18.05.2009

"Комсомольская правда - Нижний Новгород" (Нижний Новгород)

В Ленинградской области полным ходом идет строительство коммуны. Правда, в роли класса-гегемона на этот раз не пролетарий, а офисный планктон, которому, кстати, было что терять, кроме своих цепей. Его орудие в борьбе за светлое будущее - не булыжник, но мотыга и лопата.

- В наш проект строительства экологической фермы бывших менеджеров чаще всего приходят инвестиционные аналитики и биржевые торговцы, проигравшиеся в пух и прах, - рассказывает Максим Виноградов, бывший продавец стройматериалов в северной столице, а теперь председатель координационного совета Ассоциации офисных работников. БЕРИ ЛОПАТУ, ПОЙДЕМ КОПАТЬ!

Утренний капуччино, бизнес-ланч, кофе-брейк, переговоры. Снова перерыв на кофе. Вечером - караоке в пивном баре; расхристанные менеджеры среднего звена после тяжелого рабочего дня зажигают, в угаре размахивают итальянскими шелковыми галстуками.

"Тебе повезло, ты не такой, как все. Ты работаешь в офисе!" - хит группы "Ленинград" стал гимном целого поколения молодых людей, попавших в теплое кожаное кресло прямо со студенческой скамьи. Вот только теперь люди, назубок знающие все прибамбасы люксовой комплектации взятого в кредит "Форда Фокуса", стенают и плачут: дорогая нефть кончилась, а долларовый кредит, выданный под 20 - 25%, остался. И работы нет. И очередной кредит под честное слово уже никто не дает...

…

…

- Будем выращивать картошку, брюкву, словом, то, что на нашей трудной северо-западной земле растет, скотину заведем. - Максим Виноградов щурится на солнце. Мы беседуем, сидя на скамейке в одном из питерских дворов.

- До кризиса я торговал атрибутами приятной жизни, - рассказывает Виноградов, - итальянскую штукатурку продавал. Сам понимаешь, как: купил подешевле, продал подороже, подсуетился - прибыль. Вот и весь малый бизнес. И все у меня было, и за границу летал, питался только в ресторанах, квартиру трехкомнатную купил, шмотки менял без конца. Эх...

Пока деньги были шальными, эта схема прокатывала, но теперь лавочку прикрыли: желающих сделать дорогую отделку больше нет, банк не дает кредита. Штукатурный бизнес Виноградова рассыпался в пыль.

- Уже в ноябре я был в долгах как в шелках, а перекредитоваться негде и заложить больше нечего, - сетует мой собеседник. - Пришлось отдать трехкомнатную квартирку банку и переехать вместе с семьей в коммуналку. Там в тесноте и обиде ко мне и пришла идея зажить по-новому. В конце концов рано или поздно надо было понять: облачко сдулось, и та халява, в которой мы купались последние несколько лет, не повторится. А жить как-то надо и детей растить, а для этого нужно что-то созидать. Кончились финансовые пузыри, пришло время настоящей работы!

ОФИСНАЯ ПАСТОРАЛЬ Вместе с Виноградовым мы отправляемся из Санкт-Петербурга в область, в поле, которое разрабатывают бывшие менеджеры.

- Эту посевную мы уже пропустили, - смущается Виноградов, оглядывая землю, где скоро появится город-сад офисных менеджеров. Бывший офисный планктон уже приступил к работе на участке в Бокситогорском районе Ленинградской области. Вокруг смешанные леса, полей очень мало. Да и земля на северо-западе не самая удачная для занятия сельским хозяйством. Однако питерских менеджеров это не смущает.

- Здесь будут парники для овощей, - улыбается Виноградов, показывая рукой на поляну. - Морковкой и брюквой у нас женский отряд занимается.

Я мгновенно представил себе офисную секретаршу в мини-юбке на шпильках, которая, боясь испортить маникюр, сеет морковку, и чуть не засмеялся.

- Вот здесь построим загон для скотины. - Бывший менеджер продолжает экскурсию по еще непостроенной деревне. - Это, кстати, первоочередная задача. Уже сейчас часть нашей общины, которая пока живет в городе, подбирает коров и свиней. Если сейчас мы их начнем откармливать, к зиме получим свежее мясо.

И опять-таки перед глазами деревенская пастораль: в теплушке на корточках сидит худощавый молодой человек в белой рубашке и итальянских кожаных туфлях. Он держит ноутбук и ищет в Интернете сайт, посвященный правильной технике забоя скота. Бычок в это время истошно мычит...

На опушке леса кипит работа: вооружившись бензопилами, молодые люди неуклюже кладут бревно на бревно. Подхожу к ним поговорить: - Вы из офиса сюда приехали?

- До кризиса я работал в питерском банке, помогал аналитикам, готовил отчеты, справки, - рассказывает один из новоиспеченных плотников, - статьи даже писал про то, как правильно на бирже торговать. А образование у меня строительное, теперь вот практика, которую на третьем курсе на стройке проходил, пригодилась.

- А по силам ли ноша? Нет пока желания плюнуть на это все и вернуться в город в какой-нибудь офис?

- Ну, во-первых, в офисах работы нет, - обижается мой собеседник, - во-вторых, мозолей на руках не боюсь, хотя физически уже тяжеловато. Но лично я верю: то, чем мы занимаемся, - это лучше, чем в Петербурге штаны просиживать. Знаешь, у меня многие знакомые сейчас просто пропадают! С работы погнали, они день на машине частным извозом занимаются, гарью дорожной дышат и геморрой в пробках зарабатывают. А день пьют. Так и сопьются... А здесь я понимаю, что я делаю, что это нужно нашим детям.

- Значит, когда уволили, пришло наконец озарение?

- Ну да, наверное. Работа в финансах - это тоже вечный стресс. Жуткий стресс, даже психологи говорят, что полезно отойти от дел. На годик-другой. С другой стороны, здесь я занят реальным делом, смогу прокормиться, чему-то научиться. Ну и знания пригодятся, опыт управленческий. Сделаем село по науке, мы же профессионалы как-никак! В одном лице объединяются животновод и менеджер по продажам, у которого в одной руке лопата, а в другой - обзор товарно-сырьевой биржи.

ШТАБ В ПЕЛЬМЕННОЙ Впрочем, наивно полагать, что без особой поддержки экологический проект менеджеров, вернувшихся к корням, к истокам, удастся. Именно поэтому они разделились. Половина обустраивает будущий сельский быт коммуны, половина перебивается на подработках в городе и пробивает местных чиновников, ищет будущие каналы сбыта, уговаривает поставщиков, подбирает племенной скот, рассказывает о себе возможным инвесторам. Словом, забот хватает! Василий Смирнов, руководитель проекта строительства экофермы, раньше тоже работал в офисе аналитиком. Теперь он отвечает за стратегическое планирование сельского хозяйства: на что потратить общие деньги, где построить дома, где расположить грядки. Несколько раз в неделю он вместе с Максимом Виноградовым и еще несколькими членами коммуны собираются в тесной и душной питерской пельменной (на офис с кондиционером денег нет), чтобы обсудить общий план строительства светлого будущего.

- У нас есть план развития, есть деньги на маленькие пилотные проекты - уже вложено около 3 миллионов рублей наших личных сбережений, - рассказывает Смирнов. - Сейчас мы разрабатываем инвестиционный план, к которому попробуем привлечь как частных инвесторов, так и государство. Главная идея - экологическая чистота. Наше кредо: "Да, в нашем хозяйстве куры не несут по 20 яиц в день и помидоры не вырастают размером с астраханский арбуз, зато у вас и ваших детей потом не вырастет хобот".

По замыслу разжалованных маркетологов и бизнес-аналитиков их новый проект даст прибыль уже через 3 года. Через два года экоферма под Бокситогорском выйдет на самоокупаемость. Звучит амбициозно, особенно учитывая то, что сельское хозяйство без господдержки заведомо убыточно.

- Просто мы сможем грамотно наладить механизмы продажи, у нас есть знания, которых нет у большинства крестьян, - возражает Кирилл Титков, участник коммуны. Он пока не потерял работу в сфере ритейла - занимается торговлей продуктами. Однако со временем хочет забросить это и заниматься организацией поставок своих собственных картошки и говядины: - Сомнений и опасений, конечно, много. Поскольку люди, которые никогда раньше не сталкивались с сельским хозяйством, - это сплошное сомнение и опасение. Но, когда так верят в результат, это помогает.

ДОБРЫЙ ЧЕЛОВЕК ИЗ ПИКАЛЕВА - Без государственной поддержки сложновато, - жалуется Максим Виноградов. - И вот это направление у нас, к сожалению, пока западает. Я много ходил по государственным инстанциям. Наши чиновники - это же Стена плача какая-то! Хоть пляши вокруг них, хоть пой - ничем не прошибешь, - рассказывает Максим Виноградов. Я вот сидел в земельном комитете Ленобласти, рассказывал, доказывал, показывал. Земли же немерено, но она пустует, мы же не кочевряжимся, любую берем, дайте хоть свалку - свалку разберем и на ней построим. Ни в какую. Сидят, улыбаются, кивают, вроде и идея наша по вкусу пришлась - нет у них, дескать, основания нам землю давать. Было конкретно предложение правительству Ленинградской области на базе одного из заброшенных колхозов запустить современный инновационный сельскохозяйственный комплекс. И это решило бы проблему трудоустройства безработных из города Пикалево. Там встали все три градообразующих предприятия, и в заложниках безработицы оказался практически весь город, так как трудовая деятельность ос новной массы населения так или иначе связана с этими заводами.

Тем не менее в правительстве Ленобласти дали от ворот поворот: нет никаких юридических оснований выделять землю бывшим менеджерам, не существует такого регламента для чиновников.

Впрочем, нет худа без добра. Пока Максим Виноградов и его товарищи бились за заброшенный колхоз, они познакомились с фермером Виктором Степановым. Тот одобрил идею и выделил менеджерам пустующий участок своей собственной земли.

Степанову 45 лет, он придерживается консервативных взглядов, религиозен, у него очень большая семья.

- Я сказал ребятам: действуйте, если выгорит - полученный продукт разделим, - объясняет логику своих действий Степанов. - Ну а не выгорит - ваши проблемы. С инструментом помогу, а земля у меня все равно пустует. Паи выкупал еще в начале 90-х - вовремя подсуетился. Каких-то больших денег на то, чтобы ее обрабатывать, нет, я могу с Максимом только едой расплатиться...

- Виктор нам дал и инструменты, и опытом помогает, - перебивает Максим Виноградов. - Молоко бесплатно, картошка и морковка - за то, что мы на его хозяйство тоже работаем, не только на свое. Мясо у него покупаем по самой низкой цене - 90 рублей за килограмм.

Аренда земли для новоиспеченных фермеров на настоящий момент - бесплатная, питание - по крайне низким ценам. Инструмент закупается - все-таки 3 миллиона рублей вложено. Первые результаты работы коммуны по идее должны появиться к осени. И тогда можно будет делать выводы: способно поколение менеджеров-белоручек, привыкших делать маникюр в дорогих салонах, взять в руки лопату и устроить свое будущее или нет.

Между прочим, этот путь пять лет назад уже прошел Герман Стерлигов, один из первых российских миллионеров. Он добился, чтобы ему выделили участок земли в Можайском районе Подмосковья, построил там дом, развел овец и в конечном итоге стал успешным фермером.

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА Сергей СМИРНОВ, руководитель Института социальной политики ГУ - ВШЭ: - Мне трудно сказать, насколько востребованы фермерские хозяйства именно в Ленинградской области. Но любая самоорганизация людей по собственной инициативе заслуживает уважения. Они не ждут, пока им что-то дадут, не требуют пособий от власти, а сами ищут выходы из кризиса, и это, конечно, отрадно.

Также трудно сказать, насколько востребованы будут дорогие экологические продукты в Ленинградской области. Могу предположить, что у них дела пойдут гораздо лучше, если они будут не только коров и свиней выращивать, но и займутся экологическим туризмом. Агротуризм - перспективное направление, думаю, в Ленинградской области такой бизнес пойдет.

Второй вариант - административный ресурс. Если у этой ассоциации офисного планктона он есть, это здорово, это даст им все шансы. Вполне возможно, что у людей, которые занимались в Санкт-Петербурге бизнесом, остались какие-то связи.

А без этого ресурса будет тяжеловато. Захочет ли им помогать государство - большой вопрос. Нынешние законы не позволяют оказывать реальную поддержку таким начинаниям, а писать новые сейчас вряд ли кто-то будет.