заканчивались поздней ночью, утром, я заставал приятеля с очередной его симпатией, которую он, тотчас терял, при виде меня. Видимо в его сердце моя персона значила больше, чем женщины, и это было так.
Одним таким летним утром меня разбудил дверной звонок. Я не ждал никого и подумал, что меня тревожат соседи. -Кто меня может будить в такое раннее время? -Не случилось ли чего с сыном?. Не жена ли? В ситцевых разноцветных трусах, отворяю дверь и вижу красивую женщину блондинку, явно не одесситку, сопровождаемую детьми.
-Вам кого? Задаю вопрос по -одесски. Меня зовут Надя, представилась, чуть покраснев, дама. Не увидев в дверях желанного человека, женщина зарделась, и скороговоркой выговорила, что приехала к Боре Шляхову. Не понимая, что происходит, услышав, родное имя и фамилию, я попросил минутку, чтобы одеться.
Сам же быстро влез в штаны, футболку и широко открыв дверь, впустил в комнату
неизвестных мне родственников Бори Шляхова. Мне пришлось помочь ей затащить в квартиру ее два огромных чемодана, удивляясь при этом, как такая хрупкая женщина смогла их доставить сюда. Дети погодки, шести и пяти лет вошли последними. Ничего
пока не понимая, я поставил чайник, приглашая всех на кухню пить чай.
Мне было неловко за гармидер в доме. Но уже то, что я впустил в дом неизвестных мне людей, успокоило Надю. Ее говор, отличающийся от одесского и русского языка ,сообщал о том, что она из глубинки России, а белизна кожи рассматривалась мной, как Святой Дух спустившийся в нашу действительность это была девушка из Сибири. Что-то я не припомню, чтобы Боря мне когда – либо говорил о родственниках из Сибири, прокручивал я сложившееся положение. Надежда присела на кухонный табурет, усадив двух своих детей мальчика и девочку себе на колени. Я спросил Надю почему она не дала Борису телеграмму о своем приезде?. Она сказала, что дала телеграмму до востребования, заранее, как они с Шляховым договорились. Я себе отметил, что так загулял с другом, что он даже не вспомнил о приезде родственницы.
Надя вдруг спросила, а где же сам Боря? Я ответил, что он в Одессе. Живет на Среднефонтанской, в квартире, которую я ему снял. - Меня удивляет зачем столько вещей вы с собой взяли на юг. Отдыхать в Одессе можно в одних плавках и легком платье. –Я приехала на совсем к Боре. Продала свой дом в Красноярске и решила жить с Борей здесь на юге. Мы обо всем договорились этой зимой, когда он жил у нас. Экий пассаж!!!
Чай взбодрил нас всех , и Надя попросила меня отвезти их на квартиру Бориса. Она меня поставила в такое положение, какое и врагу не пожелаешь. Первое я не знал с кем сейчас Борис? Второе, будет ли он рад приезду гостей?. Третье.- Почему он дал ей мой адрес, который был известен только ему. Четвертое. Если дал мой адрес, значит она ему больше чем любовница?--. решил я , и мы вызвали такси. Вскоре прибыли по месту жительства друга. Дверь квартиры была не заперта, я увидел еще спящего Бориса,
лежащего в запахах вчерашней нашей гулянки. Перегар, был настолько густой, что дети вышли на улицу. Надя упала на его широкую грудь, стала целовать его щеки, глаза, волосы. Боря открыл глаза, и я в них увидел весь ужас происходящего. Как ты меня нашла? - прохрипел он. Эд, разбуди меня, мне кажется, я в кошмарном сне, и меня мучают ведьмы. –Я дала тебе три телеграммы до востребования, вот квитанции,
.ты что нам не рад? Лепетала сама влюбленность, словно ничего не произошло. Будто
решение об этом случившимся было принято моим другом давно и безоговорочно
вступило в жизненную действительность. И это было правдой. Эдик ! Принеси мне водки.
Только и произнес , отдыхавший от ратных дел, Борис. По его озабоченному лицу я понял, что сделал, какую-тo, неисправимую глупость. Ни слова не говоря, я молча пошел за водкой. Детей взял с собой пройтись к гастроному. В этот период, я понял, что Боря с совестью не дружит совсем, раз он подставил и меня и эту несчастную женщину с детьми, прилетевшую на любовь, словно бабочка на свет, в жуткое положение безысходности. Хотелось выпить и переделать сложившиеся обстоятельства, во что-то новое, благое. Тем временем я понимал, что Боря перебросит на меня, свалившиеся на его плечи заботы о Наде, ее детях и решил, во чтобы то, ни стало, увернуться от этого.
Дружба дружбой решил я, а табачок в рознь. Завтракали мы водкой, закусывая овощами, жареной курицей, колбасой, сыром. Пока я ходил , Боря видимо уже знал, что будет делать. Быстро перестраиваеться и планировать по месту событий было у него в крови. Не зря он слыл лучшим журналистом лидером партии ЛСДП Владимира Жириновского.
Нужно было срочно что-то решать , и он принял решение купить на деньги, полученные от продажи Надиного дома, квартиру или дом под Одессой. Во время завтрака он клялся ей, что при этом будет часто приезжать к ней из Москвы. И верил уже своим клятвам все сильнее и сильнее после каждой новой выпитой рюмки. Хлопоты по покупке и подборе жилья он возлагал на меня, как единственного его друга. Я молча пил и перебирал все возможные пути решение данной проблемы. Наша обычная прогулка по городу не состоялась из-за сложившихся обстоятельств. А на следующий день в рекламе, я обнаружил объект, не далеко под Одессой, в селе Красноселка продавался дом. На мой взгляд, для них это был идеальный вариант. К 11. 00.
при встрече с другом, я представил ему свой план, за который он ухватился, как утопающий за соломинку. Вечером он был у меня. Мы загрузили чемоданы Надиной семьи и обвезли скарб на такси в дом, где посилилась Надя с Иванушкой и Оленькой.
Дом оказался добротным -из кирпича, четырех комнат, подсобного хозяйства, погреба и огорода 20 соток. Цены в этом году, благодаря кризису, видимо были преемлемы, сибирячка вложилась в свой бюджет и все были довольны. История подходила к завершению и все заканчивалось счастливо. Heppy and, не свойственный нашему времени, увы, на этот раз обошлся без крови, упреков и драк.. А что Боря? Боря остался моим другом, он востребованный журналист, знаменит и все такой же жизнелюб, как и прежде…
Страницы:
