Мало, наверное, кто думает о президенте как о человеке. Я вот думаю. Здесь не нужно специально смотреть, чтобы видеть: сеть полна насмешек. И это плохо. И даже хуже. Эксперты сейчас выявили, что тандему гарантирован высокий рейтинг на ближайшие полтора года. Но я в это не верю. И не потому что эксперты - не из Левада-центра. А потому что насмешки. Довольно часто переведённые в гомосексуальный план. Дурная репутация не повредит гиганту Берлускони или потаскуну Саркози, а президента нашего погубит.

И в Давосе насмешки. Ходорковский мол. Магницкий. Симуляционная демократия. Оно взорвалось.

А ведь что нам, простому народу надо, чтобы насмешки наши кончились?

А чтобы была безопасность, не зависящая от охранных служб. Чтоб была она плоть от плоти жизни нашей.

Чтобы не было повода у нас сообщать кротам о подозрительных людях (кроты - так называют ментов в метро). Чтобы не было причин жаться в середину вагонов от клошаров в пачкающей одежде. Чтобы не было таких дней кроме праздников, когда нам приходится обзванивать своих родственников.

(...)

Кабинетные учёные, сидящие в столицах, увидели в своих окнах молодых гастарбайтеров, ходящих вразвалочку на пружинистых ногах, и решили: пассионарный этнос разгулялся по стране. Но разве это так?

Были в Москве разные засилья. Одно из последних - казанское. Смыло его время. А сколько работало бандеровцев на стройках? Продыху от них не было. Часть этого элемента русифицировалась, часть разъехалась, часть слилась в общий кисель народов.

Но надо понимать, что всем этим молодым этносам необходимо будет по биологическим причинам состариться. Стать беспомощными и болезными. Задираемыми агрессивно настроенными туземцами - нашими детьми. Я не эксперт, но вижу следующее: в столице не менее одной трети меньшинств. Да, пока меньшинств. И пока выглядят как пассионарии. Громко и смачно тараторят. Ходят в обнимку. Жестикулируют. Зыркают. Но уже на их отпрысках сказывается губительная атмосфера столичной жизни. Например - я буду говорить прямо - легко можно увидеть сейчас в метро и на улицах не то что субтильных, но и дистрофичных восточных юнцов самой разнообразной масти.

Между прочим, с подачи тандема завелась песня про этносы. Одна умная журналистка спросила у одного из преемников: как он относится к цыганам? Он сказал: "Хорошо. Это древний этнос".

А мне кажется, это племя. Мне ещё бабушка говорила: воруют детей.

(...)

Потому что историю двигают не племена, а народы.

А что будет, если завтра курбан-байрам? Русским собираться не разрешают. Ни на Триумфальной. Ни на Манежной. Ни на Европейской. Потому что русские разжигают. А Гайнутдин нет.

Казалось бы: всё решить просто. Но никто из так усердно молящихся не торопится поехать на праздники в Мекку. Или в другое место компактного проживания единоверцев. И остаться там, например, навсегда. При этом понимают, что нам неприятно видеть зелёные коврики и кровь баранов на проспекте Мира.

Ибо вражду никто из аборигенов на пустом месте ни разжигать, ни подогревать не будет. Но и капитулировать перед Гайнутдинами, кабинетными учёными и чекистами тоже.

(...), находясь в окружении насмешливых аборигенов различного толка - от либералов до ультраправых - как будто не понимает, что аборигены не простят ему, что он самые лакомые куски кидает в жвала пришельцев. Однако земля наша, московская - не их земля. И благодатна она, действительно, для пассионариев. А не для чинуш.

(...)

Но не одними политтехнологиями вершается история, и не я это провозгласил.

А пока - почему ситуация по преступности сейчас так напоминает 90-е? Потому что стали выходить те, кого посадили в девяностых. Они выходят и играют по тем нотам, которые знают. И мы возвращаемся к нашей старой доброй гангстерской Москве.

К бесконечной уличной войне. Которую никакие металлодетекторы и симфонии народов не остановят. (...)