Когда-то давно я написала такой хулиганский стихотворень.

Карийский главарь-управляла —
Мавсол погоняло его —
Отгрохал, в натуре, гробницу.
Колбасило всех от неё!..

Но тут кинул кости до места
Пахан Македони своей
Метёлка мастдайская Саха
И грохнул крутой мавзолей.

PS. На самом деле, я, конечно, возвела напраслину на Александра Македонского. Он ничего не разрушал — напротив, впечатлённый величественным видом галикарнасского Чуда света, он не посмел его тронуть. Мавзолей простоял целых девятнадцать столетий и лишь в XIII веке был сильно повреждён мощным землетрясением. А в начале XVI века и то немногое, что от него осталось, было растащено рыцарями-иоаннитами для постройки своей крепости.

PPS. Это стихотворение не совсем самостоятельное, оно входило в состав эссе на тему... а вот поверите, точно уже и не помню, какую; что-то про культуру речи. Эссе это я готовила к областной олимпиаде по русскому языку, ещё будучи старшеклассницей. Можно было представить заранее подготовленную работу по любой из заявленных комиссией тем и, таким образом, заработать дополнительные баллы. Естественно, работы проходили конкурс и баллы получали лишь авторы тех, что оказались лучшими. Ну а в погоне за баллом мне захотелось соригинальничать — и накатала я не пафосный опус, а шутливо-ироничное сочинение. И знаете, таки не зря — в конкурсном отборе оно резко выделялось на фоне неловко-эпических серьёзностей и таки да, заняло первое место.

А было то, когда мы, ещё школьники, заканчивали девятый класс. Вы наверняка помните, что при переходе в десятый ученики сдают экзамены. Так вот, сдавали и мы, конечно: не помню уже точно, какие предметы — русский-математику, один региональный компонент и два ещё каких-то по выбору. Но главное во всей этой истории совсем другое. К сдаче нас, разумеется, готовили. И вот, на одном из подготовительных уроков объявили, что на экзаменах в качестве дополнительного вопроса могут попросить прочитать текст российского гимна или гимна нашей школы. Оба текста нам тогда же и начитали.

А стихи там были примерно такие:

Мы сегодня встаём рано утром,
Начинаем <какие-то там> дела,
И к тебе все шагаем мы дружно —
Ты, гимназия, нас позвала.

<Здесь мы трудимся... или... в общем, прибейте меня веником, но второй куплет я вспомнить так и не смогла. Но тоже какие-то дифирамбы.>

Здесь тебя воспитают как личность
И научат учиться и жить,
Отвечать хорошо и отлично
И гордиться, что ты гимназист!

Не знаю, на какую музыку следовало петь это творение, мы её так и не услышали (как, впрочем, и сам гимн в чьём бы то ни было исполнении). Мне представлялось нечто напоминающее «Интернационал». Теперь уже и не узнаешь, насколько я тогда была близка к истине.

Но... как вы сами понимаете, «детишкам «каку» хочется, а «цаца» им не впрок». Нас тогда четверо подружек было и сидели мы одной компанией, за двумя партами. А некоторые строчки так и просятся на переделку... Словом, мы не стали особо сопротивляться. (Что было дальше)

Как-то довелось мне беседовать с одним священником. Давным-давно то было, и я уже плохо помню, о чём был сам разговор, но там прозвучала запомнившаяся мне фраза. Вот эта:

Время не лечит боли. Просто душа привыкает к ней со временем.