Вера в то, что мы получаем прощение грехов единственно ради Христа и верой, была верой отцов, и пророков, и всех святых с начала мира; и таково же было богословие и учение Христа и апостолов, которым было поручено нести его по всему миру. И до сего дня и до конца времен оно будет единодушным пониманием и голосом всей христианской Церкви, которая всегда единомысленно и единодушно исповедовала и отстаивала, что только во имя Господа Иисуса получается и принимается прощение грехов. И пребывая в этой вере, они были оправданы пред Богом и спасены.

— Мартин Лютер

Следующий вопрос — каким образом в человеке возникает вера, единственное средство принятия спасения. Писание отвечает: человек не способен произвести в себе веру ни целиком, ни отчасти. Душевный человек не только абсолютно не способен понять Евангелие («не может разуметь») , но и противится ему («почитает это безумием»), см. 1 Кор. 2:14.  Веру в таком случае производит в нас Бог: «…верующих по действию державной силы Его…» (Еф. 1:19), — и Бог осуществляет Свою силу и власть через само Евангелие. Евангелие, «слово веры» (Рим. 10:8), — это Слово, которое само творит принимающую веру, к которой оно нас призывает: «вера от слышания» (Рим. 10:17). Христос в Своей первосвященнической молитве провозглашает, что все члены Его Церкви до последнего дня будут верить в Него «по слову» апостолов (Ин. 17:20).

Читать далее

Учение о священном служении теснейшим образом связано с учением об оправдании, с «артикулом, от которого зависит, устоит Церковь или падет» (articulus stantis et cadentis ecclesiae). Вопреки распространенному в современном протестантизме мнению, оно не является отголоском католицизма в исповедании евангелическо-лютеранской церкви, чем-то чуждым учению Реформации. Ибо оправдывающей, спасительной веры не было бы в мире, не будь церковного служения (ministerium ecclesiasticum). Утверждение «Для того чтобы мы могли обрести эту веру…» (Ut hanc fidem consequamer) заканчивается не словами «Бог дал нам Священные Писания» (Deus nobis dedit scripturam sacram). Христос не оставил после Себя Своей Церкви книгу подобно тому, как Мухаммед оставил своему народу Коран. Христос учредил служение провозглашения Евангелия, «служение проповеди или устного Слова», как говорилось в седьмом из Швабахских артикулов, предтече V артикула Аугсбургского исповедания. Давайте помнить, что для Лютера — по крайней мере, в первые годы — Священным Писанием в собственном значении слова был Ветхий Завет: «Таким образом, он один именуется Священным Писанием, а Евангелию должно быть не письменным, но устным Словом… Также и по этой причине Сам Христос ничего не написал, но только говорил и называл Свое учение не Писанием, а Евангелием, то есть благой вестью или проповедью, которая должна распространяться не пером, а устами» (Kirchenpostille: Ein klein Unterricht… [1521]). Да, суть Евангелия такова, что оно должно быть не только читаемо, но и ясно проповедуемо и слышимо. Только так оно принимается верой и обретает власть над духами. Миссия, которая только и делает, что рассылает Слово Божье в виде печатных Библий кающимся язычникам, вскоре потерпит крах. Есть две фундаментальные истины, о которых в самом начале сообщает нам V артикул. И мы должны всегда помнить о них, чтобы понять суть лютеранского учения о священном служении: учение о священном служении неразрывно связано с учением об оправдании. И Богу было угодно, чтобы оправдывающая вера пробуждалась устной проповедью Евангелия.

— Hermann Sasse. The Lutheran Doctrine of the Office of the Ministry

Следующий вопрос заключается в том, откуда в человеке появляется вера, единственное средство обретения спасения. Писание отвечает: человек не в состоянии произвести веру в себе, ни в целом, ни частично. Душевный человек не только абсолютно неспособен понять  Евангелие («не может разуметь»), но и противится ему («почитает это безумием»), 1 Коринфянам 2:14. Веру производит в человеке Бог: «…в нас, верующих по действию державной силы Его…» (Ефесянам 1:19), и именно посредством самого Евангелия Бог действует Своей державной силой. Евангелие, «слово веры» (Римлянам 10:8), — это Слово, которое само производит в слушателях веру и принятие, к которым призывает: «вера от слышания» (Римлянам 10:17). Христос в Своей первосвященнической молитве провозглашает, что все члены Его Церкви до последнего дня будут верить в Него по слову апостолов: «по слову их» (Иоанна 17:20).

Это Евангелие вновь представляет нам две мысли, о вере и любви, — как в словах Христа о том, что Ему должно пойти в Иерусалим и быть распяту, так и в том, что Христос служит и помогает слепому. Первая мысль, мысль о вере, доказывает, что Писания исполняются не иначе, как через страдания Христа, а также, что Писания не говорят ни о каком ином предмете, кроме Христа, и они говорят лишь о Христе, Который должен Своей смертью исполнить Писания. Но если Его смерть должна совершить это, тогда наша смерть ничего к этому не добавит, ибо наша смерть есть грех и проклятие. Если же наша смерть — высочайшее и самое страшное страдание и бедствие — это грех и смерть, что мы способны заслужить своими страданиями и смертью? И, раз наши страдания — ничто, если они напрасны, на что же способны наши добрые дела, если принять во внимание, что страдание всегда благороднее и лучше добрых дел? Заслуга здесь должна безраздельно принадлежать Христу, и вера должна твердо держаться за Него.

Читать далее

В этом Евангелии речь идет об учениках и о плодах, которые Слово Божье приносит в мире. Здесь говорится не о Законе и не о человеческих институтах, но, как объясняет Сам Христос, о Слове Божьем, которое Он Сам — Сеятель — проповедует, ибо Закон не приносит плода, равно как и человеческие институты. Христос, однако, описывает здесь четыре вида учеников божественного Слова.

Читать далее

Это Евангелие не говорит о «первых» и «последних» в обычном, повседневном понимании, поскольку великие мира сего ничто пред Богом, подобно язычникам, ничего о Боге не знающим; оно говорит о тех, кто почитает себя первыми или последними в глазах Бога. И потому эти слова доходят до самых высот и адресованы лучшим из людей — да, они устрашают даже величайших святых. Таким образом, это Евангелие указывает на Христа самим апостолам. Ибо в этой жизни случается так, что человек, поистине нищий, слабый, презренный и на самом деле страдающий ради Бога, не имеющий ни вида, ни величия и со смятением и стыдом почитающий себя последним из людей, втайне собой любуется и испытывает удовольствие, считая себя первым перед Богом и полагая, что именно поэтому он последний в глазах людей. Напротив, если человек испытывает подлинное смятение и стыд, почитая себя последним пред Богом, даже если в этот момент у него есть деньги, честь и достоинство в глазах мира, он уже поэтому является первым.

Читать далее

Дорогие друзья, вы знаете, что Евангелие есть не что иное, как проповедь об одной-единственной Личности, имя которой Христос. И хотя там и здесь пишется множество других книг, и множество разных людей произносит много проповедей — как о язычниках, так и о христианах, а также о матери Божией, о св. Петре, об ангелах и о многочисленных святых — все это не Евангелия, ибо истинное Евангелие — только то, которое показывает нам Христа и говорит о тех благах, которые мы можем надеяться обрести у Него.

Читать далее

Начало — ничто, конец — все; именно так Младенец Христос здесь кажется очень малозначимым, однако в конечном итоге становится Спасителем и Светом для всех народов.

Если бы Иосиф и Мария судили по внешности, они бы увидели в Христе лишь бедного ребенка. Однако они закрывают глаза на внешнее и твердой верой прилепляются к словам Симеона, а потому дивятся Его словам. Так и нам, когда мы созерцаем дела Божии, должно не обращать внимания на чувства, но лишь прилепляться к Его словам, дабы наши глаза и чувства не ввели нас в соблазн.

О том, что они дивились словам Симеона, евангелист также упоминает для того, чтобы научить нас: Слово Божье никогда не проповедуется тщетно, как мы читаем в Книге пророка Исаии 55:11: «Так и слово Мое, которое исходит из уст Моих [т. е. из уст Его посланников], - оно не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его». Тем самым евангелист говорит, что Симеон произнес искреннюю, прекрасную проповедь, возвестив чистое Евангелие и Слово Божье. Ибо Евангелие есть не что иное, как проповедь о Христе, провозглашающая, что Он есть Спаситель, Свет и Слава всего мира. Такая проповедь, если принимается с верой, наполняет сердце радостью и удивлением при виде столь великой благодати и утешения.

Но хотя эта проповедь и была прекрасной и утешительной, лишь немногие уверовали; люди, сновавшие взад-вперед по храму, презрели ее, сочтя глупой. Кто-то молился, кто-то занимался другими делами, но они не прислушались к словам Симеона. Да, Слово Божье должно было принести плод, и потому были те, кто принял его с радостью и удивлением, — это были Мария и Иосиф. Здесь евангелист также осуждает неверие иудеев, ибо все это происходило в храме, на виду у всех, и при этом присутствовали многие, однако же они не уверовали — то обстоятельство, что Спаситель был всего лишь младенцем, стало для них преткновением. И таким образом мы узнаем отсюда, что нам следует слушать Слово Божье с радостью, ибо оно неизменно произведет добрые плоды.

— Мартин Лютер. Из проповеди на Первое воскресенье после Рождества, 1522 (Текст: Луки 2:33-40).

Во-первых, этот текст дает нам право утверждать, что без благодати невозможно никакое доброе дело, и что все человеческие усилия греховны. Этот принцип утверждается в словах Павла: «Ибо явилась благодать Божия...» Очевидно, что до упомянутого явления никакой благодати среди людей не существовало. Если же никакой благодати не существовало, ясно, что был только гнев. И потому в нас самих — без благодати — нет ничего доброго и вообще ничего, кроме невозрожденной природы и гнева.

И вновь упоминание Павла о спасительной благодати ясно показывает, что всё, в чем нет благодати, уже осуждено и неспособно обрести ни помощи, ни спасения. Где же, в таком случае, свобода воли? Где человеческие добродетели, человеческий разум и человеческая мудрость? Все лишены спасительной благодати, все осуждены, все грешны и постыжены в глазах Бога, даже если в наших глазах они драгоценны.

Читать далее

Да охранит меня милостивый Бог от христианской церкви, в которой каждый человек — святой! Я хочу пребывать в церкви и малом стаде, состоящем из малодушных, немощных и больных, которые ощущают и осознают отвратительность своих грехов и терпят поношения ради Слова, которое они исповедуют и проповедуют чисто и без искажений. Сатана — коварная бестия. Посредством своих фанатиков он хочет заразить простодушных верой в то, что проповедь Евангелия бесполезна. Нужно «сильнее стараться», говорят они. «Мы должны жить святой жизнью, нести крест и терпеть поношения». И это внешнее подобие мнимой святости, идущее вразрез со Словом Божьим, уводит многих в заблуждение. Но наша праведность и наша святость — Христос. В Нем, а не в нас самих, мы имеем совершенство (Кол. 2:10). И я обращаюсь за утешением и прилепляюсь к словам св. Павла, сказанным в 1 Кор. 1:30: «Бог сделал Христа нашей Премудростью, нашей Праведностью, и Освящением, и Искуплением». И потому нет никакого иного способа прийти к вере, нежели через слышание, изучение и осмысление Евангелия.

— Мартин Лютер

Будь диавол поумнее, сохрани он молчание и позволь, чтобы Евангелие проповедовалось, он потерпел бы меньший ущерб. Ибо когда за Евангелие не приходится сражаться, оно покрывается ржавчиной и не находит ни причин, ни повода, чтобы проявить свою жизненность и силу. И потому для Евангелия нет ничего лучше, чем когда мир обрушивается на него со всей своей мощью и коварством.

— Мартин Лютер

Реальность такова, что в природе не существует никакого "нейтрального", "недогматического", "универсального" Евангелия, которое затем можно было бы по вкусу сдобрить конфессиональными добавками —  скажем, сюда чуточку нежного англиканского мятного соуса, а туда густой лютеранской сметанки или баптистской горчицы. Всякое исповедание Евангелия изначально и неизбежно догматично, или "конфессионально". Ибо никакая честная пропоповедь Евангелия не может уйти от необходимости сказать "да" или "нет" основным евангельским ингредиентам — таким, как сила Крещения, спасение одной лишь благодатью, всеобщая благодать, Евангелие как средство благодати или реальное присутствие тела и крови Христа в Святом Причастии.

— Kurt Marquart, “Central Lutheran Thrusts For Today,” Concordia Journal. Vol. 18, Number 3, (May 1982), p. 87

Евангелие — это радостная весть о воплощении Сына Божьего, Его искупительной смерти за нас, Его воскресении из мертвых, Его вознесении на небеса, Его нахождении одесную Бога Отца Всемогущего, откуда Он придет судить живых и мертвых. Воля Христова такова, чтобы это Евангелие проповедовалось всем народам до скончания мира. Однако Евангелие должно быть не просто вестью о том, что случилось в прошлом, и что должно произойти в будущем; провозглашение вести должно сопровождаться совершением того Таинства, котором само по себе является указанием на смерть Христову до тех пор, пока Он придет. Читать далее

На пути Евангелия есть два препятствия: первое — это проповедь ложного учения, связывающая совесть Законом и делами. Второе же представляет собой следующую уловку сатаны: когда он видит, что не может разрушить веру путем прямого отрицания Евангелия, он заходит с тыла; задает пустые вопросы и заставляет людей спорить из-за них, а тем временем забыть о главном… Так сатана подкрадывается с тыла, люди смотрят на его уловки с разинутым ртом и теряют из виду главное. Не нужно много ума, чтобы заслужить аплодисменты толпы; стоить ограничить свою проповедь лишь новыми и необычными идеями, и люди скажут, что этот проповедник образованнее прочих. Люди стекаются к такому толпами, широко раскрыв глаза, уши и уста. Людей не заботит, будут ли им проповедовать веру и любовь; это слишком привычно; они достаточно много слышали и знают об этом; их раздражает все время слышать одно и то же.

— Мартин Лютер. Толкование на 1 Тим. 1:3-4

«…Войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его, и, пав, поклонились Ему» (Мф. 2:11)

Этот дом — христианская Церковь, собрание всех верующих на земле, в которой, и только в которой можно найти Христа и Его Мать. Только в христианской Церкви можно найти тех, кто имеет во чреве от Духа Святого, производит на свет христиан и ведет христианский образ жизни. Ничто за пределами этого дома, как бы прекрасен ни был его свет, и как бы велика ни была его мудрость, не может быть обителью Христа и Его Матери — иными словами, там нем христианской жизни, ибо она может существовать только там, где есть вера, и где действует Святой Дух. Таким образом, когда папа, епископ или кто-либо другой настаивает, что, лишь придя к нему, можно найти Церковь, подумай об этом Евангелии и взгляни на звезду и будь уверен, что, если звезда не остановится над церковью, она ни коим образом не может быть домом, в котором можно найти Христа и Его Мать. Иными словами, тебе никогда не найти христианскую Церковь там, где не господствует и не сияет Евангелие. Эта звезда никогда не подведет тебя; без нее тебе никогда не найти дом, который ты ищешь. Звезда ведет к этому дому и останавливается над ним. Евангелие приводит тебя в Церковь, останавливается над ней и замирает в неподвижности, не позволяя никаким гонениям сдвинуть ее с места. К ужасу всех ее врагов, голос и свет Евангелия беспрепятственно расходятся повсюду, и мы видим, как оно исполняется в жизни апостолов, мучеников и всех святых, и ежедневно наблюдаем, как оно действует повсюду, где проповедуется.

— Martin Luther. Church Postil