Утверждая существование физических законов, мы подразумеваем тем самым, что законы эти выражают универсальный  порядок природы, ее истинное устройство. Предполагается, следовательно, что эти законы действительны всегда, в том числе и в будущем, ибо только тогда они являются подлинными законами. Однако опыт, лежащий в основании этих законов, и постоянно подтверждающий их успех - все это относится к прошлому. Поэтому мы всегда можем сказать лишь то, что наши ожидания, основанные на законах, до сих пор постоянно оправдывались. Но в таком случае какое имеем мы право делать заключение от прошлого к будущему и утверждать, что эти законы вообще являются действительными, ибо они суть универсальные законы природы? Наш практический опыт никоим образом не дает нам права делать такой вывод.

***

Для Канта физика есть единственно возможный способ подлинного конструирования объекта; для операционализма, напротив, физика базируется на некотором частном решении. Следовательно, с точки зрения трансцендентальной философии, история становления физики со всеми ее необозримыми историческими следствиями, проявляющими себя в развитии промышленности, в производстве атомных бомб и лунных ракет, предстаёт как процесс, в ходе которого разум впервые приходит к истинному пониманию способов конституирования объектов. С точки зрения операционализма основанием физики является акт воли, воли к покорению природы, что утверждали уже Бэкон и Гоббс, эти первые люди технической эры.

***

Юм учит: когда утверждается, что произошло чудо, нужно посмотреть, что является более вероятным с точки зрения научных и вненаучных законов природы и человеческой души, а именно: было ли это на самом деле чудо или иллюзия. И только в том случае, если иллюзия представляется более невероятной, чем само чудо, последнее может считаться реальностью. Однако в силу вышеназванных законов этого никогда не произойдет.

***

Предмет искусства не совпадает с предметом науки вообще и физики в частности. Он, если можно так выразиться, обладает иммунитетом в отношении предметности, сконструированной на основе научных законов.

***

Художественный синтез в теоретико-познавательном плане также является чем-то априорным, а именно творением (Schpfung). И тогда, коль скоро форма конструирования объекта, присущая физике, не имеет с точки зрения операционализма никакого преимущества перед иными формами, она не может противоречить и художественной форме. То же относится и к нуминозному опыту, ибо согласно операционализму физический закон не является ни истинной, ни ложной, но некоторой идеальной, для определенной цели созданной методологической конструкцией.

more...

free_readings

Я не ра­бо­таю, по­это­му я не от­ды­хаю. Я на­слаж­да­юсь сту­дий­ным про­цес­сом, ре­пе­ти­ци­я­ми, и фо­то­гра­фии с ре­пе­ти­ци­он­ной ба­зы без окон без две­рей вряд ли пре­ль­стят ко­го-то. У ме­ня в соц­се­тях есть, прав­да, един­ст­вен­ный аль­бом, ко­то­рый со­дер­жит фо­то с мо­е­го пер­во­го и по­ка по­след­не­го на­сто­я­ще­го от­пу­с­ка – на­зы­ва­ет­ся «По­езд мчит ме­ня в си­бир­ские мо­ро­зы», по­свя­щён Таи­лан­ду. По­ка это луч­шее ме­с­то на зем­ле, где я бы­ла (ра­зу­ме­ет­ся, по­сле мо­е­го род­но­го го­ро­да и па­ры то­чек в лю­би­мой Моск­ве). Ос­т­ров Са­муи – не про­шло НИ ЕДИ­НО­ГО ДНЯ с мо­мен­та, ког­да я вер­ну­лась (ко­нец ян­ва­ря 2011-го), что­бы я не по­ду­ма­ла: как там мой Ма­э­нам? Как там моё Banburee Bungalo? Я не люб­лю пла­вать и за­го­рать, не пью и не ку­рю, но там всё от­ме­ня­ет­ся. Ты си­дишь на сво­ём бал­ко­не в де­ся­ти ме­т­рах от оке­а­на, ча­са­ми смо­т­ришь на вол­ны, по­сто­ян­но на­хо­дясь в из­ме­нён­ном со­сто­я­нии со­зна­ния. Ты про­сы­па­ешь­ся в шесть ут­ра, что­бы пер­вым по­пла­вать в про­хлад­ной во­де, ты ешь на за­в­т­рак го­ру лап­ши с ос­т­рым кар­ри, по­том са­дишь­ся на мо­пед и едешь, на­при­мер, в вы­со­кие го­ры – в Paradise Park – по­ша­с­тать по за­по­вед­ни­ку, по­кор­мить оле­ней и по­пу­га­ев с ру­ки. 

Я знаю, ког­да вновь ока­жусь там, и мыс­лен­но от­чёр­ки­ваю в ка­лен­да­ре ос­тав­ши­е­ся ме­ся­цы. Я кон­сер­ва­тор, на­вер­ное – по­то­му что мне глу­бо­ко без­раз­лич­но, вдруг на Ба­ли ещё кру­че? Вдруг на­до во­об­ще ехать в Хор­ва­тию? Или про­сто – в Нью-Йорк, Лон­дон, Шан­хай – за ины­ми впе­чат­ле­ни­я­ми? Я не хо­чу ни­че­го знать. Я хо­чу вер­нуть­ся на уже на­си­жен­ное ме­с­то, где я две не­де­ли бы­ла очень сча­ст­ли­ва, спать на той же са­мой кро­ва­ти, стать не­до­ступ­ной со всех ус­т­ройств, утк­нуть­ся но­сом в ка­кой-ни­будь са­мо­учи­тель и не слы­шать рус­ский язык.

— У нас классная жизнь, Гарри, верно? — Кении Померой звякнул кубиками льда в пустом бокале.
— Лучшая и единственная.
— Подумать только, некоторые бедняги вынуждены зарабатывать на кусок хлеба!
Я сгреб мелочь со стойки в карман.
— Не сбрасывай меня со счета, если мне придется делать то же самое.

***

Вряд ли у него мог быть более мертвый вид.

***

После фаршированного лосося и бутылки ледяного "Шабли" жизнь уже не казалась прогулкой в лодке со стеклянным днищем по городской канализационной системе.

***

По его глазам видно было, что он никогда не улыбался. Даже во время допроса третьей степени. Он просто делал свою работу.

more...

free_readings