ира, мне все опять говорят: "болезнь", опять говорят: "не лезь", опять говорят: "оставь". весь левый рукав в слезах.

"re" в его имени это от "реинкарнация", повторение. я опять сдыхаю по воскресениям, чтобы дожить до среды. зачитала его до дыр. он, наверное, даже чувствует. я присутствую _в его жизни в образе маленькой девочки, которую так и не смогли научить хорошо рисовать живые цветы на мокрой акварельной бумаге. в его голосе столько магии, что хочется верить в сказки. помнишь, как он рисовал красками? интересно, а сейчас он рисует на чем-нибудь кроме салфеток ... что-нибудь кроме мыслей. ира, он их рисует, а не выписывает. я уверена.
он повторяется. и мне страшно хочется лишить его одиночества. сделать так, чтобы он не писал о смерти. целовать его, как целуют дети - без обязательств, но преданно.
у меня о нем никаких сведений. у него обо мне никакой памяти.
акварельные краски плавятся на белых бумажных листьях. ломаю кисти. пачкаю тишину. ты никогда не оставишь меня одну. облака вуалью накинули на луну и небо стало скупым и вычурным. вычеркни, пожалуйста, вычеркни все это из меня. я опять ищу правду в чужих глазах убийственно шоколадного цвета. обещай, что следующим летом мы будем сидеть у моря, гладить ногами волны, целовать ладонями линию _ горизонта. и знать, что можно любить настолько, что от взаимности сводит пальцы.

"re" в его имени это от "реинкарнация".