За несколько дней до начала Гражданской войны в Таджикистане.
У меня всякий раз, когда я смотрю на этот кадр, да и когда снимал, возникает потусторонее ощущение.
Дети здесь настолько эфемерны и незащищены, как в первый или последний день творения

Сегодня я заканчиваю публиковать страницы альбома живописи, который практически свёрстан
и лежит в моём комьютере. Поскольку одному Богу известно, когда он будет издан и будет ли
издан вообще, то конечно в нём могут быть добавления и изменения. Вообще-то самый живой проект,
это проект незаконченный, он живёт и развивается и меняется во времени. Из за чудовищной дороговизны
выставочных залов в Москве я пока не вижу возможности выставить это собрание картин на всеобщее
обозрение, потому, это очень здорово, что есть технологии, позволяющие сделать это пусть и в сильно
усечённом виде, но наверно это лучше чем ничего, хотя я до сих пор в этом не уверен....
Спасибо за внимание и отзывы...
P.S. Может быть завтра я добавлю ещё пару страниц в виде бонуса

Чёрные камни, вода в ручье превращается на глазах в ледяные иглы
Всё пространство вокруг застывает и становится подобием
хрустального шатра. Небо кажется твёрдым. Ни звука - только всё время
чудится едва уловимый звон. Может быть это и есть музыка сфер?
(картина в собственности автора)


Линии облаков, линия горизонта, параллели направляют наше восприятие.
Но взгляд всё равно пытается вырваться и этой обусловленности и ищет, какие-то
другие линии, другие вектора движения. Но не было бы света, бродили бы в темноте
и глазу не за что было бы зацепиться.
(картина в частной коллекции)


Послание неведомых миров неведомым мирам. Комета неуловимо скользит
в бесконечном пространстве. Это послание не нам, но наше сознание,
единое со Вселенной, всё равно реагирует на далёкие события.
Мы едины с Космосом.

Впервые попав в Гималаи, я увидел на небе комету.
Это была комета Хейла-Боппа 1996 года.
И у меня ушло 12 лет на то, чтобы понять, как можно
отразить на холсте впечатление от этого события.Понять ту меру условности и реальности, которая
отражала бы то самое состояние, проявившееся над
ледяными вершинами Гималаев - освещённых, как
внутренним светом, так и светом далёких звёзд.

Мы бесконечно малы в бесконечной вселенной, но наше
сознание способно воспринимать беспредельно далёкие миры,
и мы способны постигать даже то, что находится за пределами
восприятия наших органов чувств.
И нет у нас больше ничего, кроме сознания, понимания и молитвы.Именно так я и понимаю то, что «Человек - мера всех вещей»...
(картина в собственности автора)

Радуга над Южно-Китайским морем. Сезон дождей. Прямо на глазах
рождаются тайфуны, которые потом заканчивают свою жизнь
снегопадами на Камчатке. А радуга, это всегда благое знамение,
особенно, когда собираешься в путь, тем более далеко от дома.
(картина в собственности автора)


Огненный шар Солнца уходит в воду, и наверно от этого ночного соединения
воды и огня и рождаются облака.
Южно-Китайское море, острова Ко Сдак, Камбоджа. Конец сезона дождей.
(картина в собственности автора)


Из горячего марева дня и ленивой глади моря слышен вечный шелест,
вечный шёпот воды. Это огромное счастье, данное нам. Сама возможность
видеть и воспринимать и есть главное чудо бытия.
(картина в собственности автора)

Все плоскости становятся на дыбы, горизонт упал, поверхность Земли проскальзывает и раскрывается, летишь к вершине, а она становится меньше, удаляешься - она растёт. Но вообще-то всё стоит незыблемо и всё живое.
(картина в частной коллекции)


К северу от массива Аннапурны в Гималаях, уже на границе с Тибетом, есть святое и для Индусов
и для Буддистов место - Муктинатх.
Там течёт 108 источников и, из под земли выбивается несколько язычков пламени. Там возникает полное
ощущение, что весь мир под ногами, что ты на крыше, хотя высота всего 3800 метров над уровнем моря.
На дальнем плане облака закрывают ущелье, по которому проходит старинный путь к горе Кайлас, тому
месту вокруг которого вращается вся Буддийская и Индуистская вселенная.
А через несколько дней мне предстояло отправиться в те края , края холодных Тибетских пустынь, затерянных
монастырей и почти утраченных традиций. И меня неудержимо притягивала к себе та даль, закрытая облаками. Вот!!!
(картина в собственности автора)


Ожидание перемен намного страшнее самих перемен, и когда мир преображается
на наших глазах, нам остаётся только зачарованно свидетельствовать этому. И неизвестно,
останется ли нам место в изменившемся мире. Но какое это имеет значение, Ведь Дух свободен,
а Душа бессмертна.

Вечер в Гималаях на перевале, в ожидании того, что со дня на день
начнётся сезон Муссонов, облака каждый день грозятся закрыть небо,
но к вечеру опять прячутся по долинам и ночью растворяются без остатка.
Невероятная тишина, тихий свист воздуха в камнях и шелест текущей по сосудам крови.
Пахнет камнями и космическим излучением. Всё застывает вокруг - над головой ярче
разгораются звёзды, видимые даже днём.
(картина в частной коллекции)


В последнее время мне часто снится, что я просто лечу в небе и на горизонте
вырастает алмазная цепь великих Гималаев.
(картина в частной коллекции)


То о чём мечталось, когда я начинал путешествовать, и то, что удалось осуществить.
В Гималаях, когда закрываешь глаза, или сидишь в созерцании, весь мир кажется
пронизан отблесками серебра.
(картина в частной коллекции)

Я люблю покой вечера, того времени, когда крестьяне загоняют домой коров,
и начинают готовить ужин, когда издалека из долины внизу, доносятся едва
уловимые голоса, и запах дыма из очага. Свет становится теплым, сменяя
выжигающую глаза бескомпромиссность дневного светила, и в воздухе
разливается покой. Все формы делаются мягче, воздушнее, и уходящие
лучи солнца прощаются с миром до утра.
(картина в частной коллекции)


Много лет назад, я очень любил заходить в "Букинистический магазин иностранной книги",
что в Москве на улице Качалова, ныне Малая Никитская, и там мне попалась, как-то книга
Мишеля Песселя о его Гималайских путешествиях, и я помню, как я рассматривал фотографии
Мустанга, зная, что для меня, в Советское Время - Мустанг, как и обратная сторона Луны - это
примерно одинаково недоступно,но у меня, почему-то возникло удивительное ощущение достоверности переживания, собственного присутсвия, когда я листал книгу.
Мне казалось, что я чуствую даже запах камней.
И вот оно - майское утро, я заканчиваю двухмесячное путешествие по ещё более затерянным районам
Северных Гималаев. Я вижу, как весь Мустанг лежит передо мной, понимаю что по сравнению с тем откуда я
возвращаюсь - Мустанг это.... ну вы сами понимаете, Мустанг это уже современная цивилизация,
где можно даже попить кофе.
Но это шёлковое утро, без единого дуновения ветерка, когда под ногами ещё хрустит ночной лёд,
это утро я никогда не забуду, и это далёкое облачко над Китайской границей, как созерцатель нашей пёстрой жизни.
(картина в собственности автора)


Меня всегда завораживала тема того, как когда человек, сбросив тело, уходит из земной жизни,
то мне представляется, что его душа, ещё не совсем утратив земные, человеческие свойства,
посещает места , которые любила при жизни - картина примерно про это, но не совсем,
мне, скорее захотелось выразить взгляд, не отягощённой косной материей и заботами сущности,
на движение - Пар созерцает пар.
(картина в собственности автора)

Вот в этом болотце начинаются такие реки, Сыр-Дарья и Сары Джаз, из этого озерца они
текут в разные стороны. И если первая течёт через Ферганскую долину и, в конце концов,
впадает в Аральское море, то вторая, преодолев хребты Южного Тянь-Шаня, теряется в
песках пустыни Такла Макан.
(картина в частной коллекции)


Холодная Тибетская пустыня, если бы здесь хоть когда нибудь были осадки, то везде бы лежал лёд.
А так, только камни, как следы времени, и время от времени по пути попадаются Буддийские или
Бонские ступы, они привносят что-то человеческое, какую-то заботу в этот мир, не предназначенный
для жизни людей; а из за пригорка прямо на нас стремительно накатывают облака, сдуваемые
с Гималайских вершин, там они и оставляют весь свой запас снега и дождя.
(картина в частной коллекции)


Если делать по одному кадру в месяц а потом просмотреть плёнку за двести лет,
то можно будет увидеть, что ледники текут, как реки. Воде в этом озере содержит
соли урана, которые и придают ей этот зелёный цвет.
(картина в частной коллекции)

В 1996 году на обратном пути из Непала, после очень тяжёлого путешествия в Гималаях,
я дней на десять заехал на Шри Ланку просто, чтобы немного прийти в себя. Я жил
в маленьком домике, метрах в 20-ти от линии прибоя, и кроме хозяев этого участка с
кокосовой рощей, я не видел ни одного человека. Я просто плавал и гулял вдоль берега,
созерцая волны океанского прибоя. В Индийской мифологии есть такое понятие - Хиранья Гарбха,
в переводе с санскрита Золотое Яйцо, и, именно из него, по преданию, родилась наша Вселенная.
Ну так вот, я гуляю по берегу и, в какой-то момент отражение солнца в воде отходящей волны,
соткалось в зыбкое и дрожащее изображение Золотого яйца....
(картина в частной коллекции)


Мир желаний - мир форм - мир без формы, и обратно - проявление мира форм.
(картина в собственности автора)


Перевал Торонг Ла в Гималаях 5486 метров над уровнем моря. Меня всегда привлекал,
лёд впитавший в себя сотни лет космического излучения. Голубовато-зелёное свечение,
вторгающееся в наше пространство с негромким потрескиванием и глухими ударами
отколовшихся льдин.
(картина в собственности автора)

Прояснение после снегопада это название одной из стадий чаньской буддийской практики,
при которой, во время созерцания проявляется яркий свет перед внутренним взором.
На картине написана вершина Ама Даблам, что находится в районе Эвереста. Я, когда возвращапся
уже назад из тех мест, попал в сильный снегопад, который шёл три дня, это были первые признаки,
наступающего муссона. Я очень хотел последний раз взглянуть на вершину Ама Даблам, похожую
на подтаявшее эскимо, но небо было плотно затянуто облаками, и когда надежда уже почти пропала,
ненадолго, минут на двадцать, серая пелена расступиляась и вершина последний раз сверкнула своим
чуть зеленоватым блеском.
(картина в собственности автора)


Прямой путь.
Невежество не обладает собственной сущностью.
Картина была написана после того, как я вернулся из трёхмесячного
путешествия в Гималаи. Из азропорта, приехав домой, я решил никуда
не выходить, пока не напишу картину, ещё по настоящему
не "приземлившись".
(картина в собственности автора)


Перевал в Тибете. Около 6000 метров над уровнем моря
Эти последние несколько десятков метров до гребня,
они кажутся бесконечными. И та грань, которая разрежет
жизнь на прошлое и будущее, всё отступает
(картина в собственности автора)

Гималаи рвутся в небо, побеждая тяжесть земной плоти. Эти горы рассекают облака
и продолжают расти. Они рассекают мир и беседуют с Космосом. По их склонам струится
свет и та сила которая даёт жизнь и осознание всем живым существам. Созерцание гор
даёт нам силу для Победы, в первую очередь, над собственной ленью и инерцией.
Массив Нилгири в Непальских Гималаях.
(картина в частной коллекции)


Восточный Памир. Конец СССР, 91 год, сентябрь, в Таджикистане начиналась гражданская война,
путь назад был отрезан, и тогда, уходя от войны через Афганистан и Пакистан, я первый раз увидел
Гималаи и Тибет, издали, но увидел. Пыль принесённая ветром, родившимся в Африке, окрашивала все
заходы и восходы в желтый цвет, и тишина была - потусторонняя, и весь мир людей пропал где-то
далеко внизу, он просто исчез.
(Картина в коллекции Сергиево-Посадского художественного музея)


Камни на перевале, как капище неведомой, ушедшей культуры, Гималаи тонут в облаках начинающегося
муссона, который кончится только через три месяца, а мне идти туда, в дождь...
(картина в частной коллекции)