Прессанули (кто-то из департамента культуры) галерею А3, где в июле этого года проходила выставка под названием "Я русский!". 

Общественность пишет Семёнычу письма: не трогайте художников!

Семёныч - единственный из федералов, который мне импонирует - об этом я говорю открыто, - хотя однажды мне пришлось сварьировать на фельетонный манер его фамилию (в рассказе "Кинофобия" нужен был градоначальник Сабякин).

В пресс-релизах выставка "Я русский!" позиционировалась примерно так: "Смешение техник, стилей и концепций формирует образ русского человека. Персидские ковры, японские матрёшки, украинский борщ, негритянский поэт и француз Фаберже. Русский - значит многогранный, состоящий из невидимых и не всегда очевидных переплетений самых разных культур и традиций. Выставка "Я русский!" это не дань моде на толерантность. Сказать о себе "Я русский!" может только тот, кто в полной мере осознал свою принадлежность к великой нации". 

Не знаю, кто автор этого художественного полотна (слово "Россия" выложено подсолнечной лузгой), но порой такая вот мелкотравчатая отвязность ещё более идеологична, чем, скажем, вульгарная сурковская пропаганда.

Значит ли это, что активистам контркультуры следовало бы держаться подальше от Москвы, а акционерам бренда А3 направлять их работы в Пермь, к Гельману..? Не знаю.

Вообще же сделали прямо перед моим подъездом карман на три машино-места, и это хорошо. Но в нашем городе такое вот бесплатное место надо блюсти. Всегда найдутся охотники. Часто скорее даже охотницы - психопатки. Надо столбить. Гараж по стоимости бюджетной машины это роскошество. 

Ну в самом деле. Одна на весь двор кричала, что у неё мужа нет. Другая подкладывала под переднее колесо написанные карандашом для глаз послания. И снимали дворники и стреляли конечно из пневматики по лобовухе.

Но я так понял, что и скорое разрешение правого поворота, и эта мэрская кампания по увеличению парковочных мест во дворах - все эти прогрессивные импульсы стимулировались моими личными медитациями, а именно связаны с моим недавним эксцессом на Смоленке и моей борьбой за дворовый кусок пространства.

Ведь как мало надо, чтобы я, свободный радикал, стал лоялен власти.

Притесняли мою малышку в июле у чужого подъезда, а теперь...

В Москве мостят тротуары. В летне-отпускной период эта тема заставила замолчать всех чирикающих по Химкинскому лесу. Что характерно, из набитых в основном дамскими пальчиками новостей узнаём, что асфальт меняется на плитку. Но уверяю вас: укладывают мостовой камень - брусчатку.

Подменяя термины, часть фемин ещё и устраивают претенциозные флеш-мобы против мощения - поднимают восстание шпилек. Несмотря на то что в Москве все давно ходят в шлёпанцах.

Пришло время декорировать столицу вопреки крикам асфальтовых лоббисток. И без того приходится вызволять несчастных из гребёнки эскалатора или решётки дождевого слива. 

Я обожаю брусчатку. Я тащусь от неё. Всякая мозаичность на дороге притягивает мой взгляд. 

Она груба, весома, фактурна, геометрична, революционна, респектна. Брусчатка - это, наконец, брутально. Столица должна быть вымощена камнем, а не залита битумно-гравийным составом с анахроничным запахом дёгтя.

Когда меня достанут уик-эндные замесы бетонного раствора в моей загородной резиденции (или когда куплю бетономешалку), тут же переключусь на мощение. 

С мощёного тротуара должна сразу же уходить вода. Мощёный тротуар не будет иметь эффект раскалённого противня. На мощёном тротуаре хорошо целоваться с босоногой девушкой.

Южная часть внутреннего Садового кольца срыта до первых признаков культурного слоя. Баррикады мешков с сухой смесью напоминают о временах интифады. Мне нравится смотреть, как рабочие подгоняют прорезиненной киянкой один камень к другому и как старательно готовят площадку под мостовую XXI века.

И пусть даже вчерашний восьмичасовой ураган разметал всё то, что они выравнивали, и раскидал по Садовому пластиковые красные и  белые заграждения. 

Всё меняется к лучшему в этом лучшем из миров.