Давно это было. Жило на берегу реки племя людоедов. Место себе они облюбовали на славу – близ дороги, что выходила из сумрачного леса, далее, шла через неглубокий брод и опять исчезала в бору на другом берегу. Богомольцы, беспечные купцы, калики перехожие, переселенцы, кто по незнанию, а, кто и по глупости, становились желанной добычей людоедов. А, последние, надо отдать им должное, понапрасну не озорничали и зря народ не губили. Подойдут, бывало, к переправе купцы, а их там уже людоедский атаман, по прозвищу Моск, поджидает. Поклонится, честь по чести, о погоде поговорит, о торговых делах, о последних слухах поведает, да и уведёт с собой какого-нибудь, румяного, да молодого купчика. Покручинятся его товарищи, да делать нечего, порядок такой.
И идти бы всему своим чередом, да только оказалось, что есть у людей одна странность – невыносима для них мысль, быть съеденными себе подобными. Казалось бы, какая разница, как голову сложить? Смерть, она за каждым углом поджидает. Да, вот только дикие звери, войны, голод, болезни - всё человекам нипочём. Скажут, мол, «такая уж доля», и живут дальше, но стоит кому от зубов людоеда сгинуть, как только об этом и говорят. Вот, к примеру, ведёт князь свою дружину с войны домой. Дойдут молодцы до реки, расположатся на привал, а наши людоеды потихоньку какого-нибудь ратничка и умыкнут. Так всю дорогу домой только и разговоров не о былых сражениях, а о сгинувшем товарище…
Долго ли, коротко ли, но со временем весь край молва облетела о страшной переправе, о лютом атамане Моске и его племени. Стал народ по дороге большими ватагами ходить, да с оружием, да с охраною. А это тебе не дрожащие от страха богомольцы, к ним так просто не подойдёшь и дань не потребуешь. Всё чаще начали людоеды на пустой желудок спать ложиться, и пояса затягивать. Но, не пропадать же, и кто отправился в лес зверя добывать, кто репу сеять, кто рыбу удить. Оказалось, что и без человечины прожить можно, были бы руки, да голова на плечах. Так и зажили, хотя путников, по-прежнему караулили и ждали, не улыбнётся ли им удача.
И вот, однажды вечером, отведав ухи с варёною полбой, Моск задумался. Получается, что если людоед ведёт себя как обыкновенный человек, ест, как человек, работает, как человек, то он, скорее всего, и есть просто человек!
- Хватит нам, ребятушки, по засадам таиться, да людей чураться. Ставим у нашего брода избы, открываем склады с лабазами. Попробуем новой жизнью пожить.
И получилось! Подъедет теперь торговый люд к переправе, а там и кузница, и овёс для коней, и пироги с брюквой, и девки озорные брагой угощают. Тряхнёт путник мошной, загуляет, да затем по дороге всем встречным поперечным о сём славном месте расскажет.
А поселение, по имени атамана Моска, так Москвой и прозвали…
Страницы:
