Я с удовольствием перечитываю Пушкина, взахлеб Паланика, плачу над "Одиночеством в сети" Вишневского, и с интересом читаю автобиографию Энди Уорхола. На книжной полке пылится уже перечитанный вдоль и поперек Бегбедер и любимые книги Вербера, Маркеса и Коэльо.
В моем i-pod'e все, от Тимати до Placebo, от Бумбокса до Бритни Спирс. Рядом с Кастой, KREC'ом и Гуфом там звучат песни Стинга, Nickelback и ранних Backstreet boys. Я засыпаю под русский рэп, просыпаюсь под клубные миксы со всего мира, и на протяжении всего дня слушаю песни дорогих мне людей.
Я могу 24 часа в сутки смотреть fashion tv и ненавижу, когда мне мешают во время футбольных матчей. Я мечтаю пить вино где-нибудь в Париже, до потери пульса хочу в Манчестер и обожаю Москву. Я в немом восторге от гениального кино, и истеричнее всех смеюсь над банальными комедиями.
Я готова перемерить сотни пар кроссовок, но я продам душу за новые туфли на шпильке. Мне безумно нравятся вечерние платья, но я не могу удержаться, если вижу еще одни джинсы.
Я рисую в любимом блокноте, хотя не умею рисовать. Пишу стихи, хотя не обладаю талантом. Воображаю себя фотографом только потому, что купила первую в своей жизни зеркалку. Я ни разу не сварила нормальные макароны, но постоянно порываюсь испечь печенье, или кекс.
В моем черном списке "люди, которые пиздят много и не по делу", но если я начинаю говорить - меня уже не заткнуть.
Если меня намеренно злят - я остаюсь спокойна, но одно случайное слово может довести меня до истерики. Слишком громко захлопнутая дверь - и я могу разрыдаться, разораться, собрать вещи и уйти из дома. Истеричка, что тут скажешь.
Иногда я не вижу грань между самоуверенностью и наглостью. Иногда со мной трудно.
Но больше всего я боюсь быть такой же, как все. Боюсь слиться в этой серой толпой, боюсь быть похожей на них.