Вера в то, что мы получаем прощение грехов единственно ради Христа и верой, была верой отцов, и пророков, и всех святых с начала мира; и таково же было богословие и учение Христа и апостолов, которым было поручено нести его по всему миру. И до сего дня и до конца времен оно будет единодушным пониманием и голосом всей христианской Церкви, которая всегда единомысленно и единодушно исповедовала и отстаивала, что только во имя Господа Иисуса получается и принимается прощение грехов. И пребывая в этой вере, они были оправданы пред Богом и спасены.

— Мартин Лютер

Именно так сегодня поступают и мои антиномисты, которые произносят прекрасные и (я не могу думать иначе) искренние проповеди о благодати Христовой, о прощении грехов и обо всем прочем, что только можно сказать в связи с учением об искуплении. Однако они шарахаются, словно от самого сатаны, от вытекающей отсюда необходимости говорить людям о третьем артикуле, об освящении, т. е. о новой жизни во Христе. Они думают, что не следует пугать или смущать людей, но всегда произносят утешительные проповеди о благодати и прощении грехов во Христе и ни при каких обстоятельствах не произносят такие или похожие слова: «Слушай! Ты хочешь быть христианином и в то же время остаешься прелюбодеем, блудником, пьяной свиньей, гордецом, распутником, лихоимцем, завистливым, злопамятным, злоумышленным и т. п.!» Напротив, они говорят: «Слушай! Хотя ты и прелюбодей, блудослов, скряга или еще какой-нибудь грешник, если ты веруешь, ты спасен, и тебе незачем бояться закона. Христос исполнил его целиком!» …Может быть, для Пасхи их проповеди и хороши, но плохи для Пятидесятницы, потому что они не проповедуют… «об освящении Святым Духом», но только об искуплении Иисуса Христа, хотя Христос (Которого они столь высоко превозносят — и правильно делают) есть Христос, то есть Он приобрел искупление от греха и смерти, дабы Святой Дух мог преобразить нас из ветхого Адама в нового человека… Христос приобрел для нас не только gratia, благодать, но также и donum, «дар Святого Духа», чтобы нам иметь  не только прощение греха, но и избавление от него. И у того, кто не удерживает себя от греха, но упорствует в своей греховной жизни, должно быть, есть иной Христос, Христос антиномистов; подлинного Христа там нет, даже если все ангелы будут кричать: «Христос! Христос!» Такой человек подвергнется осуждению вместе с этим своим новым Христом.

— Мартин Лютер. О Соборе и Церкви

Если бы кто стал проповедовать учения, идущие вразрез с каким-либо артикулом веры, ясно изложенным в Писании и исповедуемым по всему миру и всеми христианами, — таковы артикулы, которые мы преподаем детям в Символе Веры, — к примеру, если бы кто стал учить, что Христос не Бог, но всего лишь человек, подобный прочим пророкам, как полагают магометане и анабаптисты, таких учителей не следовало бы терпеть… Ибо они не просто еретики, но откровенные богохульники… Своим богохульством такие учителя хулят имя Божье… Подобным же образом… [не следует терпеть] тех, кто проповедует, будто Христос не умер за наши грехи, но каждый должен будет понести за них собственное наказание. Ибо и это также является хулой против Евангелия и против артикула, которым мы молимся в Символе Веры: «Верую в прощение грехов» и «в Иисуса Христа, умершего и воскресшего». К таковым следует относиться таким же образом, как и к тем, кто проповедует, что воскресение из мертвых и жизнь вечная — ничто, что нет ада и тому подобное, как это делали саддукеи и эпикурейцы, которые во множестве восстают сегодня среди великих всезнаек. …Нам рассказывают, что, когда святым отцам на Никейском Соборе было зачитано учение ариан, все единодушно засвистели и не желали слушать, и не позволили арианам высказать аргументы или защититься, но осудили их тут же, без дискуссий, как богохульников. …Итак, в этом случае незачем много дискутировать; но подобные явные богохульники должны быть осуждены без слушания и защиты, как велит Павел: «Еретика следует избегать и отослать прочь после того, как его увещевали раз или два» (Титу 3:10); и он запрещает Тимофею препираться и спорить, поскольку это бесполезно и только развращает слушающих (1 Тим. 6:20). Ибо эти общие артикулы всего христианского мира уже достаточно были заслушаны. Они были подтверждены и провозглашены с помощью Писаний и исповедания всей Церкви, утверждены многими чудесами и запечатаны кровью многих святых мучеников. О них свидетельствуют и их защищают книги всех богословов. Они не нуждаются в новых спорах и хитроумных толкованиях.

— Мартин Лютер. Из толкования на Псалом 81

Лютер обнаруживает такое исполняющее Слово и в Таинствах Крещения и Вечери Господней, а равно и в Рождественской истории ("ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель!"), в Пасхальной истории и во многих других библейских текстах. Как мы уже говорили, он считает эти фразы обетованиями (promissiones). Они представляют собой конкретный способ присутствия Христа, и Его присутствие с нами ясно и несомненно: оно явным образом освобождает нас и придает нам уверенность. Я не могу напоминать себе об этой свободе и уверенности в изоляции; я не могу вести монолог сам с собой. Эти дары даются и принимаются лишь посредством обетования, произнесенного другим человеком (необязательно официальным священником или проповедником), который обращает его ко мне во имя Иисуса. Я не могу произнести обещание сам себе. Оно должно быть произнесено мне. Ибо только в таком случае оно истинно. Только в таком случае оно дарует свободу и уверенность.

Читать далее

И тогда встает вопрос: если Христос Своим воскресением уже избавил нас от смерти и наших грехов, почему мы по-прежнему ощущаем в себе грех и смерть? Ибо наши грехи по-прежнему мучают нас, мы чувствуем угрызения совести, а эта недобрая совесть порождает страх ада.

Читать далее

Псалтирь должна быть драгоценной и любимой книгой хотя бы по одной причине: она столь ясно обещает смерть и воскресение Христа — а также изображает Его Царство и состояние и природу всего христианского мира, — что ее вполне можно назвать маленькой Библией. В ней самым великолепным и кратким образом изложено все, о чем говорит целая Библия… И потому Псалтирь открывает нам не только слова [псалмопевцев] вместо их дел, но сами их сердца и глубочайшие сокровища их душ, так что мы можем увидеть основание и источник их слов и дел. Мы можем заглянуть в их сердца и увидеть, каковы были их мысли, каково было расположение их сердец, и как они поступали в самых разных ситуациях, в опасностях и нужде…

Читать далее

Ситуация с Иудой выглядит так. Он был жадный парень — евангелисты несколько раз упоминают, что он привычно воровал из казны, которая, по распоряжению Господа, находилась в его ведении. Он позволил этому греху овладеть собой и пристрастился к нему. Он позволял людям говорить с ним и проповедовать ему — так же, как, увы, некоторые жалкие и раздражающие христиане наших времен позволяют, чтобы с ним говорили и им проповедовали, — однако же шел и воровал везде, где только мог, и думал, что ему ничто не угрожает, потому что был апостолом, как и остальные.

Поскольку тем самым Иуда поддался греху, плотская самоуверенность, в конце концов, довела его до того, что сатана просто вошел в него и вложил ему в сердце желание исполнить злодейский замысел и предать своего любимого Господа и Учителя за 30 сребреников. Поскольку сатане таким образом удалось подвести Иуду к этому предательству, это привело к великому несчастью — из-за такого греха Иуда впал в отчаяние и повесился. Именно к такому концу сатана и стремился.

Читать далее

Дерзай, чадо! прощаются тебе грехи твои (Мф. 9:2).

Эти слова указывают на то, что в духовном царстве есть и должно быть полное прощение грехов. Теперь нам нужно с усердием разобрать, что значит прощение грехов. Легко сказать: прощение грехов. Ах, если бы его можно было добиться и достичь словами! Но когда дело принимает серьезный оборот, о нем ничего не известно. Ибо это великая вещь, в которую я должен поверить и которую должен принять всем сердцем, — а именно, что все мои грехи прощены, и что посредством этой веры я оправдан перед Богом. Это чудесная праведность, которая сильно отличается от праведности судей, а также мудрецов и рассудительных людей мира сего. Ибо все они говорят, что праведность живет в сердце и душе человека, словно привнесенное туда свойство. Однако этот евангельский текст учит нас тому, что христианская праведность — это не внутреннее свойство человеческого сердца или души; нам должно усвоить, что мы искуплены и объявлены праведными посредством прощения грехов.

— Мартин Лютер. Из проповеди на день св. Матфея

Читать далее

Мы, по причине грехов своих, не смели надеяться на милость Божью. Теперь все изменилось. Наши грехи очищены смертью Христа, и мы знаем, что Бог более не попрекает нас. Он — наш Друг и наш возлюбленный Отец. Каковы же должны быть плоды того, что у нас есть столь милосердный и любящий Бог — Бог, Который является источником всякой любви, Которого нам должно славить, и на Которого следует целиком возлагать наше упование во всякой нужде и скорби? Если Бог — наш Друг, нам незачем бояться какого-либо вреда; тогда никто не может напугать нас или причинить нам вред. Грех был искуплен; Бог доволен нами, и Христос, наш Посредник, сидит одесную Отца. Что теперь с того, если смерть придет и заберет наши тела, если мы знаем, что через Христа мы восстанем вновь к вечной жизни? Поэтому христианам должно всегда радоваться, какими бы ни были их жизненные обстоятельства; даже если боль поразит их тело, они могут радоваться в духе и будут славить своего Отца Небесного, от любви и милосердия Которого они зависят, и под защитой Которого они находятся в безопасности. Столь радостное избавление от невзгод мы имеем благодаря искуплению, совершенному смертью Христа.

Читать далее

Сколь велико было бы счастье нашего прародителя, если бы он тщательно хранил Слово Божье перед глазами и ел бы от всех других деревьев, кроме того единственного, от которого ему было запрещено есть! Однако ему захотелось выяснить, почему Бог запретил ему наслаждаться плодами этого единственного дерева. Кроме того, был еще и сатана, злокозненный учитель, разжигавший и поощрявший это любопытство. Потому Адам, очертя голову, бросился в пучину греха и смерти.

Читать далее

Так, в других случаях я часто упоминал достойный пример одной монахини, которая подвергалась такому же искушению. Ведь и при папах было много благочестивых людей, которые переживали эти духовные терзания, которые поистине порождаются адом и свойственны погибающим. Ибо между сомневающимся и осужденным нет никакой разницы. И потому всякий раз, когда эта монахиня чувствовала, что на нее обрушиваются огненные стрелы сатаны (ср. Еф. 6:16), она говорила только: «Я христианка».

Читать далее

Штаупиц обыкновенно утешал меня такими словами: «Зачем ты терзаешь себя этими умозрительными рассуждениями? Смотри на раны Христа и на Кровь Его, пролитую за тебя. Из них сверкнет предопределение. Следовательно, нужно слушаться Сына Божьего, Который был послан во плоти и явился, чтобы разрушить дела диавола (1 Ин. 3:8) и удостоверить тебя относительно предопределения. И по этой причине Он говорит тебе: „Ты Моя овца, потому что слышишь Мой голос“ (ср. Ин. 10:27). „Никто не похитит тебя из рук Моих“» (ср. стих 28).

Читать далее

Но ты скажешь: «Я не могу поверить». Это искушение тревожит многих, и я вспоминаю, как в Торгау ко мне подошла маленькая женщина и со слезами на глазах стала жаловаться, что не может поверить. Когда я один за другим повторил артикулы Символа Веры и о каждом спрашивал ее, убеждена ли она, что это правда, и что все произошло именно так, она отвечала: «Конечно, я думаю, что это правда, но поверить не могу». Это было сатанинское наваждение. Поэтому я повторял ей: «Если ты думаешь, что все это правда, у тебя нет причин жаловаться на свое неверие; ибо если ты не сомневаешься, что Сын Божий умер за тебя, ты несомненно веруешь, поскольку веровать означает не что иное, как признавать эти факты твердой и несомненной истиной».

Читать далее

Моисей тоже просил Бога показать ему Его лицо, но Господь отвечает: «Ты увидишь Мою спину, но ты не сможешь увидеть Мое лицо» (см. Исх. 33:23). Ибо это любопытство есть сам первородный грех, который побуждает нас стремиться достичь Бога естественным умозрением. Но это великий грех, а также бесполезная и тщетная попытка, ибо вот, что Христос говорит в Иоанна 6:65 (ср. Ин. 14:6): «Никто не приходит к Отцу, как только через Меня». Поэтому, когда мы приближаемся к неявленному Богу, там нет ни веры, ни Слова, ни знания; ибо Он — невидимый Бог, и тебе не сделать Его видимым.

Читать далее

Однако мне хочется воспользоваться возможностью, которую предоставляет этот отрывок, чтобы поговорить о сомнении, Боге и воле Божьей; ибо я слышу, что здесь и там среди знати и влиятельных людей распространяются ужасные слова относительно предопределения или предведения Божьего. Ибо вот, что они говорят: «Если я предопределен, то буду спасен, творю ли я добро или зло. Если я не предопределен, то буду осужден, независимо от своих дел». Я был бы рад подробно опровергнуть эти порочные утверждения, если бы шаткое состояние моего здоровья позволяло мне это сделать. Ибо если эти утверждения справедливы, как они, несомненно, полагают, то с воплощением Сына Божьего, Его страданиями и воскресением и со всем, что Он сделал для спасения мира, полностью покончено. Что пользы в пророках и во всем Святом Писании? Что пользы в Таинствах? Так давайте отбросим все это и будем попирать это ногами.

Читать далее

О, если бы Бог помог нам постепенно научить свои сердца верить, что слова проповедника — это Божье Слово, и что человек, который проповедует нам, — это ученый и царь…

Если бы кто объявил: «Я знаю здесь, в мире, одно место, где Бог говорит, и всякий может там слышать Бога», — если бы я отправился туда и увидел и услышал, как крестит и проповедует бедный пастор, и если бы меня заверили: «Да, это то самое место; здесь Бог говорит голосом проповедника, который несет Божье Слово», — я бы ответил: «Увы, меня обманули! Я вижу только пастора…»

Читать далее

Чтобы спастись, человек должен знать три вещи. Во-первых, он должен знать, что нужно делать, а чего не делать. Во-вторых, когда он осознает свою неспособность исполнить то, что нужно делать и чего не делать, он должен знать, где ему найти необходимые для этого силы. В-третих, он должен знать, как искать и получить эти силы. Точно так же больной должен сначала определить природу своей болезни, а потом выяснить, что ему должно делать и чего не делать. Затем он должен узнать, где найти лекарство, которое поможет ему делать или не делать то, что должно здоровому человеку. Тогда он должен захотеть этого лекарства или взыскать его и достать или попросить, чтобы ему его принесли. Так заповеди учат человека признать свою болезнь и дают ему способность понять, что ему делать и чего не делать, с чем соглашаться и от чего отказываться, и таким образом он осознает, что является грешным и порочным существом. Символ Веры научит его и покажет ему, где найти лекарство — благодать, — которая поможет ему стать преданным и соблюдать заповеди. Символ Веры указывает ему на Бога и Его милосердие, поданную и явленную ему во Христе. Наконец, Молитва Господня учит его, что через все это, а именно через соблюдение заповедей, ему будет даровано все. В этих трех вещах заключена суть всей Библии.

— Мартин Лютер

Некоторые пренебрежительно относятся к Ветхому Завету, видя в нем книгу, данную одному только иудейскому народу и уже устаревшую, содержащую лишь предания глубокой старины. Они думают, что Нового Завета им достаточно и говорят, что вчитываются в Ветхий Завет лишь в духовном смысле. Ориген, Иероним и многие уважаемые люди придерживались таких взглядов, но Христос говорит: «Исследуйте Писания, ибо они свидетельствуют о Мне», — а св. Павел убеждает Тимофея непрестанно читать Писания и объявляет в Римлянам 1:2, что Евангелие было обещано Богом в Писаниях, а в 1 Коринфянам 15:3 он говорит, что Христос родился от семени Давида, умер и воскрес из мертвых согласно Писаниям; и св. Петр также неоднократно отсылает нас к Писаниям.

Читать далее

После того, как жители Содома утомились поисками, и их одолел сон, Лот, следуя повелению ангела, выходит, чтобы предупредить своих зятьев, за которых он собирался выдать дочерей, чтобы они остереглись и избежали надвигающейся погибели. Но и они, похоже, страдали от похмелья после вчерашних возлияний, поскольку посмеялись над благочестивым стариком. Они подумали: "Что? Неужели Господь так внезапно разрушит город? Как ты глуп, что поверил этим гостям, они просто мошенники! Если бы что-то подобное надвигалось, наверняка были бы какие-то указания на приближающееся бедствие. Но все спокойно и весело, а тебе мерещится погибель!"

Читать далее

Иисус

Блистательному, высокородному князю и господину Иоганну, герцогу Саксонскому, ландграфу Тюрингскому, маркграфу Мейссенскому, моему великодушному господину и покровителю.

Блистательный, высокородный князь, милостивый господин! Я всегда помню о своем нижайшем долге перед Вашей милостью и поминаю Вас в своих слабых молитвах!

Уже долгое время, милостивый князь и господин, я хотел выразить свое смиренное уважение и почтение Вашей княжеской милости, представив Вам некоторые духовные соображения, которыми располагаю; однако я всегда считал свои таланты слишком малыми, чтобы отважиться на какое-либо предприятие, достойное внимания Вашей княжеской милости.

Но поскольку мой великодушный господин Фридрих, герцог Саксонский, курфюрст и викарий Священной Римской империи, брат Вашей милости, не презрел, но милостиво принял мое скромное сочинение, посвященное его курфюршей милости, и теперь издал его, хотя это и не входило в мои намерения, я набрался смелости от его великодушного примера и осмелился думать, что в вас обоих, подобно княжеской крови, живет один и тот же княжеский дух, — особенно в том, что касается великодушной доброты и благоволения. Я осмелился надеяться, что Ваша княжеская милость не презрит мое скромное подношение, в издании которого я вижу большую потребность, нежели в издании других моих проповедей или трактатов. Ибо в нем затронут величайший из всех вопросов, вопрос о добрых делах, в которых творится неизмеримо больше хитростей и обмана, чем в чем-либо еще, и в которых простодушного человека так легко сбить с правильного пути, что Господь наш Христос заповедал нам остерегаться овечьих одежд, под которыми скрываются волки.

Ни в серебре, ни в золоте, ни в драгоценных камнях, ни в других редких вещах нет столь многоразличных примесей и изъянов, как в добрых делах, которые должны обладать одной лишь простой благостью, а без нее являются пустоцветом, видимостью и обманом.

И хотя я знаю и ежедневно выслушиваю множество людей, которые с презрением относятся к моей нищете и говорят, что я пишу лишь короткие памфлеты и проповеди на немецком языке для необразованных мирян, это меня не беспокоит. Я был бы благодарен Богу, если бы за всю мою жизнь, со всеми моими способностями, я сумел помочь хотя бы одному мирянину стать лучше! Я был бы доволен, благодарил бы Бога и с готовностью позволил бы после этого всем моим маленьким книжкам сгинуть без следа.

Я оставляю за другими право судить, является ли составление многих больших книг искусством, полезным для Церкви. Но я убежден, что, если бы я вознамерился писать большие книги в соответствии с их искусством, я смог бы, с помощью Божьей, сделать скорее, чем они, вероятно, смогли бы подготовить маленькое рассуждение по моему образцу. Если бы образованность давалась так же легко, как гонения, Христа уже давно бы вновь свергли с небес, перевернув и сам престол Божий. Не все мы можем быть писателями, но все мы хотим быть критиками.

Я с великой радостью оставлю кому-либо другому честь свершения великих дел и не постыжусь проповедовать и писать по-немецки для необразованных мирян. И хотя я не обладаю большим мастерством и в этом, я убежден, что, если бы мы больше занимались подобными вещами в прежние времена, и будем больше заниматься ими в будущем, для христианства это было бы немалым преимуществом, и оно получило бы от этого больше пользы, чем от больших и глубоких книг и исследований, которые имеют хождение только в школах, среди ученых людей.

Ко всему прочему, никогда и никого не принуждал и не умолял слушать меня или читать мои проповеди. Я без принуждения служил в Церкви тем, что Бог дал мне, и чем я обязан Церкви. Кому это не нравится, может слушать и читать то, что говорят другие. И если они не желают, чтобы я был перед ними в долгу, это неважно. Для меня довольно и даже слишком много того, что некоторые миряне снисходят до чтения моих слов. Даже если бы ничто более не побуждало меня, достаточно было бы и одного того, что, как я узнал, Ваша княжеская милость довольны такими немецкими книгами и желаете получить наставление в добрых делах и вере, каковым наставлением смиренно и со всяким усердием служить Вам я почитаю своим долгом.

Потому с должным смирением молю Вашу княжескую милость принять это мое приношение с благосклонностью до тех пор, пока, если Бог дарует мне время, я не составлю на немецком языке разъяснение веры во всей ее полноте. Ибо сейчас я хотел показать, как во всех добрых делах нам следует применять и употреблять веру, позволив вере быть главным делом. Если Бог позволит, в другой раз я напишу о самой вере — как нам ежедневно молиться и упражняться в ней.

Смиренно представляю себя Вашей княжеской милости,

Смиренный капеллан Вашей княжеской милости,

Д-р Мартин Лютер

Из Виттенберга, 29 марта 1520 год по Р. Х.