-Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Эстравен

 -Подписка по e-mail

 

 -Сообщества

Участник сообществ (Всего в списке: 1) alatyr

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 11.09.2006
Записей: 20
Комментариев: 1
Написано: 22


Без заголовка

Понедельник, 02 Октября 2006 г. 13:28 + в цитатник
ЛА ПЛАТА

Ненавижу боль. Ненавижу, с тех пор, как лежал в больнице.
А сегодня ночью ко мне придут говорить о ней.
Говорить будут долго и складно, приводить примеры и делать выводы, строить гипотезы и возводить стены. Между собой и этой самой болью, черти бы ее взяли.
Я буду слушать и сочувствовать, или слушать и улыбаться, потому что мне скажут - смотри! Это же смешно! - или слушать и хранить бесстрастное выражение лица.
У меня очень интересный собеседник.
Я постепенно "раскачиваю" его, и тогда истаивают маски - одна за другой. Остается то, что остается.
Блестят глаза, волосы липнут ко вспотевшим щекам, потом лишнее отпадает: получается эскиз, профиль ангела на фоне окна - и замечаешь, что нос у него с горбинкой, вспоминаешь, как выглядит твой, перебитый. А собеседник кусает губы.
Осталось обнять и сказать, что дальше будет все хорошо...
Последнее время он решительнее, он приходит без масок, так что все происходит много быстрее. Не тянется всю ночь.
И теперь он плачет. Плачет и кладет голову мне на плечо, говорит, что жить ему больно, больно, черт бы это все побрал. И много других слов. Нельзя так жить. Это неправильно. Это только так. Да, только так.
Я говорю все известные мне добрые, лицемерные, умные слова, которые ему помогут - помогут, как помогали раньше, и он обмякает, обняв меня и взяв за рукав.
У меня нет своих слов.
Потом он засыпает. Засыпает на ходу. Я веду его к постели - он падает.
Завтра он проснется и будет знать, что делать - ведь он всегда знает, что делать. Только сопротивляемости ни на грош.

Почему он приходит ко мне, я не знаю. Он обычно - общительный, эмоциональный человек, душа общества, его любят. Привык быть центром вселенной. При его известности - немудрено, что привык. Поэтому его ранит что угодно: статья в газете, где о нем отозвались плохо, очередная девица ушла, родители просят денег...
Хорошо известный. Просто слишком молодой.
Такая известность в двадцать лет, наверное, ранит сильнее всего. Наверное, он истерик. Или, может быть, там так тяжело... Я не знаю. Он с шестнадцати в этом чертовом театре. И познакомились мы на какой-то театральной тусовке - я тогда работал на фестивале синхронным переводчиком.
А я давно уже не плачусь - никому. И друзей у меня мало. Их всегда было маловато.
Один раз я поговорил с ним по поводу моей тогдашней дамы. Хотя я тогда плакать точно не мог - состояние полубессознательное, пульс сто, как говорится.
С чего так - не знаю. Не в первый раз. Никогда так не...
Он буквально уложил меня рядом с собой, потому что я не стоял на ногах, и не давал выпасть в осадок. Говорил, что я теряю сознание, что мне нужно вытолкнуть из себя яд, которым я надышался от этой дуры. Хоть бы меня вырвало.
Я хотел сказать - не дура. Я хотел много чего сказать.

Дыши. Давай дыши, видишь, горло освободилось - рассказывай, хотя бы по куску, рассказывай, что у вас такое, это необходимо, ты же никогда не...

Я не понял: надо мной что, издеваются? Почему я должен... В мозгу вспыхивали, как адские переводные картинки, то сцены каких-то пыток, то сцена прощания с той самой... Кем? Да я сцены закатываю, думал я. Я не лучше ее. Стыдно. Невыносимо стыдно. Почему, спросил он. Почему? У тебя ничего не может болеть? Ты автомат? Ты ломал нос, руку, ходил на работу с воспалением легких - какого черта? Можешь не любить себя, но убивать себя ради того, кто рад бы тебя помучить посильнее... Замолчи, а? Нет. Не молчи. Не надо молчать.
И тут на меня навалилась тяжесть. Я не замечал горы на плечах, да? Да-да. Так его, нельзя себе позволять...
Да, немудрено, что ты вот так упал, сказал он. Смотри, сколько камней. Смотри, я возьму половину. И выброшу ее к чертовой матери. А потом вторую половину, еще часть, и еще столько же...
Когда я наутро встал, я был не в состоянии выйти из квартиры. Он был на удивление бестактен. Но я был жив.
Как ни странно, мне даже не стыдно.
...Похоже, я плачу долги - не кровью, как в старину, так чем-то еще другим. Он приходит ко мне каждый месяц - то больным, то здоровым. Он срывается посреди разговора и начинает рассказывать, как плохо, как невесело, как больно. Ну, наверное, это плата. Плата за...
За что именно?
Я держу его руку в своей и понимаю, что виноват.
Или виноват не я?..
Боль - мой враг, не больше и не меньше. Мне никогда не приходило в голову, что мне могут помочь в чем-то личном. Я и не ждал.
Он тоже не ждал - но ему его боль стала даже не другом - средством оплатить выживание. Он впихивает куски своего опыта в спектакли, в танец, в интервью. Каждый раз, когда ему больно, он ухитряется этим воспользоваться. Со мной, с другими, с кем-то еще.
Я бы придумал выход - но пока я могу помочь ему частично, в целом я не помощник.
Поэтому я встаю, стряхиваю его с себя...
И разбиваю окно.
Осколки сыплются вниз - вниз-вниз-вниз - и ему, загипнотизированному сверканием осколков и светом лампы, я говорю:
- Возьми кусок стекла.
...Ночь, сигаретный дым и желтый свет вызывают к жизни странную цепочку воспоминаний. Плата, зарплата, la plata. Ла-ла-ла. Река такая. Впадает в залив.
Он берет этот осколок, двигаясь медленно, как во сне. И я вижу, что слезы ненастоящие.
Я протягиваю руку.
- Давай - говорю я. - Попробуй. Резани и посмотри, что из этого выйдет.
Он так же медленно опускает руку. В глазах страх.
Я беру его ладонь и сжимаю кулак. В последний момент он выпускает стекло.
- Не надо.
- Это враг, - терпеливо разъясняю я. - У тебя есть враги?
Он морщит лоб. Наконец говорит:
- Есть...
- И чего они хотят тебе?
- Да чего угодно! Грязи! - разговор переходит в обычное русло. - Ты всегда сидишь в своей конуре и не знаешь ничего - а ты посмотри, как меня вчера отнагибали! (Тот забрал мои деньги, тот - роль, этот, этот, этот... )
Накатанные рельсы. Почти что самолюбование.
- Да помолчи ты... - я беру второй осколок.
- Я сейчас попробую тебя убить. Или просто изобью, к чертовой матери. Надоел.
В его зрачках отражаются огоньки моей лампы. Лампы-рампы.
- Чего?
- Я попробую. И не пытайся убежать, ключа нет. У нас девятый этаж. И если ты победишь, никто не будет тебя винить. Пьяная драка. Самозащита-то разрешена.
Он смеется. Думает, я шучу. Я бью первый раз и проделываю большую некрасивую дыру в рукаве его свитера. И он бросается на меня, чтобы выбить, выбить из меня дурь, и кричит, что убьет меня на самом деле, и азарт сияет синим пламенем на дне зрачков.
...Потом мы покидаем разгромленную кухню и идем до метро в три часа ночи, потом мы идем по пустой улице и кричим что-то в окна домов, и я уже дома объясняю ему:
- Ты умеешь драться. Просто тебе вдолбили, что это не тот способ. И еще ты не злой. Но тебе же понравилось. Увидишь врага - бей. В морду. Понравилось?
- Да! - В синем свете лампы он похож на 12-летнего плохиша в своем порванном шмотье. Срабатывает другая цепочка - популярные ныне ирландцы и их знаменитая борьба за независимость. Рыжий цвет. Рыжий, как от пламени взрыва.
- Ты их бей, пока ты можешь! Это же... Ну, правильно это.
- А ты тогда кто? - ехидствует он.
- А я не враг - объясняю я, накатив еще рюмку по старой привычке кухонных посиделок. - Просто я не хочу, чтобы ты умер. Ты тоже не хочешь. Ты мужик или где?
- Я не мужик - с серьезным видом паясничает он. - Я актер.
- Что? Не актер ты ни разу. Сыграл бы в Сталлоне. Вот кто мужик.
- Это раза в три круче!
- Ну так и будь!
- А то! - издевательски говорит он, и мы радостно ржем. Как два жеребца. Ни над чем. Над собой. Утром он уходит на репетицию, тряхнув мокрой гривой - душ работает. Это у нас, видимо, генетически, прошито и впаяно - после пьянки на работу.
Плата, la plata. Та. Материнская. Наше спасение в случае чего. Серебро в бутылке. Которое не молчание. Зажевать запах пьянки мятным чуингамом, забыть до вечера. Можно подумать, я первый.
А я сижу в пустой квартире и понимаю, что у меня теперь есть еще один враг. Потому что мне однажды захочется, чтобы меня кто-то притянул к себе - парень, который и слабее, и моложе, но что, что в нем есть, что? - и сказал. "Дыши. И не надо молчать. Только не надо молчать".
Те, кому я доверяю, на это неспособны.
Как мне не стыдно.
А потом он звонит мне с дороги и говорит, что нашел мне место. Хорошее. Высокооплачиваемое. У их спонсоров, в приличной фирме.
Во мне что-то ломается. Я опускаю трубку. Потом понимаю, в чем дело.

Я привожу себя в порядок и иду на работу. Потом в перерыве - понимаю, что жду звонка. Потом доделываю дела за последний месяц. Потом я звоню заказчику.
Крыса офисная.
Коллаж - монтаж.

Через несколько месяцев он звонит мне и приглашает на день рождения девушки.
У него есть девушка. Я об этом читал. У него успех. Он счастлив. Кажется, именно она купила ему квартиру.
Невероятно.
Когда-то, в начале 90-х, я приобрел на всякий случай пистолет. Дурак был.
Вот теперь я беру "Беретту" и иду к нему в гости.
Точно, точно, сошел с ума - несколько месяцев, которые мы с ним не виделись, мне горько. Как-то очень плохо. Я не умею звонить первым. Нет, ничего такого, о чем сейчас пишет всякая дрянь, или я совсем не мужик, что ли? А вот чувствую себя не лучше брошенной жены. Или мужа.
Понятно теперь, почему женщины от ревности вытворяют невесть что. Если вытворяют - дуры. Но что поделать-то?
Окно высокое. Я улыбаюсь и протягиваю потенциальной невесте шиповник, аккуратно срезанный в школьном дворе двадцать минут назад. Оригинально.
Блондинка крашеная, ей-богу.
- Белый шиповник - страстный любовник - говорит она томным голоском и сует нос в цветы. И нос, естественно, морщит. - Здравствуйте.
Квартира большая - комнаты четыре - вкуса никакого. Декаданс. Во всей красе. Чьими стараниями - не знаю. Мне почему-то обидно.
Он тут.
Я некоторое время смотрю, как он, поздоровавшись со мной и пообещав поговорить, вязнет в остальной тусовке. Ко мне с его подачи направляется какой-то жлоб с предложением поговорить, потом еще какие-то из разряда "нужных людей". Он оборачивается помахать мне рукой и ошалело смотрит, как я аккуратно проливаю розовую жидкость из своего стакана на пиджак одного из гостей.
Потом иду к двери.
Натыкаюсь на пьяного и подталкиваю его в плечо - нечего тут шляться. Большой шкаф падает громко. Когда на шум выбегают гости, я уже внизу. Дверь вылетает. Хорошая пружина, такие все выдержат...
Единственная пуля в "Беретте" - серебряная. С тех же времен, по заказу. Плата, на джинсах заплата, la plata. Река. Залив. Абзац.
Та-та-та, говорит пулеметчик.
Я захожу за угол и приставляю к виску ствол. Сага о героях галактики, ей-богу. Надо с этим кончать. Пока не поздно. Жмурюсь - от невиданного прежде удовольствия: сейчас - всё. И никакой боли.
Раздается крик, и согласно законам жанра меня сшибает с ног - кто бы вы думали? Он? Вы угадали. Приз.
- Почему не меня?
- ... hijo de puta. Вот собакин ты сын, ангел!
Я не сразу понял, что мне говорят.
Я сидел на газоне во дворе его дома, сжимая в руке совершенно ненужный кусок металла, а он так же крепко. как я вцепился в пистолет, вцепился в меня и говорил, говорил что-то о своей вине, о третьем лишнем, о том, что я ему помог, а он сволочь и ничем не отплатил, а плата за это...
Плата, зарплата, заплата на латах. Рlata. Серебро. Та-та-та. Гельд, гельд.
Я осторожно высвободился и встал.

- Мне совершенно не нужны твои вопли. - ... . Слезы... - кусок металла где-то в траве был бы полностью согласен. - И все остальное тем более. (самообвинения, битье кулаком в грудь... Зачем? Кто там говорил о брошенной жене? Что? Когда? Сколько лет назад?)
Я смотрю в его растерянную физиономию, на его забрызганные брюки и понимаю, что не хотел бы... Чего не хотел бы? Оставаться? Бить в морду? Что?
Он что-то кричит мне вслед.
О том, что и он сейчас - товар, и я - товар, и он хотел отплатить мне по честному (вот плохиш, ей-богу, но куда денешься), что...
Я не хочу, чтобы мне платили.
Я не могу ему объяснить, что есть долг, а есть задолженность. Есть отдача долгов, в которой ничего позорного нет, а есть регулярная плата по банковским счетам. Плата, зарплата, шестая палата. La Рlatа. Человек как часть мутного моря. Та-ата. Вперед.
Туата ле Даннан, мифы о которых я читал в институте, брали виру кровью за мелкие грехи. Я упрямый человек. Не хочу отдавать кровь за медные грошики. Кажется, здесь есть еще и его кровь. Я дурак.
Я иду к своей двери по коридору, медленно, очень медленно иду, и меня душит крик.
Чего я хотел от этих рук? От этой единожды безотказной жилетки для всех, которой пишут письма, которую ждут у подъезда любого клуба, которой самой нужно выплакаться - нужно, необходимо, до зарезу, пусть хоть один человек... Хоть один... Он человек или кто, в конце концов?
Может, я его не считал за человека? Может такое быть?
Но я тоже не смогу так, простите, работать - жилеткой за фиксированную зарплату.
Он звонит мне глубоко ночью. Я бросаю трубку.
Мне никто не нужен.

Через месяц я читаю заметку о том, как он влетел в аварию.
Через день сижу у его койки, чувствуя себя бесполезным чурбаном, через два - слышу от него, что я не нужен. Иди ты сам знаешь куда. И остаюсь. Потому что ...
Плата, заплата, зарплата. Гельд, гельд, орали наемники, отказываясь сражаться. La Рlata, мутные воды, последнее прибежище сокровища. Горькое. Очень горькое, как лекарство.
Я никуда от него не уйду. Как и он от меня.
Мы теперь не нищие. К деньгам это не имеет отношения. Но мы не платим.
Просто платить больше нечем.

Без заголовка

Понедельник, 25 Сентября 2006 г. 10:24 + в цитатник
Удивительно, когда за человеческое отношение приходится платить деньги...
Ну, как говорится, все дороги ведут в Мишнори.

Без заголовка

Пятница, 22 Сентября 2006 г. 16:22 + в цитатник
Реклама военных игр посреди индейского лета...
Думаю, наш народ здесь польше подходит под описание индейцев.
Значит, это лето-мое.
Целое лето длиной в две недели.
Наше. И не последнее!

Без заголовка

Вторник, 19 Сентября 2006 г. 21:05 + в цитатник
не хочу увольняться с работы.
Кроме того, это бесполезно - я должен кормить семью, в конце концов.
Кормить - это необходимое действие, которая перевешивает любые фокусы сегодняшнего дня, и, значит, это будет выполнено.
Иногда я редкостный зануда, но почему бы и не позволить себе побыть занудой? Все остроумие иногда отсекает, как ножом.
Надо бы поаккуратнее.

Температура трупа

Понедельник, 18 Сентября 2006 г. 12:15 + в цитатник
У гетенианцев не бывает аллергии на холод.
А у здешних жителей-есть.
Они тянутся друг к другу и этим согреваются.
Другой способ - устроить взрыв, перестрелку, теракт, море огня с красивыми спецеффектами.
Вот тогда-то будет тепло. Но тепло уже навсегда.
Их ад имеет форму языка пламени. Интересно, надолго ли.
Ведь золы здесь достаточно.

Сны вне контекста

Пятница, 15 Сентября 2006 г. 11:51 + в цитатник
http://leshyi.livejournal.com/292510.html?view=1290398#t1290398
Чтобы не забыть, какие бывают сны у тех, кто обычно спит мирно.

Есть ли?..

Четверг, 14 Сентября 2006 г. 12:17 + в цитатник
Тепло - это необходимость. Холод - естественное состояние планеты.
Если не будет холода - как мы будем греться, собравшись у огня?
И откуда возьмется огонь, если он необходим только для того, чтобы приготовить пищу?
Возможно, если я потеряю огонь, тот. что греет изнутри, останется только поджечь этот дом.
Или дом той, что не хочет видеть меня иначе, чем при официальных обстоятельствах.
Это уже, кажется мне, от недостатка огня.

Не едем с Гирври никуда. Он едет один. Я не могу - буду лежать дома, радуясь обществу Арека и прыжкам потомства.
Расстроен только сын Ее высочества - он хотел бы опять зайти к нам, как равный. Теперь она может запретить ему это.
Бесполезно.

Без заголовка

Среда, 13 Сентября 2006 г. 16:28 + в цитатник
Самый простой вопрос - "чего ты хочешь".
Здесь люди его не задают ни себе, ни прочим.
Как следствие - не знают, чего именно хотеть.

Без заголовка

Среда, 13 Сентября 2006 г. 14:12 + в цитатник
Если гетенианец никогда не ударит ребенка, то здесь дети - просто дорогое имущество.
На днях один из моих соседей, будучи пьян, разбил своему имуществу голову об дверь. Надеюсь, соседу хватило того, что случилось с ним (не ребенком) после.

Все же иногда очень хочется домой.

Наблюдая за псевдолитературой

Среда, 13 Сентября 2006 г. 12:27 + в цитатник
http://yuri-fics.narod.ru/beauty.html
Любопытные наблюдения.
Слишком много анатомических деталей, выдуманных названий. Здесь стесняются говорить о норме, пусть даже норма имеет двойной. тройной. прочий стандарт...

Двойной, тройной и прочий.
Здесь не любят тех кому плохо.
Здесь вряд ли помогают...
Надо быть осторожнее с носителями подобной субкультуры.

Без заголовка

Среда, 13 Сентября 2006 г. 11:53 + в цитатник
"Любовь подобна войне. Трусы должны ее бояться, ибо они не способны защищать ее знамёна". Овидий.
Я защищаю свои знамена. Но маловато у нас солдат - а один из нашей армии попал в окружение, и спасти его трудно.
На этой замечательной планете есть совершенно чуждая человеку вещь- война. Мы иногда достаем свои ножи чаще, чем стило для дневниковых записей - и все же у нас нет войны.
Все оставшееся пространство,видимо, заполняет любовь. Или экономика, политика, более важные вещи.
Любовь-это отсылка к Ареку.)
Арек говорит по этому поводу, что природа пустоты не терпит, и продолжает о детях.
Я продолжаю о войне.
Войны не вечны. Воины тоже не вечны... (С)

Кажется, это стена...

Среда, 13 Сентября 2006 г. 11:35 + в цитатник
Это стена, сказал слепой, разбив лоб.
Она не умеет извиняться.
Стена не чувствует, что тебе больно.
Хуже всего, что стена слепа - но не более тебя. Ведь об тебя тоже разбивают лбы, а ветер сушит волосы неподвижно лежащих рядом - разбились, разбились, сами виноваты.
Стенам не страшны альпинистские крючья, снежные пушки, молнии.
Им бы столкнуться - и разбиться вдребезги.

Осень

Вторник, 12 Сентября 2006 г. 16:32 + в цитатник
Для счастливых осень - время стай или одинокого полета.
На этой планете есть летающие люди.

Для некоторых - самых несчастливых - это время упущенное.
Время упущенного шанса. Несделанных дел. Не к месту сказанного слова.
Они не полетят.
Поэтому так высок процент самоубийств среди тех, кто живет в тепле, и так упорно борются за свою жизнь те, кто не знает ни весны, ни осени - для них есть только зима и лето.
Каждый раз я отправляюсь в полет - с теми, кто не упустил своей возможности поднять с земли брошенные золотые крылья.
Но иногда я думаю: что происходит там, на покинутой мной Гетен, где нет ни весны, ни времени обретения слов - осени?..
Не оттого ли мы так молчаливы, что у нас нет времени для обретения слов?..

Как достучаться до силы,

Вторник, 12 Сентября 2006 г. 14:45 + в цитатник
...признающей только собственное существование...
__________________________________________________________

Полифем пасет свои стада.
Он по сути своей мог бы быть покровителем пастухов. Но он, хотя и сила, не покровитель - ни пастухам, ни стаду.
Ему нет дела ни до собратьев, ни до Одиссея как такового: есть то, что угрожает его маленькому миру. Он невероятно стар. Он огромен, но его мир мал - Полифем довольствуется стадом. Сделать шаг с острова и как-то еще использовать свою силу, как и его собратья, он не желает. Ему это не нужно.
Почему?
Полифем невероятно силен - и невероятно примитивен. Его потребности - то, самое простое, что губит всех: еда, сон, богатство.
Назвавшийся "никем" Одиссей прекрасно подходит к Полифемовой картине мира.) То, что собираешься съесть, не должно иметь имени. Оно имеет какое-то название и вкус. Все остальные - кроме тебя - не имеют имен. Их можно есть, им можно оторвать руки и выбросить.

И то, что этот "говорящий кусок съестного" способен перехитрить, способен победить тебя, такого огромного, непобедимого доселе и дремучего, как скала - заставит тебя усвоить некий урок. Ты понимаешь, что на свете есть не только ты и не только твоя сила, да еще собратья, равные по силе и закосневшие в невежестве. Ты получаешь не только слепоту, но и зрение.
Понимание, данное таким жестоким образом - вполне обычный пример для древности.
И теперь можно крикнуть Полифему с корабля "ослепил тебя Одиссей, царь Итаки" - потому что имена для Полифема начинают иметь значение.
Возможно, следующим шагом будет понимание значения слов. И больше кола не понадобится.

Жизнь Одиссея - не череда подлостей. Это череда уроков богам и смертным, чудовищам и героям - уроков не всегда гуманных, но запоминающихся.
Одиссею не позавидуешь.

Здесь все должно быть много проще

Вторник, 12 Сентября 2006 г. 12:16 + в цитатник
Особое место в родительских влияниях на развитие занимает так называемый материнский эффект. Влияние матери на фенотип потомства обнаруживается гораздо чаще, чем влияние отца. Эти влияния связаны с цитоплазматическими эффектами яйцеклетки, внутриутробными событиями и постнатальными влияниями, связанными со вскармливанием и уходом за потомством.
Все три типа влияний могут изучаться в экспериментах на животных. Чтобы отделить влияния внутриутробной среды от влияния яйцеклетки, самкам одной инбридной линии мышей или крыс до спаривания делается пересадка яйцеклетки от самок другой инбридной линии. Чтобы изучать влияние постнатальной материнской среды, обычно потомство одной самки передается для вскармливания и воспитания другой. Таким образом, путем комбинации различных ситуаций можно выяснить эффект каждого из трех типов материнских влияний. В экспериментах на мышах, например, было показано, что особенности постнатальных материнских влияний способны снижать агрессивность самцов, происходящих из генетически более агрессивной линии. В этих же экспериментах было выявлено, что на агрессивность в той или иной мере влияют все материнские факторы. Таким образом, один и тот же ген имеет разное фенотипическое проявление в поведении в зависимости от условий развития, определяемых материнскими факторами.
Еще одно интересное наблюдение касается так называемого хэндлинга. Когда изучается влияние раннего опыта на поведение животных, часто используют процедуру хэндлинга. Она заключается в том, что детенышей мышей и крыс в течение первых трех недель после рождения регулярно берут в руки. Оказалось, что такие животные, будучи взрослыми, проявляют большую любознательность и эмоциональность, чем интактные, не получавшие хэндлинга, даже если хэндлинг ограничивался трехминутными эпизодами. Первоначально считалось, что изменение поведения животных является прямым следствием хэндлинга, однако последующие наблюдения за взаимоотношениями животных, подвергавшихся хэндлингу, с их матерями показало, что после хэндлинга и у мышей, и у крыс матери гораздо больше "тормошили" своих детенышей по сравнению с теми, которые хэндлингу не подвергались, так что изменения в поведении могли возникнуть и за счет изменений, возникших в поведении матерей экспериментальной группы.
Интересны также наблюдения за развитием недоношенных детей, которых после рождения помещали в инкубатор. Оказалось, что дети, которых время от времени встряхивали и тормошили, быстрее набирали вес и были выписаны из больницы раньше контрольных.
У человека, как и у других млекопитающих, тесная физиологическая близость матери и ребенка возникает в момент зачатия и сохраняется вплоть до отнятия от груди. При этом не только ребенок испытывает влияния со стороны физиологического и психического состояния матери, но и в организме и поведении матери происходят ответные изменения, связанные с вынашиванием, рождением, вскармливанием и воспитанием ребенка. Говорят, что мать и дитя находятся в реципрокных отношениях.
Через мать осуществляется регуляция среды плода и новорожденного, которая обеспечивает поддержание систем гомеостаза. Внутриутробная среда поддерживает уровни температуры, кислорода, воды, электролитов и питательных веществ. После рождения наиболее универсальным регулирующим веществом является молоко матери, которое поставляет организму ребенка питательные вещества, электролиты, воду, гормоны и иммунные факторы.
Помимо вскармливания, с материнским уходом связаны и другие регуляторные процессы. В первые же дни после рождения в результате реципрокных отношений у матери и ребенка устанавливается специфический режим взаимодействия. Мать и дитя приспосабливаются друг к другу. Такое установление взаимовлияний происходит уже в первые две недели жизни ребенка. Те дети, которые после рождения попадают в больничные условия (особенно если они находятся в инкубаторе, и матери не позволяется ухаживать за ребенком), в этот период не имеют тесных контактов с матерью, что неблагоприятно сказывается на их психическом развитии. Этого не происходит в тех случаях, когда мать допускается к уходу за ребенком.
______________
Могу добавить только то, что на нашей планете оба родителя - и тот, кто производит на свет, и тот, кто зачал - имеют одинаковое значения для ребенка.
Очевидно, на случай смерти одного из родителей второй обеспечивал полноценную замену для детей.
При разделении полов все происходит куда сложнее.

Без заголовка

Вторник, 12 Сентября 2006 г. 12:07 + в цитатник
Состояние готовности наступает два раза в год.
Осенью - зачать ребенка, родить ребенка.
Весной - быть с тем, с кем не можешь не быть.

Осенью мы следуем тому, что остается от инстинкта. Весной - тому, что идет изнутри и соединено с небом.
У йомеш есть апокриф: люди появились из клубов пара, когда таял ледник, самый большой ледник планеты Гетен.
Апокрифы появляются тогда, когда нет другого выхода.
Вера живет, пока дышит.
Дышит клубами пара.

Я ждал.

Вторник, 12 Сентября 2006 г. 11:47 + в цитатник
Я ждал - около 10 лет.
Около 10 - столько не живут.
Около - потому что не знаю, может ли она относиться ко мне хорошо во время кеммера. Обычно прячется. На год. Два.
Век.
Какая разница - на расстоянии руки ты или на расстоянии дороги, когда даже не расстоянии руки - не обнять, не подойти, не сказать доброго слова?
Она пронизана страхом. Страхом - которого почти не осталось - и чувством должного. Которого больше, чем страха.
Единственные прикосновения, которых ждут от нас - насилие. Почему? Как можно сделать больно тому, кого любишь, как можно его унижать, надеясь, что в ответ он выдаст реакцию, запрограммированную родителем - не бей меня, я буду хорошим?..
Может быть, потому, что мы - сильные? Относительно здоровы?.. И, как следствие-похожи на животных, следующих инстинктам?
Ее извиняет то, что с ней это пытались проделать неоднократно. В этом, к счастью, не преуспев.

Пригласить в гости, сказать: посмотри. Я болею. Я безопасен. Подойди ко мне.
И получить - жалость? Жалость к больной собаке?..

Даже сесть рядом - в какой-то момент становится убийственным.
Потому что дальше нужно обнять и сказать два слова. Три. Четыре, десять... Взъерошить волосы, позволить дотронуться до шеи.
Этого не происходит, и становится плохо.
Стоит ли бороться с неослабевающим притяжением?..
Мне остается долгий разговор о никчемных делах по электронной почте.
Говорят, все происходит в голове.
Все в голове. Своей головы не приставить.

Птицу увезли.

Вторник, 12 Сентября 2006 г. 10:14 + в цитатник
Гирври оставлял у меня сову на две недели. Вышло-почти на два месяца.
За это время сова привыкла к нам и не признает его в качестве хозяина.
Он долго гонялся за ней по дому, наконец поймал и начал чесать за ухом. Я смотрел на эту картину и вспоминал некоторые моменты приручения самого Гирври.

Он будет преподавать философию на платных курсах. Сова обеспечивает веселую науку, не иначе. Она бы жила у нас - но Арек не может все время пить таблетки, а я не хочу обижать Гирври.
Теоретически совы знают только одного хозяина.
Теперь у нее их двое.

Детали

Понедельник, 11 Сентября 2006 г. 20:00 + в цитатник
Кеммер женского типа - еще менее приятен при болезненном состоянии. Для простоты восприятия указал в графе "пол" - "женский". Вряд ли суеверное отношение к жизни поможет мне сейчас - он не помогало и ранее, разве только когда суеверия были добрыми. Первертом я от этого не стану.
После операции передвигаюсь с трудом. Сослуживцы шутят - якобы мне отрезали половину самого дорогого. Странно-после удаления яичника чувствую себя так, как будто прошла половина боли.
Больше детей, чем с Ареком, я заводить не взялся бы. Да и не стоит теперь.
Не стоит также распространяться на работе о причинах моего самочувствия. Оргорейн в некоторых вещах более склонен к пошлости и менее податлив, чем Кархайд.
Вернувшись домой, я обнаружу там Гирври, который заберет свою птицу и будет всю ночь разговаривать со мной о войне, чему и будет несказанно рад.
Ему важно, что кто-то его слышит.

Кеммер

Понедельник, 11 Сентября 2006 г. 19:49 + в цитатник
Состояние кеммера в одиночку довольно легко пережить.
Если точно знать, что именно невозможно - жить еще проще.


Поиск сообщений в Эстравен
Страницы: [1] Календарь