Санкт-Петербург будет добиваться введения сбора в размере 1 евро с каждого въезжающего в город туриста

Как сообщает «Деловой Петербург», такое решение было принято во вторник на заседании правительства Петербурга. Сбор предполагается направить на содержание памятников культуры.

Глава комитета по инвестициям и стратегическим проектам Алексей Чичканов уточнил, что такой вопрос прорабатывался, однако инициатива не получила поддержки федеральных властей.

«Надо продолжать настойчиво добиваться этого», — ответила губернатор Валентина Матвиенко. Она добавила, что туристы будут относиться к этому с пониманием, так как «1 евро — это не деньги».

Источник:

Добрый день, Н.Гизовская!

Вы получили это письмо, так как поставили свою подпись на сайте www.bashne.net против строительства в Санкт-Петербурге 400-метрового небоскрёба «Охта-центр». Благодарим Вас за поддержку!

Если это письмо попало к вам по ошибке, либо Вы не желаете получать от нас никакой информации, пройдите по ссылке ......, и мы больше не будем вас беспокоить.

Вы, возможно, уже слышали о "подземной" проблеме строительства "Охта-центра". Напомним – на территории Охтинского мыса обнаружен целый комплекс археологических памятников: от неолитических стоянок до средневековых крепостей разного времени. За богатство культурных слоев археологи уже назвали Охтинский мыс "Петербургской Троей", поскольку он хранит бесценные сведения о предыстории Петербурга. Однако, по планам застройщика место археологических памятников должен занять многоуровневый подземный гараж.

Пока застройщик не получ л разрешение на возведение здания небоскреба (а проект по-прежнему даже не отправлен на Госэкспертизу), вопрос сохранения археологических памятников Охтинского мыса остается одним из самых серьезных. Осенью 2009-го года экспедиция Северо-Западного НИИ «Наследие» и института истории материальной культуры РАН, более четырех лет проработавшая на Охтинском мысу, была отстранена от ведения раскопок именно потому, что отказалась подписывать бумаги на снос фортификационных сооружений. Сейчас на объекте работают новые археологи, гор аздо более лояльные застройщику. При них археологические памятники находятся под угрозой. Часть бастионов уже повреждена, часть сознательно доводится до аварийного состояния.

Полностью заявление археологов о нынешнем состоянии дел на Охтинском мысу можно прочесть на сайте Северо-Западной археологической экспедиции (http://www.spbae.ru/infraskop2010.htm).

Обнаруженные на Охтинском мысу фортификационные сооружения четырех крепостей – ландшафтно-археологические объекты, и они могут быть сохранены и му еефицированы на месте их обнаружения. Находки, свидетельствующие о жизни людей на месте нашего города с пятого тысячелетия до нашей эры, могут быть положены в основу уникальной музейной экспозиции по археологии Петербурга.

Современный музейный комплекс и археологический парк – лучше "Охта-центра"!

Если Вы хотите узнать больше об археологических памятниках Охтинского мыса, приходите на выставку:

Со 2 по 10 июня, с 14.00 до 19.00, в Дубовом зале Санкт-Петербургского Союза архитекторов (Большая Морская ул., д. 52) будет работать выставка «Археологические открытия на Охтинском мысу». Экспозиция включает фотографии, демонстрирующие памятники и находки с Охтинского мыса, а также проектные предложения по их дальнейшему сохранению.

Открытие выставки для журналистов – 2 июня, в 14.00. На открытии выступят Александр Давидович Марголис, сопредседатель петербургского отделения ВООПИиК, Владимир Васильевич Попов, президент петербургского отделения Союза архитекторов и Петр Егорович Сорокин, руководитель Санкт-Петербургской археологичес ой экспедиции.

Вход свободный.

С уважением, инициативная группа "Башне – нет!"

P.S. Мы продолжаем работу по сбору и распространению информации о проблемах, связанных с планируемым строительством небоскреба «Охта-центра». Вы можете помочь нам в сборе средств на печать информационных материалов: http://bashne.net/?page_id=1574.

Не далеко от метро Технологический-


Эмиль Неллиган
1879-1941
ВЕЛИКИЙ ФРАНКО-КАНАДСКИЙ ПОЭТ



Все стихи Неллигана написаны им за пять лет - с шестнадцати до двадцати одного года. В 1899 году он попал в лечебницу для душевнобольных и провел там больше сорока лет, до самой смерти, так и не излечившись от тяжелого психического недуга.

Его отец, ирландец Дэвид Неллиган, был почтовым служащим, говорил дома только по-английски и требовал того же от семьи. У матери, квебекской пианистки Эмилии Аманды Юдон, родным языком был французский, его же выбрал для себя и сын.

В школе он учился кое-как, интересовала его только поэзия. Сначала увлекся романтизмом - Мюссе, Ламартином, - потом, став старше, открыл для себя Рембо, Верлена, Бодлера, усвоил их ритмику, стиль и, разумеется, темы. В шестнадцать лет он стал самым молодым членом Монреальской литературной школы, представив на суд приемной комиссии несколько ранних стихотворений. Монреальская литературная школа, созданная Лувиньи де Монтиньи и Жаном Шарбонно, объединяла тогдашних новаторов, поборников свободы творчества, и здесь триумф Неллигана был полным. Стихи, которые он читал на собраниях школы, вызывали изумление и восторг у признанных поэтов.

Дома, однако, обстановка была невыносимая. Считая сочинительство пустым занятием, отец устраивал тяжелые сцены, из-за того что Эмиль бросил учебу. Он настаивал на том, чтобы сын приобрел «полезную» профессию, и со скандалом отключал ему по ночам газовое освещение. Тогда Неллиган писал при свечах.

Задумав большую поэму, которую он называл главным произведением своей жизни, Эмиль несколько недель не выходил из дому, лихорадочно работая у себя в комнате. Отец периодически рвал написанное. Тогда у Неллигана и открылось психическое заболевание. Когда его увезли в клинику, пол вокруг стола был усеян сотнями исписанных листков бумаги. Кое-что он успел переписать в тетрадь, но в больнице все это вдруг утратило для него смысл, показалось детской забавой. Больше Неллиган стихов не писал и неохотно вспоминал те, что сочинил в юности.

До болезни он успел напечатать лишь несколько стихотворений в периодике. Первый его сборник, вышедший в 1904 году, очень быстро принес ему известность в Канаде, Франции и Бельгии. И почти сразу же после смерти, в 1941 году, Эмиль Неллиган

превратился в культового персонажа квебекского пантеона. Гениальный безумец, вдохновенный творец-изгой, мятежный поэт в конфликте с грубой прозой жизни - таков его образ в глазах соотечественников. После него не осталось ни писем, ни дневников. Все его наследие - две сотни стихотворений.

 

В 1904 вышел сборник из 107 его стихотворений. Но широкую известность их автор, причисленный к проклятым поэтам, начал приобретать уже после смерти, когда его стихи были переведены на несколько европейских языков и стали рассматриваться как символический исток новейшей франкоязычной поэзии Канады. О нем написано несколько биографических романов. Многие его стихи положены на музыку канадскими композиторами. Живописную фантазию по мотивам Неллигана создал Жан-Поль Риопель.

Источник: ВикипедиЯ