очень хочется быть понятным, и при этом не быть попсой

Когда тебя предают - это неприятно. Когда тебя предает друг - это хуево. Когда тебя предает лучший и единственный друг, ты просто выходишь на балкон, трясущимися пальцами достаешь из пачки сигарету, подкуриваешься и понимаешь, что людям ты больше не будешь верить никогда.

Тебя лишают последней надежды, ты выходишь на улицу, щуришься на солнце, хочешь, как в детстве, заплакать - потому что больно и обидно до ужаса. А что вместо этого? Надеваешь солнечные очки и достаешь из кармана плеер. Все супер.

Когда утконос чувствует приближение смерти, он перестает заботиться о своей шкурке - предмете гордости и обольщения представителей противоположного пола. А я сегодня купил себе ковер - всю жизнь без ковра жил, а теперь вот купил, желтый такой, мягкий. Буду его чистить, пока могу.

Сначала надевают короткие маечки, открывая целлюлитные ляжки, а потом удивляются, что нормальных мужиков не осталось, одни геи кругом.

У любви нет половой принадлежности, когда же вы это поймете?

Знаете, как это называется? Истощенная нервная система. Нервненькая моя, истощенненькая, системочка. Вот в таком состоянии - по словам сведущих - достаточно только легонького толчка, и человек либо летит в пропасть безумия, либо лезет в петлю. Третьего - опять же по словам сведущих - не дано.

В какой-то момент приходишь к осознанию, что все, чем ты можешь гордиться - это пятерка по химии в восьмом классе. Дело не в завышенном уровне притязаний, не в склонности к самокритике и уж тем более не в юношеском максимализме. Дело в том, что вот я прожил тридцать лет (нет, вы вдумайтесь, тридцать лет, мать моя, это же охеренный кусочище времени!), а ничего нет, ничего после этих тридцати лет не осталось.
Сейчас, когда моя жизнь подходит к своему логическому завершению, я все чаще думаю о том, что на этой планете я был бесполезен, просто один из миллионов приборов для переработки полезных веществ в удобрения (крайне низкокачественные, думается мне). Осознавать это тяжело, но необходимо. Хотя бы для того, чтобы за оставшееся время успеть сделать хоть что-то, кроме углекислого газа.
Сгореть ярким огнем дотла.
д.о.т.л.а

Некоторых так дешево купить, что даже смешно становится.

Мой воображаемый собеседник отказался меня слушать. Вот упырь.

Никогда ничего не ждать, не надеяться на чудо, жить так, как получается. Не привязываться к людям, не обманывать - прежде всего самого себя, не искать друзей, твердо говорить "нет". Снимать облака и дома, пить хороший кофе, не есть. Не считать дни, не напиваться, не морочить голову.
Нужно многому научиться.

Плюс еще один день, минус еще один год. Время-песок - в моих часах его почти не осталось. Ноги в кровь, кожа сгорела так, что дотронуться невозможно, то холодно, то жарко. Теперь я знаю, как себя чувствуешь, когда тебе тридцать.

Я ненавижу перемены. Да, ненавижу, несмотря на то, что постоянно говорю, что все перемены - к лучшему. Если бы можно было что-то сделать, чтобы мир не менялся - я бы сделал. Все так быстро меняется. Люди так быстро меняются. Я так быстро меняюсь. Единственное, что остается неизменным и важным - мы с ней любим пить чуть остывший кофе. Без сахара. Из больших кружек.

Сложно понять, куда себя деть, когда твой самый близкий человек считает, что ты "идиота кусок".

Метро, два парня лет 22-24, лохматые и в смешных футболках, лениво переговариваются, изредка посмеиваются, один постоянно взъерошивает падающие на глаза волосы, у другого в руках литровая бутылка минералки.
- Да какая к черту разница, глотает девушка или нет? Главное, чтобы человек был хороший!
- ... а хороший человек всегда глотает...
Громко смеются.
Душно.

после меня

На что это похоже - тебя любят, ты любишь, у тебя семья, по выходным вы печете шарлотку, и ваши дети посыпают ее, еще горячую, сахарной пудрой?
А потом качели-карусели, яблоки в карамели, перемазанные щеки, молочный коктейль, "папа, я хочу хот-дог!", сидите на травке, и муравей по ноге ползет.
И вечером - сонная леность, салат из большой миски, хлебные крошки на ковре в гостиной, твоя дочь засыпает у тебя на коленях, обнимая одной рукой потрепанного плюшевого щенка.
Включенный ночник в детской, бормотание телевизора, она обнимает тебя сухими теплыми ладошками, зарываешься носом в ее кудри - запах цветочного сада и свежесваренного супа.
На что это все похоже?

Доктор дает мне две недели жизни. Хорошо бы в августе.

Думаешь, что нашел идеальную.
А потом ночь, и ты прижимаешься щекой к ее теплому животику. Хочешь так проспать всю ночь, да что там ночь - жизнь! А у нее раз - и в животе забурлило. Громко.
Невыносимо.

море
шумит где-то в ночи
играет пеной
бурлит
недовольно ворчит
море
такое мягкое
как облака
что отражаются
в море
облака наверняка
влюбились в волны
смотрят на них
всегда
"лишь бы быть рядом,
все остальное - ерунда"

Это не страшно, что вы мне не верите. Страшно, что вы все равно это читаете.

"Сереж, я вырасту наркоманкой и извращенкой - эти люди просто не оставляют мне шанса!"


молодые ветра

Ты просыпаешься. Тяжелая голова, отпечаток подушки на щеке. Держась за стенки, доходишь до кухни. Ставишь турку на огонь, шаришь по полке в поисках таблеток, насыпаешь из разных упаковок целую горсть таблеток, руки дрожат, и несколько круглых падают на пол. Кофе сбежал. Наливаешь себе на пол кружки, стоишь, опираясь на подоконник. За окном ливень и все такое зеленое... Глотаешь таблетки, горло саднит. Душно. Открываешь окно - и тут же тебе в лицо прилетает несколько холодных капель. Выдыхаешь, закрываешь глаза, сползаешь на пол. Как же душно. Все тело влажное, и пальцы трясутся неимоверно. Нашариваешь пачку, с трудом достаешь сигарету и с жадностью прикуриваешь. Выдыхаешь. Можно жить.

Этап безвременья - снова ничего не надо, и ничего не хочется, люди раздражают одним только своим присутствием, прячусь от всех и не выхожу на улицу, живу на подоконнике открытого окна, ко мне залетают стрижи, я совсем ничего не чувствую, и даже перестал скучать по ней.
Сарказм как оргазм, все, что угодно, только не сны, я не верю в чудеса, жизнь или что-то вроде того - и полнейшее отсутствие смысла.