“Для пытки приличившихся в злодействах, зделано особливое место, называемое застенок, огорожен полисадником и покрыт для того, что при пытках бывают судьи и секретарь, и для записки пыточных
речей подъечей; и, в силу указу 742 году, ведено, записав пыточныя речи, крепить судьям невыходя из застенка.

“Взастенке же для пытки зделана дыба, состоящая втрех столбах, некоторых два вкопаны в землю, а третей сверху, поперег.

“И когда назначено будет для пытки время, то кат или палачь явится должен взастенок с своими инструментами, а оные есть: хомут шерстяной, хко-торому пришита веревка долгая; кнутья, и ремень, которым пытанному ноги связывают.

“По приходе судей в застенок и по разсуждении в чем подлежащаго к пытке спрашивать должно, при-водитца тот, котораго пытать надлежит, и от караульнаго отдаетца палачу; которой (веревку) долгую перекинет через поперечной в дыбе столб и взяв подлежащаго к пытке, руки назад заворотит, и положа их вхомут чрез приставленных для того людей встягивается, дабы пытаной на земле не стоял. У котораго руки и выворотит совсем назад, и он на них висит; потом свяжет показанным выше ремнем ноги, и привязывает к зд ел энному нарочно впереди дыбы к столбу; и растянувши сим образом, бьет кнутом, где и спрашивается о злодействах и все записывается, что таковой сказывать станет.

“Естьли-ж ис подлежащих к пытке такой случитца, которой изобличается во многом злодействе, а он запирается, и по делу обстоятельства доказывают его к подозрению, то для изыскания истины употребляются нарочно:

“1-е тиски зделанныя из железа в трех полосах с винтами, в которые кладутся злодея персты сверху болыпия два из рук, а внизу ножныя два; и свинчиваются от палача до тех пор, пока или повинится, или не можно будет больше жать перстов и винт не будет действовать.

“2-е наложа на голову веревку и просунув кляп и вертят так, что оной изумленным бывает; потом простригают на голове волосы до тела, и на то место льют холодную воду только что почти по капле, от чего также в изумление приходит.

“3-е при пытке, во время таково-ж запирательства и для изыскания истины, пытанному, когда висит на дыбе, кладут между ног на ремень, которым они связаны, бревно и на оное палач становится за

тем, чтоб на виске потянуть ево, дабы более истязания чувствовал. Есть ли же и потому истины показывать не будет, снимая пытаннаго з дыбы правят руки, а потом опять на дыбу таким же образом поднимают для того, что и чрез то боли бывает больше.

“Хотя по законам положено только три раза пытать, но когда случится — пытанной на второй или на третей пытке речи переменит, то еще трижды пытается.

“И есть ли переговаривать будет в трех пытках, то пытки употребляютця до тех пор, пока с трех пыток одинаковое скажет, ибо сколкоб раз пытан ни был, а естьли в чем-нибудь разнить в показаниях будет, то в утверждение должен еще три пытки вытерпеть; а потом и огонь таким образом: палачь, отвязав привязанные ноги от столба, висячего на дыбе растянет и зажегши веник с огнем водит по спине, на что упот-ребляетця веников три или больше, смотря по обстоятельству пытаннаго.

“Когда пытки окончатся и пытаной подлежать будет по винам ссылки на каторгу, то при посылке от палача вырываются ноздри зделанными нарочно клещами. Есть ли же которые подлежат смертной казни, то и таковых, в силу указов, до будущаго о действительной казни определения, ведено ссылать на каторгу ж, а при посылке также ноздри вырезываются. И сверх того особливыми присланными стемпелями на лбу и на щеках кладутся знаки (:вор:) в тех же стемпелях набиты железныя острыя спицы словами и ими палачь бьет в лоб и щоки, и натирает порохом, и от того слова видны бывают”
("Слово и дело", М. И. Семевскаго, изд. 3-е. 1885 г., С.-Пб., стр. 7 — 9.)


В постановлениях соборов, начиная с 1681 года и кончая 1685 годом, обращенных в государственный закон и распубликованных в форме царских указов, установлены были следующия драконовския, крайне жестокия даже для того времени, меры: “Раскольников, которые хулят святую церковь, производят в народе соблазн и мятеж и остаются упорными по трикратному у казни допросу, буде не покорятся, жечь в срубе. Если же у казни покорятся святой церкви, отсылать в монастыри под строгий надзор и по окончании испытания молодых и неженатых не выпускать из монастыря до конца жизни, чтобы они снова не увлеклись в раскол: а женатых отпускать на поруки, и когда окажется, что они снова предались расколу, казнить тою же смертию. Тех, которые перекрещивали взрослых и детей, называя прежнее их крещение неправым, казнить смертию. Тех, кто перекрещивал других, хотя бы он и покорился церкви, после исповеди и причастия казнить тою же смертию без всякаго милосердия. Тех, которые перекрещивались со своими детьми, если раскаются, бить кнутом и отсылать для исправления к местным архиереям, а если останутся упорными, казнить смертию. Обличенных в укрывательстве у себя раскольников, в доставлении им пищи, пития и т.п., если сознаются, одних, судя по вине, бить кнутом и батогами, а других ссылать в дальние города. Кто держит раскольников с порукою, не зная об их расколе, с тех брать пени”.

“У раскольников, у которых объявятца дворы и поместья, и вотчины, и лавки, и иныя промыслы, и заводы, а так же и по расколыциках порутчиков, которые ручались ведая и сосланы будут (за свою поруку) в ссылки, и те их поместья и вотчины и дворы и лавки и промыслы и заводы отписывать на себя Великих Государей и продавать по оценке с большей наддачей для того, что по таким сыскным делам на прогоны и посыльным людям в жалованье их Государские денежные казны исходит не малое число” и т.д.

(Новые материалы для истории старообрядства, Барсова, стр. 25 и дал. П. С. 3., т. II, 1102.)