Новая редакция


Вместо предисловия

В советские времена я был «не выездным». И дело не в том, что, я сам провинился перед государством или кто-то из моих родственников. «Не выездным» можно было стать из-за оказанного тебе доверия, в моем случае - допуска на срочной службе.
В общем, загранпаспорт я получил уже после 91 года, а реальная возможность побывать впервые в зарубежной командировке представилась в 1994. И в таких обстоятельствах, что долго еще буду их помнить.
Тогда внешней торговлей, и если быть точнее, ее бартерной разновидностью, не занимались разве, что бронзовые партизаны из скульптурной группы памятника «Борцам за власть Советов» с центральной площади краевого центра.
Сколько тратилось времени и средств на «деловые» переговоры, встречи, международные звонки, телексы, а позже факсы с возможными азиатскими партнерами! Кому приходилось с этим всем сталкиваться, прекрасно поймут, о чем речь. Делегации японцев и южных корейцев (если не было предварительной договоренности) перехватывали комитеты и комиссии по сотрудничеству и развитию частного предпринимательства, действующие от лица краевой администрации. Вьетнамские и китайские группы (последние просто из-за их многочисленности) выходили и на коммерсантов «средней руки» и даже «рядовых», более или менее держащихся на плаву в стихии вновь формирующегося постсоветского Российского рынка.
Накануне описываемых событий я вернулся во Владивосток из Красноярска, где встречался с автором сейчас уже весьма распространенной технологии «зернового хлеба» на предмет ее внедрения в системе санаторно-курортного питания и сулившего немалые прибыли. Сегодня эта технология имеет международное признание. Ее автор благополучно перебрался в столицу, открыл фирменный магазин и имеет отделы в большинстве районов города.
Шеф попросил меня отложить все дела по хлебу (а уже велись работы по оборудованию пекарни, заключались договора поставки сырья на пшеницу, оформлялся кредитный договор с банком для покупки лицензии):
- От тебя требуется помощь в таможенном оформлении бартерной сделки с китайской фирмой.
- Хорошо.
Опыт по технике подобных сделок у меня имелся, и без особого энтузиазма пришлось переключиться на новое дело.
Когда я поближе ознакомился с планом, заметно поредевшие волосы на голове встали дыбом! Моему шефу (однокурснику и другу) – армянскому греку по материнской и отцовской линии, давно не давал покоя образ крупнейшего в прошлом веке судовладельца - грека Онасиса. Ну, очень уж ему хотелось ввязаться в морской бизнес! Предстояло при реальной возможности передачи груза китайской стороне и получения встречного на одной из приморских пограничных железнодорожных станций доставить груз в порт Далянь морем. И это все при недельном переходе по Японскому, Восточно-китайскому и Желтому морям только в одну сторону на специализированном транспорте, переоборудованном из научно-исследовательского судна в корпусе рыболовного сейнера автономностью плавания 2 недели и разрешенной регистровой грузоподъемностью 35,4 тонн!?
Все мои аргументы о рискованности подобного рейса в это время года, а описываемые события происходили во второй половине августа, были бесполезны, т.к. уже были заключен договор аренды с судовладельцем, вложены деньги в ремонт главного дизеля и радиостанции, закуплены продукты, постельные принадлежности и т.д. Подготовкой судна к рейсу занимался наш новый сотрудник Юрий – судовой механик по образованию, работавший в советские времена главным механиком на плавбазах в одной из крупнейших рыбодобывающих и рыбообрабатывающих компаний Дальнего Востока.


Теплоход

НИС семилетней постройки предназначено для промысловой разведки стандартными для РС орудиями лова. Из-за размещения в корпусе лаборатории и кают для научных сотрудников не имеет трюма, как в серийных РС. Последние три года (1990-93) после переоборудования использовалось как СТ (специальный транспорт) с трюмом 37 кубометров для перевозки живых крабов в Японию, а на обратном пути на нем возили до 14 японских легковушек. Все это благополучие было уже в прошлом, а последние 8 месяцев 1994 года оно находилось в простое и служило местом «ссылки» для провинившихся моряков судовладельца со всеми вытекающими - пьянством, разбазариванием судового инвентаря и имущества .. Экипаж укомплектован по штату за исключением начальника радиостанции.


Груз

Туда рессорно-пружинная сталь в количестве 38,5 тон, компактно размещенная в трюме и на корме. Причем погружена была на судно вопреки существующих правил в порту Зарубино без участия таможенных властей все тем же Юрием.
Обратно – яблоки (при отсутствии рефрижераторного трюма и недельном переходе при благоприятной погоде?!).


Торговый партнер

Ляолиньская компания по экспорту и импорту одежды входила в 1994 году в число первых 50-ти китайских фирм по объему товарооборота.
Сразу отмечу, что последняя самым добросовестнийшим образом выполнила все оговоренные условия бартерной сделки (предоставила качественный товар, оплатила портовые сборы и услуги агентирующей фирмы, поставила продукты на обратный рейс). Единственным минусом в действиях китайских партнеров, и в последующем сыгравшим роковую роль, стала стоянка в порту Далянь на неделю дольше планировавшейся.

Когда мы предъявили судно и груз во Владивостоке таможенным властям, возникла непреодолимая проблема: как проверить количество погруженной стали на борт?! Нарисовалась перспектива ее выгрузки на пирс и повторной погрузки на борт с контрольным взвешиванием..
На наше счастье в дежурной смене Таможни оказался человек, хорошо меня знавший по совместной работе в ВБТРФ, и удалось избежать этой процедуры, а следовательно – неизбежных дополнительных расходов. После столь неожиданного преодоления мной возникшего препятствия Юрий начал меня уговаривать пойти с ним в рейс, ссылаясь на недостаток опыта в коммерческих операциях.
- Какую гарантию можешь дать за качественный ремонт
главного двигателя?,- спрашиваю Юрия.
- В качестве гарантии будет мастер судоремонтного завода
в экипаже мотористом!,- последовал ответ.
Окончательно меня склонило к согласию на участие в предстоящей авантюре утверждение, что на обратном пути из порта Далянь можно будет зайти в какой-либо порт на юге Японии, не избалованный частым появлением россиян, где можно будет купить приличную машину в 2– 2,5 раза дешевле традиционных мест на северо-востоке страны.
Отходу в рейс препятствовало отсутствие в экипаже начальника радиостанции, кадровики судовладельца ни чем помочь не могли – не было в резерве. Пришлось самому уговаривать знакомого, находившегося в это время на берегу между рейсами. Почему пришлось уговаривать? Начальник радиостанции, как ни кто другой в экипажах в силу своих обязанностей получать прогностические карты погоды знает насколько сложная может оказаться обстановка в Японском и Желтом морях в это время года.


20.08.94г., суббота

В 22.30 позвонил Юрий: топливо заправлено полностью во все танки (в порту назначения надо будет докупить всего 4 тонны, что бы хватило на обратную дорогу), начальник радиостанции на борту, отход завтра в 16.00.


21.08.94г., воскресенье

В 10.00 я прибыл на судно с вещами в дорогу.
Полезной работой на судне в день отхода из 12 членов экипажа занимались: начальник радиостанции Валера до обеда (обнаружилось, что при погрузке оборвали антенну); боцман, у которого всегда на судне есть работа; 2-ой штурман, привезший комплект навигационных карт из «Управы», и запомнилась еще «гарантия», копавшаяся в машинном отделении.
Остальные привычно расслаблялись с крепкими напитками, получив аванс в рейс, чесали языки и по мере захмеления вспоминали все более яркие впечатления из морской жизни.
Ко времени предполагаемой перешвартовки для оформления отхода большинство заняло горизонтальное положение, включая капитана. Зная морские традиции и, главную,– не выходить в море в понедельник, говорю Юрию:
- Завтра мы их лебедкой ни кого не поднимем.
К концу дня Юрой был изгнан из экипажа матрос-рулевой за попытку украсть и вынести с судна комплект новенького постельного белья..
- Сейчас же рулевых будет не комплект, - говорю Юрию.
- Женя, ты же рассказывал, что на «Чуеве» за рулевого на подвахте стоял. Вот по очереди и будем с 3-им штурманом Мишей вахтить,- последовал оптимистический ответ.


22.08.94г., понедельник

Начало дня провел в Таможне рыбного порта: агентирование отхода, бесконечные переговоры и уговоры.. Уговаривать кассира, что бы побыстрее осуществить все платежи; таможенного чиновника, что бы поставили в очередь на отход в такое время, когда есть шанс успеть «оформиться» до истечения суток (не успели – плати по новой); уговаривать еще кого-то, что бы проверили все документы..; искать начальника пограничного наряда на отшвартованном где-то судне для получения очередной чиновничьей подписи!
Когда в тот день поднялся на борт «моего» судна точно уже и не скажу. А то, что поговорка о тяжелом понедельнике справедлива, убедился по внешнему виду первого же попавшегося мне на встречу члена экипажа: мягкая походка, опухшее лицо, погасший взгляд, устремленный куда- то мимо..
Вахтенный помощник,- 2-ой штурман Паша, на удивление опрятен и свеж, в глазах немой вопрос:
- Когда?
- В 14.30 в Рыбном порту берем пограничный наряд, сотрудников таможни и выдвигаемся на 14 точку внешнего рейда, - отвечаю вслух и задаю встречный вопрос:
- Как капитан?
- Все такой же..,- глаза в сторону и мимо меня.

Отход судна в рейс – это всегда событие и мало чем отличается своей атмосферой на судах разного типа и водоизмещения. На мостике начинаются переговоры по «Рейду» с диспетчерами разных уровней, короткие и четкие команды по судовой трансляции, называемой в просторечии «Спикером» от соответствующего английского слова – «speak». А когда с судового камбуза потянуло ароматом свежего флотского борща, исчезли мягкие походки, опухшие лица, во взглядах появилась осмысленность и способность сосредотачиваться на собеседнике.

В тот понедельник мы так и не вышли в рейс. Да здравствуют морские традиции!
Подвел всех капитан со своим беспробудным пьянством – пограничники составили акт о том, что «капитан не контролирует ситуацию на судне» и покинули борт, не смотря на переговоры и уговоры, продолжавшиеся до 4 утра.


23.08.94г., вторник

9.30 утра, 46 причал Рыбного порта. Переговоры с властями по сценарию «репетиции отхода» от 22.08. Вторичное агентирование.
С 11.00 до 18.00 ожидание властей, оформляющих отход НИС «Океан» (легендарный научник, превратившийся в наши дни в автокруизник!?).
В 19.00 следуем на 12 точку, куда на этот раз власти прибудут самостоятельно. На капитана жалко смотреть, не смотря на проведенную с ним «реанимацию».
При оформлении отхода и пограничном контроле неожиданно выявляется непорядок в документах Юрия, второго представителя от нашей фирмы, кому я должен был помогать в коммерческой части проекта. Власти его снимают с борта и увозят вместе с собой с рейда.. Вот это оборотик событий! Погруженный в проект в его уже конечной стадии, будучи против него, я буду вынужден сам его дальше «тянуть» в одиночестве!?
Еще запомнился эпизод с таможенником в моей каюте. Увидев у меня несколько блоков сигарет, он, поморщившись, сказал:
- Не много ли для ввоза в Китай?
- Для вывоза из России не много. А нам до Китая еще неделя перехода, выкурю в пути один блок.
Чиновник от таможни демонстративно переложил блок в свой кейс и пошел дальше по другим каютам «блюсти» интересы России.
- Вот мздоимец!,- подумал я ему вслед.

А тем временем рейд, как и город не вдалеке, погружаются в теплый августовский вечер.
В 22.40 звучит долгожданная команда:
- Поднять якорь!
- Вахту стоять!, - пишут дальше в морских романах.
У нас вахту на мостике с 10.00 дня отхода 23 августа и до 8.00 утра 24 стоял 2-ой помощник Паша с матросом- рулевым Борисом по причине "болезненного" состояния других членов экипажа?!
Глядя на удаляющиеся огни любимого города, каждый из нас думал о чем-то своем.. В такие минуты не принято «травить», по сухопутному - «болтать». Мне по чему-то подумалось:
- А что нас еще ждет впереди?


24.08.94г., среда

1-ые сутки. Открытое Японское море. 8.00 судового времени (по Владивостоку). Ясно. Волнение 1,5 балла. Идем по гирокомпасу.

Если смотреть с крыла мостика вниз, взгляд через прозрачные верхние слои воды начинает теряться в темной мгле морской пучины где -то на глубине 50-60 метров, а все что попадает в поле зрения видно как в аквариуме, разве ракурс необычный: не с боку, а с верху. Вот попадаем в «облако» причудливых медуз, вот все видимое пространство вокруг корпуса судна наполняется какими–то членистоногими моллюсками, похожими на сухопутных скорпионов. «Жала» в хвостовой части, как перископы подводных лодок, выглядывают на поверхность (для дыхания что ли?). Почему –то вспоминается описание чего –то подобного у Жуля Верна из романа о капитане Немо.
Но ни с чем не сравнить охватывающий тебя восторг от стайки дельфинов, то обгоняющих судно под водой и выныривающих впереди по курсу, то отстающих и появляющихся за кормой в кильватерной струе. А это еще одна неписанная «морская традиция» тропических вод – моряки рассказывают, что они так «провожают» суда, вышедшие в рейс. Эта игривая стайка наблюдается по рассказам предыдущей ходовой вахты с рассвета. А мы, с 3-им штурманом Мишей «передадим» их следующей вахте. Япономорские дельфины несколько отличаются от хорошо нам знакомых по сериалу «Флиппер» меньшими размерами и темно – горчичным цветом спинок. Удивительное зрелище!

Обстановка на судне спокойная. Все кроме сменившейся вахты чем–то заняты. Боцман с добровольными помощниками возится с огромным брезентом на палубе перед ходовой рубкой, судовой плотник (ст. матрос) с представителями машинного отделения оборудуют по правому борту из досок между надстройкой и бортом подобие загона. Когда и у них появляется брезент, становится понятно, что они оборудуют ванну с проточной морской водой. Ведь температура воздуха в тени уже приблизилась к 35 градусам по Цельсию, а забортной воды – к 29! Брезент в руках боцмана превратился в живописный тент, создающий спасительную тень на всем пространстве между полубаком, где расположены каюты экипажа, и надстройкой. Опять же с участием ст. матроса под тентом вскоре появился просторный стол со скамейками, как на полевых станах во время уборочной страды. Смекалистый и практичный народ эти моряки!
Настроение мое начало просто стремительно улучшаться! Пусть я и около пятнадцати лет уже имел опыт расставания с семьей, и в море выходил около 1,5 десятка раз, правда в северные широты и на огромных базах, моральное самочувствие мое было не ахти, какое. А сейчас я почувствовал уверенность за окружающих меня малознакомых людей и перспективы новых впечатлений. Мысленно начал «прорисовывать» будущие живописные картинки в китайском порту Далянь.
Некоторые члены экипажа продолжают жестоко «болеть»: капитан и «мой» 3 штурман. Ну и что? Все мы люди. Переболеют, и все встанет на свои места. Сколько подобных им на суше становятся алкоголиками из–за доступности спиртного! А море лечит, лечит воздержанием..
С Мишей мы отстояли в тот день две вахты с 8.00 до 12.00 и с 20.00 до 00.00. Неадекватность его поведения выражалась в излишней суетливости и постоянной занятости приготовлением кофе, который он в изобилии пил. Ходовая рубка на нашем РС была настолько тесной, что пройти в очередной раз за моей спиной к трапу, ведущему в кают–компанию, где была единственная кофеварка, можно было только изрядно, задев мою «корму». Так, что к концу ночной вахты моя «пятая точка» болела, как в детстве болит после длительного катания с ледяных горок на фанере! И еще один факт не в пользу его состояния. Минут за 20 до окончания вахты матрос–рулевой передает управление вахтенному штурману и идет будить в каюты очередную смену. Передаю ему штурвал и говорю:
- Курс 170 градусов.
- Принял 170,- слышу в ответ.
Уходить с мостика не тороплюсь, просто отхожу в сторону и не спеша, закуриваю. Миша лихо (бывший военный моряк, капитан-лейтенант) проводит очередное подруливание (перекладку руля), чувствую судно на языке судоводителей пошло в циркуляцию. Выжидаю некоторое время.. Ни какой реакции с его стороны! Подхожу и спрашиваю:
- Какой у нас курс?
- 170..

Реальный был 275. В общем, отправил его самого поднимать вахту. Безропотно ушел.


25.08.94г., четверг

2-ые сутки. Продолжаем следовать генеральным курсом при благоприятных погодных условиях.
Из–за повышенной температуры забортной воды и, как следствие, более высокой рабочей температуры главного двигателя и дизель–генератора наблюдается повышенный расход масла по сравнению с плаванием в северных водах.
Состояние «больных» прежнее.
Большинство членов экипажа из–за духоты в каютах вынесло постели под тент перед ходовой рубкой. А в ночное время некоторые размещаются на полубаке под открытым небом. Для охлаждения тропиками разогретых тел используем оборудованный по правому борту бассейн с проточной забортной водой. Есть в надстройке и душ с пресной водой, но она настолько теплая, что не приносит ни какого облегчения, да и на судне с первого дня действует строгое правило ограничения ее расхода.
Ночное небо в открытом море заслуживает отдельного описания. Такого количества звезд разного размера и столь ярко выраженного млечного пути не увидишь на суше! Это надо видеть!


26.08.94г., пятница

3-тьи сутки. Условия рейса прежние.
Капитан пришел в норму, а третий штурман Миша меня сегодня в первый раз удивил (как будет удивлять еще не раз!): дневную вахту отстояли в прежнем «кофейном» режиме, а на ночной подходит с бледным лицом и страданием в глазах с просьбой:
- Викторович, у меня сердце останавливается. Разреши выпить твой одеколон.
- .. Пей, - отвечаю.
Лечение морским воздержанием ему не помогло - более сложный видно случай!
Сегодня вышла из строя судовая радиостанция. Сеанс связи с Управой провели через встречный пассажирский теплоход «Мария Садовская».


27.08.94г., суббота

4-тые сутки. Температура забортной воды 31 оС. Полный штиль.
Идем по магнитному компасу из–за нестабильной работы дизель–генератора.
С 11.30 до 17.00 судового времени лежим в дрейфе – вышла из строя помпа охлаждения главного двигателя (рассыпалась крышка корпуса). Запасной нет! Пришлось восстанавливать имеющуюся. Начальник радиостанции отремонтировал передатчик. И связь восстановлена!
Купание за бортом в открытом море с риском подвергнуться нападению акул. Не забываемое развлечение!


28.08.94г., воскресенье

5 сутки. Волнение 2 балла. Идем по магнитному компасу. Входим в Корейский пролив.
Всю дневную вахту с 8.00 до 12.00 за нами следует пограничный корабль республики Южная Корея. Окраска корпуса горчичная, весьма внушительное вооружение. Около одиннадцати часов по УВК вызывает нас на «английском» языке. Чувствуется, что говорящий на их борту читает по разговорнику с таким ужасным произношением, что понять ни чего не возможно.
- Миша, отвечай, - обращаюсь к штурману.
Тот машет рукой и отбегает от «Рейда» на противоположный борт. Отвечаю сам: порт приписки, судовладелец, порт следования, груз. А кореец в ответ неразборчивое «эсперанто». И так несколько раз. Когда ситуация стала двусмысленной, в рубку поднялся вызванный по трансляции 2-ой штурман Паша и в течение еще получаса продолжал «беседу». На конец кореец от нас отстал и, развернувшись, последовал противоположным курсом.
А тем временем мы проходили место легендарного Цусимского сражения, и где–то в глубине, под нами, покоились немые его свидетели – останки кораблей 2-ой Тихоокеанской эскадры.
В узостях, а на обычном языке, в проливах всегда наблюдается интенсивное движение. Корейский пролив не исключение. Вот, следуя таким же курсом, обгоняет нас панамский сухогруз «Green Rye» водоизмещением не менее 8 тыс. тон. И он приветствует нашего «малыша» насвистыванием по УКВ – отвечаю той же мелодией. Солидарность! А может просто наш соотечественник «отметился», после вступления России в Международный союз моряков много их сейчас работает под чужими флагами.
А это, подводная лодка идет что ли встречным курсом? При ближайшем рассмотрении оказался газовозом, корпус действительно как у подводки и погружен в воду как у настоящей, идущей в надводном положении, на корме надстройка для управления и кают экипажа, вынесенная над корпусом на высоту примерно 25 метров на мощной мачте-«ноге» (очевидно в целях безопасности). Где такое еще увидишь? Поражает обилие японских и корейских «кавасаки» - быстроходных и легких рыболовных судов нескольких типоразмеров. Эти любую рыбу и на любых глубинах берут, особенно в зоне прибрежного шельфа!
После пролива в поворотной точке была возможность сократить наш путь на сутки пути, следуя корейскими территориальными водами. Орудий лова у нас нет, стрела лебедки для управления ими принайтована вдоль борта.
Капитан категорически отказался это делать из-за отсутствия государственного флага республики Южная Корея на борту.
- Это оскорбление чужой государственности, я не могу этого допустить.
- Надо было меньше расслабляться перед отходом! А решить эту проблему во Владивостоке можно было элементарно, - только и оставалось мне сказать.


29.08.94г., понедельник

6 сутки. Восточно–китайское море. Следуем нейтральными водами. Температура забортной воды 34о С, волнение 1,5 – 2 балла. По всему пути следования попадаются буйки от поставленных корейскими рыбаками орудий лова с самыми причудливыми сочетаниями треугольных флажков разного цвета, обозначающими их принадлежность конкретному хозяину.
В 17.14 судового времени звучит команда «Стоп машина!» - греются дизель–генератор и главный двигатель из-за недостаточной производительности помпы с нынешней температурой забортной воды.
Дрейфуем неподалеку от одного из таких буйков. Через 30 примерно минут едва различимая точка на горизонте превращается в корейское рыболовное «кавасаки», а еще через 10, обогнув нас вокруг и поравнявшись с нами, сбрасывает ход. Человек 5 – 6 их экипажа, явно приготовившиеся к защите своего улова (оружия не видно) внимательно рассматривают нас раскосыми глазами. Нас на палубе человек 10. Минутное замешательство с их стороны.
- Водка есть?, - звучит на чистом русском языке очевидно произнесенное бывшими нашими соотечественниками с Сахалина.
- Откуда?, - кто-то отвечает с нашего борта с надрывом в голосе и явным душевным страданием..
Взаимный хохот 1,5 десятка мужских глоток, звук взревевшего двигателя и «кавасаки» стремительно удаляется.

Движение по генеральному курсу продолжили только в 00.00 часов. Охлаждение двигателя усилено с помощью технологического насоса трюма, используемого в обычных условиях для аэрации воды при перевозке живых морепродуктов. По левому борту от трюма к машинному отделению протянулись гофрированные резиновые шланги.
Очень важный момент для принятия решения о дальнейшей судьбе рейса в первую очередь капитаном. Возвращаться за сутки до прибытия в порт назначения обратно? Абсурд. Скажу прямо, с капитаном случился нервный срыв: он метался по каюте, орал, грозился отправить какие-то радиограммы в никуда.
Если и надо было принимать какие-то решения, то момент был явно упущен! Это надо было делать при первой аварийной остановке пару суток назад.


30.08.94 г., вторник

7-ые сутки. Желтое море. Можно их отметить как спокойные: вахты меняют друг друга, судовые механизмы не бунтуют, «привыкнув» к выпавшим на их долю испытаниям тропическими температурами. Экипаж живет размеренной и будничной жизнью. От жары и зноя спасаемся под тентом на палубе и охлаждаемся в бассейне, от ночной духоты кают – сном под открытым небом. Между вахтами, сном и приемом пищи почти каждому необходимо заполнить часы досуга кроме коллективного «трепа», игр в «Козла» и «Нарды», чем–то, позволяющим «уединиться» на сколько это возможно в наших условиях от остальных. Обычно на путине кто-то плетет корзины и сумки из пропиленовой ленты, используемой в рыбной промышленности для упаковки картонной тары и называемой в обиходе обечайкой. Кто-то вяжет из пропилена мочалки. Попадаются среди моряков и свободные художники, проводящие свободное время за вырезыванием деревянных скульптур, масок, стилизованных под африканские и даже мастера чеканки.
Когда же обнаруживаешь среди неизвестных тебе еще неделю назад людей, казавшихся тогда распущенными и опустившимися, подобные таланты; не вольно размягчаешься, вникая в жизненные ситуации и превратности человеческих судеб.
- 1991 год, столь изменивший наше Отечество, тогда еще нам всем сулил надежды на возможность увидеть, наконец, «свет в конце тоннеля» - начать работать и жить по-новому, на более высоком уровне, которого наш народ заслуживал в своем большинстве. Моряки, летчики и военные и в прежние годы от остального населения отличались более высоким уровнем жизни, иными словами их труд был более востребован государством, а оно, в свою очередь, предъявляло к представителям этих профессий повышенные морально-психологические и профессиональные требования. Непрофессионализм – порождение невостребованности, - так
я примерно рассуждал про себя, когда 3 штурман Миша отвлек меня от философских мыслей обращением:
- Викторович, на судне пресная вода закончилась.
- ?
- Два часа уже нет ни на камбузе, ни в умывальнике, ни в душевой.
- Что машина говорит?
- А, то и говорит. Нет ее..
- ??
Уже и не припомню, сколько времени продолжался очередной «аврал» на судне. В конце концов, выяснили, что брали воду не из того танка и не тем насосом!
Вот вам и вся философия!


31.08.94 г., среда

8-е сутки. Идем по гирокомпасу, расхождение с магнитным - 10о. В 13.00 начальник радиостанции на КВ вышел на связь с портом Далянь. В 13.30 китайцы сделали запрос:
- Кто будет оплачивать радиосеансы?
- Ляолиньская компания по импорту и экспорту одежды, согласно договору.
Далянь: - Нет.
- Судовладелец.
Далянь: - Нет.
- Агентирующая фирма «Пинаико».
Далянь: - Нет.
- Наша фирма по валютному счету.
Далянь: - Нет.
- ??
В 18.30 радируем во Владивосток в два адреса Судовладельцу и Нашу фирму:
-Разберитесь, кто должен оплачивать радиосеансы. Завтра подход.
- Бросьте затею с КВ. Двигайтесь до устойчивой связи по УКВ. За нее оплаты просить не будут!
- ??
В Китае очевидно тоже перестройка..

Визуально по-прежнему открытое море, но временами ощущается устойчивый и кажется такой родной запах суши. На мачте заметил впервые за восемь суток сухопутную птицу бело-черной пестрой окраски, напоминающую нашего сокола.


01.09.94 г., четверг

9-е сутки. В 8.00 средним ходом проходим входные буи порта Далянь. На носовой мачте полубака поднят флаг КНР.
В 9.00 отдаем якорь. Поднимаем на главной мачте вымпел «Нахожусь в ожидании властей» (пусть простят специалисты, если вольно интерпретирую название – 12 лет назад это было).
В 11.00 (8.00 по местному времени) вызвали по УКВ агентирующую фирму «Пинаико» по-русски. Обещают подхода властей в течение дня. Оплаты по агентированию и постановке в порт фирмой-покупателем произведены. Катер с властями в это время работает на соседнем греческом судне и нам хорошо виден.
В 10.00 (перехожу на местное время) одновременно подходят два катера: с левого борта власти, правого – агентирующая фирма. Все оформление прошло в течение часа. Осмотрен груз, проверены сопроводительные документы. Поставлены въездные визы в паспорт моряка и вложены вкладыши-пропуска всем членам экипажа на китайском языке с единственной понятной и знакомой нам цифрой, соответствующей номеру каждого в судовой роли. Личные вещи никто не осматривал и тем более не ходил по каютам подобно их российским коллегам. Подчеркну на момент прихода в п. Далянь на борту было 14 членов экипажа.
Агентирующей фирме подали заявку на снабжение водой и дизтопливом, приобретение государственного флага Республики Корея, что бы хоть на обратном пути на сутки сократить путь при следовании через их территориальные воды.
Вся наличная валюта была у меня в долларах США и после выдачи экипажу 50% аванса возникла неожиданная проблема: топливо необходимо было после замеров во всех танках закупать не 4 тонны, как планировал Юра во Владивостоке по всем существующим нормам на переход и резервирование «штормовых», а 11 тонн!

Элементарные расчеты показали, что оставшейся у меня суммы наличных от фирмы не хватает для покупки необходимого количества дизтоплива на обратный путь. Вот это Юрий подготовил судно!
Первое объяснение, приходящее в голову, подтверждает неоспоримый факт - у такого типа судов в тропиках значительно увеличивается расход топлива и масла из-за температуры забортной воды, охлаждающей главный двигатель и дизельгенератор, значительно отличающийся от температуры воды в дальневосточных территориальных водах.
Второе объяснение – общее техническое состояние двигателей. В полном ли объеме был произведен ремонт главного двигателя перед рейсом, и верно ли была проведена оценка его технического состояния перед ремонтом? Вопросы, на которые сейчас я уже не получу ни от кого вразумительных ответов..
Дефицит валюты не покрывается имеющейся у меня личной суммой, предназначенной на покупку японской легковушки, и моими командировочными. Ну и в положение я поставлен «стратегами морского бизнеса»!

С такими примерно невеселыми мыслями я провожал взглядом отвалившие от борта катера властей и агентирующей фирмы.
Когда был спущен вымпел «Нахожусь в ожидании властей», со всех сторон к нам устремились всевозможные моторные лодки и катерочки китайских торговцев. Что они только не предлагали!? Востребованы экипажем в первую очередь были водка и пиво. Пригубил у кого-то из бутылки пива – теплая, прокисшая на вкус жидкость, лишь отдаленно напоминала традиционный напиток! Многие торговцы знают минимум русских слов, а большинство обходятся жестами. Среди жестов запомнились и такие: указательный палец, энергично «вонзаемый» в вену (понятно, что предлагают!); или правая рука с развернутыми указательным и большим пальцем в виде пистолета и понятное говорящим на любых языках:
- Пух, пух!
Эти наоборот готовы купить. Значит, кто-то из наших соотечественников предлагает им и это..
Весь этот плавучий базар оборвался около 13.00 мощным тропическим ливнем, сократившим видимость до 50 метров и внезапно прекратившимся минут через 40. Коммерческие предложения вскоре возобновились, и измученные вынужденным сухим законом моряки продолжили расслабление..
Лоцманская проводка и постановка в порт к причалу назначена властями на следующий день.


2.09.94г., пятница

10 сутки. После переговоров по «Рейду» с представителями агентирующей фирмы принимаю решение рейдовым катером отправиться на берег. Сопровождать меня в этой поездке вызвался 2-ой механик Николай. Я с благодарностью принял его предложение, т.к. еще на переходе Николай был «занесен» одним из первых в мой воображаемый список, безусловно, положительных членов экипажа.
Не смотря на его молодость, а разница в возрасте между нами составляла более 10 лет, мы как-то быстро начали понимать друг друга. Нашли общих знакомых во Владивостоке, и вскоре я узнал, что дома его ждут жена и двое карапузов-сыновей.

Около 10.00 к борту подошел рейдовый катер, который предварительно вызвали по УКВ. И мы, побритые и принаряженные, насколько позволяла погода (+ 35 о), сбежали по сходням на палубу «китайца». Катер опрятно окрашен, проект, правда, старенький (такие ходили у нас на внутригородских и прибрежных рейсах в 60-70-х годах и так и назывались – «китайские»). Проезд платный – около 0,25 $ за двоих.
Постепенно берега слева и справа от нас начали приближаться, становиться как при рассматривании через бинокль все более четкими. Вот и видно уже, что сам город расположен слева, а справа и прямо по ходу катера, похоже, - промышленная зона. Она выдает себя более плотным и густым маревом черного дыма. А вот идет паром прибрежных сообщений, двигающийся нам навстречу, забитый грузовиками и народом на пассажирской палубе. Все почти как у нас! Только надписи на китайском языке, другие автомобили, да и народ другой – китайцы!
В самом городе сразу бросаются в глаза десятка 2-3, разбросанных там и сям среди в основном пятиэтажек и более старых 2-3-х этажных домов, сплошостекленные «билдинги» в этажей 30-40. При ближайшем рассмотрении процентов 45 еще находятся в стадии строительства, но все равно выглядят солидно и респектабельно!
Наконец все эти городские панорамы и перспективы куда-то исчезают, уходят далеко на задний план, а перед нами предстает бетонный пирс, из-за внушительной длины и по законам линейной перспективы переходящий в изящную, по сравнению с ближайшим окружением, проходную.
На пирсе нас встречает представитель агентирующей фирмы, вчера представившийся Володей. Проходим через проходную, оборудованную вращающимся турникетом. Проверка документов сводится к проверке наличия того самого вкладыша с судовым номером и паспорта моряка.
И вот мы уже в иномарке, неизвестной мне фирмы, по узким переулкам выбираемся на более широкую и оживленную улицу. Людей на ее тротуарах мало сказать много. Просто море, по сравнению с нашими российскими масштабами!
Попутно прошу Володю заехать в обменный пункт. За 100 $ дают 760 юаней. А Володя советует на будущее менять у частников в любой торговой лавке - там реально получить 810-820. Невольно вызывает у нас симпатии этот Володя! Как в прочем и потом, когда он позже в деле проявит свои способности при снабжении судна. К стати у Володи, я впервые в кожаном футляре на брючном ремне увидел почти не прерывно пищащий пейджер, на который он вынужден был с извинением отвлекаться!
В офисе агентирующей фирмы «Пинавико» Володя заполняет официальную заявку, уходит не надолго и возвращается с подобием счета за предполагаемые услуги. Любезно беру от него документ и, естественно молчу, что не располагаю пока полной суммой.
Во время его отсутствия созваниваюсь с фирмой-покупателем нашего груза. Представляюсь. Прошу пригласить к телефону Лю или Лену, с кем велись все предварительные переговоры во Владивостоке. В голосе Лю слышу искреннюю радость и участие:
- Женя, вы на рейде!? Знаю, что вы пришли вчера. Как дела?
- Нет, уже в городе. В офисе агентирующей фирмы. Хорошо. А как наши общие дела?
- Ваше судно уже ставят в Новый порт, причал № 1. Через полчаса я подъеду. Ни куда не уходите!
В назначенное время подъехал Лю и мы, распрощавшись с Володей, сели в машину – новенькое «Рено», как позже выяснится китайской сборки. Кроме водителя в ней оказалась и Лена, знакомая мне по Владивостоку, - молодая китаянка лет 25. Лю, мужчина 51-53 лет, старший сотрудник русского отдела фирмы, сам согласившийся, что бы мы его так называли еще при нашем первом знакомстве, давал пояснения о названии улиц и зданиях интересной архитектуры.
Минут сорок двигаемся в довольно плотном потоке транспорта, среди неторопливо двигающихся больших городских автобусов, несколько устаревшего дизайна и конструкции с маленькими, высоко расположенными окнами салона, обгоняем вереницы дизельных седельных грузовиков, китайского производства, с темно-синими кабинами, отдаленно напоминающими выпускавшиеся когда-то у нас «Колхиды». Маневрируем в табунке легковушек самых разнообразных фирм, как современных, так и раритетов прошлых десятилетий. Попадаются в этом потоке и наши «Жигули» с копеечной компоновкой кузова. Более поздних «зубил» - восьмерок и девяток уже не видно.
А теперь представьте себе маневрирующих туда-сюда, обходящих нас в пробках и слева, и справа, массы велосипедистов и мотоциклистов! Море пешеходов! Довольно напряженная дорожная обстановка!

Надо сказать, что городским властям, довольно успешно удается управлять всем этим динамичным потоком: сетью развязок и магистралей, надземных пешеходных переходов, целых кварталов пешеходных улиц и зон. И это в городе с населением в 2,4 миллиона человек!
Наконец добираемся до шестиэтажного и весьма впечатляющего офиса фирмы. Поднимаемся на пятый этаж по центральной лестнице, минуя охранников, и входим в просторный зал русского отдела, напоминающего своей планировкой читальный зал. Ни каких кабинетов для руководителя и замов, как принято у нас, все работают вместе и на виду друг у друга! Два ряда столов, вдоль стен шкафы с документацией и литературой, в большинстве представленной многочисленными русско-китайскими и китайско-русскими словарями, внушительного объема справочниками и географическими атласами. Пару рабочих мест оборудовано компьютерами, столик с факсом и принтером, на каждом столе телефон, у большинства сотрудников бросаются в глаза пейджеры. Все присутствующие человек 10 нашли возможность представиться и сказать что-то по-русски. Только руководитель приветствовал нас на китайском и извинился через коллег, что после окончания в 1959г. МГУ порядком уже подзабыл русский язык.
Не успели мы, как следует осмотреться, а Лю предложил пройти в зал переговоров для встречи с более высоким начальством.
На встрече с китайской стороны были руководитель русского отдела, два представителя директората фирмы, в качестве переводчиков Лю и Лена, с российской – мы с Николаем. Мероприятие носило чисто протокольный характер: представление друг другу, выражение взаимного удовлетворения от начавшегося сотрудничества и надежд на его продолжение в будущем, - заняло около 30 мин, сопровождалось подачей кофе, чая и легкого вина.

Из русского отдела звоню во Владивосток. Китайские товарищи любезно набирают все коды для начала (потом уже делаю это самостоятельно) и говорят:
- Можете ни кого больше не спрашивать, а звоните сами, когда надо.

Докладываю о технических остановках (на вопрос, почему шли дольше планировавшегося времени), человеческих (отказе капитана идти через территориальные воды Кореи без государственного флага) и возникших как следствие финансовых проблемах из-за необходимости закупки дополнительного количества топлива. Вот полученный мной ответ:
- Безналичное перечисление на столь незначительную сумму, а большая часть из необходимой у тебя имеется, вызовет только дополнительные расходы. Попробуй занять недостающую часть у экипажа, все равно в Японию вам не заходить, и загружены вы будете на обратный рейс по самое не хочу!
Прощай дешевая японская легковушка! Настроение удалось поддержать на должном уровне только звонком домой.

Лучше расскажу, как мы работали в офисе в оставшееся время до окончания рабочего дня. Город Далянь расположен на Ляолиньском полуострове. Это что-то вроде китайского Крыма. По этому яблоки для нас сейчас собирают и упаковывают несколько севернее. Вот такие будут сорта. Не буду перечислять из-за красивых и ни чего нам не говорящих названий. Вот китайские ГОСТы с размерными требованиями высшего и 1 сорта. Требования по упаковке. И так далее. Надо отметить, что мои знания по товароведению плодов и овощей, полученные в Дальневосточном институте советской торговли в свое время весьма мне пригодились! И китайцы через некоторое время принимали меня за серьезного специалиста в этой области, ведь они сами были швейниками в большинстве своем из-за профиля своей фирмы!
Если с китайской стороны возникало не понимание каких-то русских терминов, перед нами появлялся русско-китайский словарь. Я отыскивал соответствующее русское слово, а они читали комментарий к нему на китайском языке (иногда занимавшими несколько страниц). Это было порой утомительно делать, но всегда заканчивалось полным взаимопониманием и удовольствием. Китайцы, надо это отметить, усидчивые ученики. А недостаток разговорной практики многим не дает возможности ездить в командировки в Россию самостоятельно. Вот они и «цепляются» за возможность общения с «носителем» вроде меня.
Я потом еще ни раз встречусь с молодыми переводчиками, совершенствующими свой русский язык на Русском базаре, в магазинах и кафе, особенно посещаемых русскими моряками.

Рабочий день в 16.00 закончился переходом из офиса фирмы через улицу в китайское кафе напротив. Ужинали в отдельном уютном зальчике в составе: руководителя отдела, куратора проекта Лю, молодого сотрудника отдела Ли Бо, водителя отдела и нас, двух русских гостей.
Китайская кухня заслуживает отдельного разговора! Главная особенность ее - отсутствие всякого хлеба. Но поскольку это мероприятие, очевидно, готовилось китайской стороной заранее, для нас с Николаем были припасены белые булочки, наподобие московских «Кунцевских». Вечер прошел в теплой, дружественной атмосфере под тосты: «За сотрудничество!», «За дружбу России и Китая!», «За гостеприимных хозяев!» и т.д.

Я китайцев сразил в конце вечера рассказом китайской сказки о крестьянине, мечтавшем в плохие времена о кукурузной лепешке, и в конце концов, чудесным образом, разбогатевшим и наказавшим за жадность местного мандарина-богатея. Все с восторгом начали аплодировать после моих слов о том, что китайцы стали жить так хорошо, что не нуждаются не только в кукурузной лепешке, но и в хлебе за обильным столом. Чувствовалось, что собравшиеся были приятно удивлены моими познаниями китайского фольклора, а Лю даже спросил:
- Женя, откуда ты ее знаешь и в таких подробностях?
- У меня в детстве был диафильм, который часто смотрел со своим младшим братом и друзьями. А тебе известна эта сказка?
- Нет..

Вечером по окончании мероприятия водитель всех развез по домам, а нас с Николаем подвез к проходной Нового порта, где мы нашли не далеко и наше судно. На борт мы попалили в 22.30 местного времени.

3.09.94г., суббота

11 сутки.
На широте г.Владивостока, где я родился и провел почти всю свою жизнь за исключением 2 лет службы в рядах СА, приливы и отливы в суточном цикле жизни моря почти не ощущаются из-за своей амплитуды от 0,3 до 0,45 метра в зависимости от времени года. Приходишь и уходишь с пляжа летом, ни чего практически не заметив. Только наблюдательный взгляд может отметить в максимальной фазе отлива, что валик водорослей еще живых, не подсушенных находится на 1-1,5 метра дальше полосы прибоя.
На широте г. Далянь это явление наблюдается с амплитудой 4,5-5 метров. Утром максимальный уровень, и наше судно величественно возвышается над пирсом, деревянные сходни до уровня главной палубы идут круто вверх.
Вчера судно было поставлено к пирсу в 15.30 по местному времени, когда я со 2-ым механиком Николаем находился на берегу. А когда ночью вернулись на пике минимального уровня из города, не зная места швартовки, не сразу и нашли свое судно, так как самая высокая точка на надстройке – навигационная палуба над ходовой рубкой была на метра 1,5 ниже уровня пирса. А сходни были установлены в нише, с площадки на которую можно было попасть по обнажившимся скользким от обрастания ступенькам. Это обстоятельство еще ни раз в дальнейшем будет играть над всеми нами злую шутку!
Ни на судне, ни на его мачтах не светилось ни огонька, и мы его нашли только благодаря постовому-китайцу, жестом указавшему место расположения сходен. Да, у нашего борта был установлен круглосуточный пост в виде солдата в общевойсковой хлопчатобумажной форме без оружия.

В Китае шестидневная рабочая неделя. С 10.00 и до 16.00 на следующий день я провел в офисе фирмы, куда меня подвез Лю. День был посвящен знакомству со швейным ассортиментом фирмы и возможным встречным товарам от нас. Определялись расчетные цены в возможных бартерных сделках в будущем. Здесь передо мной приоткрылась интересная деталь, объясняющая популярность у нас в то время, да и сейчас китайских швейных изделий.
Разработкой собственных моделей фирма, конечно, занимается, но в основном для внутреннего рынка. Для европейских потребителей и нас с вами разрабатываются изделия в Европе. Заключается, например контракт с австрийской фирмой на пошив 30 тыс. женских брючных костюмов. Привозятся лекала и ткани из Австрии. Заказ выполняется и отправляется заказчику в Европу. А из китайских тканей по австрийским лекалам шьются костюмы для россиянок!
Меня сильно удивил другой факт, когда после просмотра очередной модели мужской куртки спортивного фасона, работница не без гордости разложила передо мной ряд «лейбов» ведущих мировых фирм-изготовителей спортивной одежды со словами:
- Выбирайте. Какую пришить?
- А не боитесь, что обладатели прав на использование этих фирменных знаков, если в их руки попадут ваши изделия, разорят вашу компанию? ,- задаю встречный вопрос Лю.
Но похоже, что подобная ситуация для китайцев просто не существует, или он не захотел понять сути моего вопроса? После некоторого замешательства с обеих сторон повторять вопрос я не стал..
Во время обеда, проходившего все в том же кафе, под пиво зашел разговор о истории города. На вопрос Лю:
- Ну, как тебе, Женя, город Далянь?
- Если убрать вывески и рекламу на китайском языке, совсем не похож на китайский город в общепринятом представлении, - отвечаю.
- Ты же знаешь, что его русские строили? И до 1904г. один русский офицер обеспечивал работой и средствами к существованию пятерых китайцев, а после 1945 - трех.
- Лю, а можно для экипажа организовать экскурсию в Порт-Артур?
- Это сейчас военно-морская база, закрытая зона для иностранцев, как раньше был закрыт Владивосток.. Тебя одного могу свозить после оформления пропуска.
- Понятно. Спасибо, но не стоит беспокоиться! Я об этом спросил из-за членов нашего экипажа, побывавших там в 50-х и 60-х годах..
- Ну тогда сегодня можно на двух легковушках организовать прогулку по городу, а завтра поездку в микроавтобусе для всех желающих в «Свободную экономическую зону». Там очень хороший парк построен. Можно хорошо отдохнуть.
- Замечательно. Спасибо, тебе, Лю!

Вечерняя поездка с экскурсионной целью разительно отличалась от деловых поездок днем. И транспорта на улицах меньше, и маршрут подбирают хозяева поживописней. А красивых мест в городе, особенно у побережья множество!

Первая остановка – парк «Тайгер», догадываюсь, сделана специально для меня. Весь оформлен и лестничными маршами, и воротами, и небольшими зданиями в традиционном для Китая стиле с использованием резьбы по дереву и окраски цветными лаками. Даже деревья в парке, как сошли с китайских миниатюр. С благодарностью пожимаю руку Лю:
- Здорово. Спасибо!

Вторая остановка была сделана на видовой площадке, резко обрывающейся к морю. Народу и припаркованных машин множество. Оказалось, что кроме прекрасного морского вида все собираются на своеобразный аттракцион. А вот и его участники – рыбаки. Таких спиннингов по 10-15 м длинной и катушек диаметром около 0.3м мне еще не приходилось видеть. Да и море плещется далеко в низу, не менее 100м. Вот один за другим, рыбаки запускают со свистом уходящие снасти в море. И через некоторое время со стороны то одного, то другого рыбака раздаются радостные возгласы болельщиков, приветствующих удачный улов. Дождался и я улова у ближайшего ко мне рыбака – что-то вроде морского налима, размером см. 35. Прилично! 2-3 таких поймать, и будет шикарная уха!

Последнюю остановку сделали на центральной площади города – Народной (прежнее название им. Сталина). В настоящее время она полностью отдана пешеходам. С одной из сторон к площади примыкает здание Ляонинских провинциальной администрации и Комитета КПК, противоположная сторона, являющаяся как бы центром ее архитектурного решения, отдана мемориалу «Советским воинам-освободителям», где находятся захоронения нескольких тысяч военнослужащих, погибших при освобождении г. Далянь от японских оккупантов в августе 1945г. Может, он и строился по проекту советских архитекторов, по тому, что похож на множество подобных мемориалов в восточноевропейских странах, но его ухоженность, состояние зеленых газонов, свежие цветы и венки говорили о многом. И другой запомнившийся и поразивший меня факт. Площадь и все пространство ее скверов были заполнены мамашами и родительскими парами с маленькими детьми самых разных возрастов, поглощающими традиционные детские лакомства: мороженное, сладкую вату. А вот ребята повзрослей, запускают яркого бумажного змея, да вон их уже сколько парит в воздухе на радость детворы! Постояли молча у вечного огня. Начались сумерки, включилось ночное освещение и подсветка мемориала. Все стало как-то торжественней и нарядней.. Осмотрелся по сторонам: капитан, 2-ой штурман Паша, 2-ой механик Николай и моторист Сошников («гарантия» ремонта), - стоят с такими же увлажненными глазами, как и я!

Логическим завершением вечера, стал ужин в ресторане, как ответ гостей вчерашнему ужину хозяев. Да и ребят из экипажа, принаряженных, подтянутых, какими я их видел впервые, захотелось поощрить!
- Лю, давай в традиционный китайский ресторан и что бы были экзотические блюда! , -обращаюсь к нашему куратору и ангелу-хранителю в одном лице.
- Женя, в новом городе рестораны очень дорогие. Поедем в старый.
- Полностью полагаюсь на тебя!
Подъехали на место. Отпустили водителей. Около 21.00 вошли в ресторан «Дракон» живописной группой: трое китайцев и пятеро русских. Запомнился забавный эпизод на улице перед рестораном, напоминающий сцену из известной кинокомедии Э. Рязанова «Бриллиантовая рука», помните:
- Советико туристо, облико аморале!?
Рассаживаемся за одним круглым столом в виде вращающейся многоярусной горки. Первый ярус состоит из неподвижной наружной части, на которой сервируются индивидуальные приборы для всех сидящих, и подвижной, переходящей в горку, где размещают заказанные холодные блюда и закуски в отдельной посуде каждое. Обслуживать нас будут 3-4 официантки, в традиционной национальной одежде. В продолжении вечера они подносят блюда и ставят на горку, убирают освободившуюся посуду, разливают водку в маленькие почти коньячные фарфоровые рюмочки, как то грациозно и ненавязчиво соприкасаясь с сидящим перед ней внутренней стороной руки, грудью и правым бедром. Очень необычно и чувственно! Причем, стоит выпить рюмочку, а в нее вновь наливают. Закуски и блюда в собственную посуда каждый укладывает сам, вращая горку и выбирая понравившиеся.
Какое, думаете, неудобство испытывали русские гости за этим столом? Нет, не отсутствие традиционных вилок, их нам заменили фарфоровыми изящными ложками. Да и некоторые блюда невозможно было есть ни чем иным как традиционными палочками. Костяные, многогранные они как-то сами ложились в руку, и ими вполне ловко получалось орудовать. Ну конечно отсутствие любого подобия хлеба! Рад за тех, кто догадался, значит, мои заметки читаете внимательно!
Китайцы за этот факт, долго извинялись. Вам бы заранее позвонить нам!
Кроме традиционных тостов: «За дружбу!», «За гостеприимных хозяев!» прозвучал тост-поминание «За всех, кто погиб при освобождении города Далянь!». И разговоры за столом были интересные, общие для всех присутствующих, ведь два члена экипажа: капитан и моторист,- уже в нем бывали в разные годы. Когда вспоминали посещение мемориала на Народной площади, я у Лю спросил:
- А не было случаев вандализма на нем в годы Культурной революции?
- Несколько автобусов с хунвейбинами как-то приехали из соседней провинции. Но, получив отпор от местных рабочих (их просто избили, усадили обратно по автобусам и отправили восвояси), ни разу больше не появлялись.
- А у нас говорили, что население, контактировавшее с русскими, насильственно вывозилось во внутренние районы Китая.
- Отдельные случаи, возможно, были, но на массовое переселение у властей не было средств.
Да, еще в начале вечера, после первых двух тостов, ко мне подходит официантка и куда-то приглашает пройти. Взглядом обращаюсь к Лю с немым вопросом:
- ?
- Иди, иди, Женя.
Мы подошли в углу зала к сооружению, напоминающему террариум, только без верхнего покровного стекла. Да это же предлагают заказать экзотическое блюдо! Бегло осматриваю ячейки: маленькие змеи клубком; одна большая, напоминающая амурского полоза; мелкие ярко-зеленые лягушки; огромные жабы; крупные карпы или толстолобики плещутся в бассейне.. ?? Молча указываю на рыбу. Трудно было представить себя, поглощающим что-то другое из этой «компании», и так подташнивает от отсутствия хлеба!
Некоторое время я еще осматривался – не несут ли рыбу, потом как-то забыл о ней. Экзотическое блюдо вынесли неожиданно и с соблюдением определенного ритуала! В начале одна официантка обнесла его вокруг стола, показав всем сидящим, затем, церемониально водрузив по середине стола, отошла в сторону. Другая приблизилась и влила рыбе в рот немного водки. «Блюдо» усиленно завращало обращенным к нам глазом и беззвучно начало разевать пасть, поднимая жаберную крышку, так что стали видны ярко-красные жабры.. Почему-то подумалось, что сейчас оно начнет прыгать по столу. А в это время перед каждым появились пиалы со смесью уксуса и соевого соуса. При ближайшем рассмотрении у рыбы оказалась с наружного бока снята кожа с чешуей, а сырое филе, нарезанное мелкой соломкой уложено на прежнее место. Берешь палочками эту соломку и, погрузив в уксусно-соевую смесь, отправляешь в рот! Вот вам «первоисточник» и корейского блюда «Хе» и японского – «Суши»!
Разъехались уже за полночь, заказав два такси.

P.S.: Ужин в ресторане на 8 человек обошелся в 100$


Краткие географическая и исторические справки

ДАЛЯНЬ (Дальний), город в Китае, провинция Ляонин. 2,4 млн. жителей (1995). Порт в зал. Даляньвань Желтого моря (грузооборот около 50 млн. т. в год). Судостроение и другое машиностроение, химическая, нефтеперерабатывающая, текстильная, пищевая промышленность. Рыболовецкая база. Далянь входит в административный район Люйда. Далянь был основан русскими под названием Дальний на территории, полученной Россией во временную аренду от Китая по конвенции 1898. В 1904-05гг. оккупирован Японией. Освобожден Советской Армией (август 1945). По советско-китайскому договору в 1945г. был признан китайским правительством свободным портом. Пристани и складские помещения порта были переданы на 30 лет в аренду Советскому Союзу. В 1950 все имущество, находившееся во временном ведении или в аренде у советской стороны в порту Далянь, было безвозмездно передано Китайской Народной Республике.

ПОРТ-АРТУР, город на северо-востоке Китая, на южной оконечности полуострова Ляодун, в 1898-1905 — российская, в 1945-55 советская военно-морская база. Современный китайский г. Люйшунь военно-морская база ВМФ КНР, город и порт в Китае, в провинции Ляонин, в заливе Бохайвань Желтого моря; входит в состав административной горной территории Люйда. Люйшунь до конца 19 века был китайским селением. Получен Россией во временную аренду от Китая по конвенции 1898. В конце 19 — начале 20 веков русская военно-морская база и г. Порт-Артур. В 1905-45 оккупирован Японией. Освобожден Советской Армией (август 1945). По советско-китайским соглашениям военно-морская база Люйшунь совместно использовалась СССР и Китаем. В 1955 СССР вывел свои военные силы из Порт-Артура и безвозмездно передал правительству Китая сооружения в районе базы.


ОБОРОНА ПОРТ-АРТУРА, 27.1(9.2) — 20.12.1904 (2.1.1905), во время русско-японской войны. Русские войска под руководством генерал-лейтенанта Р. И. Кондратенко (до 2.12) героически обороняли военно-морскую крепость Порт-Артур (ныне Люйшунь) и выдержали 4 штурма. После гибели Кондратенко крепость была сдана противнику генералом А. М. Стесселем.


РУССКО-ЯПОНСКАЯ ВОЙНА 1904-05гг., империалистическая, за господство в Северо-Восточном Китае и Корее. Начата Японией. Основные события 1904: нападение японского флота на Порт-Артур, Порт-Артура оборона, неудачные для России сражения на реке Ялу, Ляоянское, на реке Шахэ; 1905: разгром русской армии при Мукдене, флота — при Цусиме. Завершилась Портсмутским миром 1905г., ускорила начало Революции 1905-07гг.


Даляньский Новый порт, где стояло наше судно, граничил с судостроительной промзоной залива Даляньвань и выполнял какие-то вспомогательные функции в структуре грузооборота основного порта. Это было заметно по отсутствию активности на его причалах и нормальной подъездной автодороги. Если добираться до него на общественном транспорте из города, то с ближайшей автобусной остановки придется пройти пешком километра 3 по разбитой большегрузным автотранспортом грунтовой дороге. Честно скажу, лично мне пришлось проделать этот путь пешком за все время стоянки лишь раз. В остальных случаях выручали китайские партнеры автотранспортом, а пару раз подъезжал к проходной порта на мото-такси, опять же благодаря показанным мне местам в городе, не далеко от порта, где их можно нанять. Все 3 км. дороги представляли собой китайский вариант будничной жизни и быта героев американских вестернов периода освоения дикого запада. Правда, оружейной пальбы слышно не было. Но всяких сомнительных личностей на открытых верандах заведений и в их дверях маячило не мало! Мне один раз придется с ними пообщаться в весьма щекотливых обстоятельствах, которые опишу позже.
Не далеко от нашей проходной было несколько ларьков, круглосуточно торгующих спиртным, и некоторые члены экипажа дальше них за всю стоянку ни куда не выбирались. Назначения некоторых заведений, имеющих вид закусочной, из салона проезжающей машины понять было трудно, т. к. в любое время суток массовых посетителей, без которых не мыслимо их существование не было видно..

О том, что судостроительная отрасль в КНР весьма динамично развивается, можно было судить по следующим фактам. Среди белого дня со стороны судостроительного завода начинали доноситься вдруг звуки духового оркестра, а в воздух над его территорией взмывали праздничные фейерверки. На вопрос:
- Что там происходит? Что за праздник?
Можно было услышать от китайцев:
- Спущен на воду со стапелей танкер 250-ти тысячник (поясняю - водоизмещением 250 тыс. тон.!)
- Заложен на стапелях сухогруз водоизмещением.. и т.д.
И без подобных «фейерверков», редко какой день обходился за время нашего пребывания в порту. А на противоположном берегу залива велась разделка старых судов на металлолом. Пару раз наблюдал следующую картину: российский морской буксир, подобно Гулливеру из известного приключенческого романа, заводит вереницу из пяти-шести СРТМ-ов (средний рыболовный траулер-морозильщик), ставших не нужными отечественной рыбной отрасли..

4.09.94г., воскресенье

В 8.30 к проходной подъехал микроавтобус компании. Человек десять экипажа за исключением оставшейся на борту вахты расселись в уютном салоне по местам, и мы тронулись в путь. Нашим гидом в этой поездке была сотрудница русского отдела компании Лена. Нам предстояло проехать около 40 км до конечной цели экскурсии – Ляонинской свободной экономической зоны и нового парка аттракционов.
Лена оказалась интересной рассказчицей, охотно отвечала на наши вопросы и, угадав желание большинства побывать на легендарном Русском базаре, обещала по возвращении в город к нему подвезти.
Под безобидный треп «туристов» и мелодичное щебетание экскурсовода мы вскоре выбрались на загородный автобан. Вокруг, сменяя друг друга, проносились ухоженные поля, сельские пейзажи, похожие и узнаваемые в любой стране.
Отмечу одно, бросившееся в глаза отличие – нет лежащих в пару, брошенных участков, зарастающих сорняками и дикой растительностью, везде, даже на самых малых участках, видны фигуры крестьян- творцов этой ухоженности.
А тем временем наш экскурсовод рассказывала о целях и условиях создания Ляонинской свободной экономической зоны. Создавалась она для привлечения иностранных инвестиций в экономику страны, новых передовых технологий и создания новых рабочих мест, что для современного Китая очень актуально из-за большой численности населения и избытка рабочей силы. Условия, на которых привлекались иностранные инвесторы, выглядели очень привлекательными и поражали своей демократичностью по сравнению с российскими. Строительные материалы и строительная техника, как позже и оборудование предприятий не облагались при ввозе в КНР ни какими налогами и пошлинами. В соответствии с международными нормами предприятия через 2 года уже обязаны выпускать продукцию, подготовив квалифицированные кадры из местного населения. Более того, в течение трех лет они продолжают свою деятельность без уплаты каких-либо налогов государству, последующие два года проплачивают их на льготных условиях и лишь, затем платят их полностью в соответствии с китайским законодательством! После этих разъяснений сразу стали понятны причины «китайского прорыва» в самых различных областях деятельности. Вспомнились слова автора китайской перестройки Председателя правительства КНР и Генерального секретаря КПК Ден Сяо Пина: «Нам не важно, какого цвета кошка, важно, что бы она ловила мышей!»
Когда мы еще въезжали на автобан, я впервые в жизни увидел автомобильные турникеты для оплаты за пользование дорогой.
На предприятия нас в «Зоне» не водили, хотя я с удовольствием бы побывал на одном из них. А вот в фирменном магазине, примыкающем одним своим фасадом к улице и доступным для всех, а остальными находящийся на территории предприятия по выпуску электроники, мы побывали.
В нем я купил дочери плеер для компакт кассет с приемником FM и AM, оборудованный системой Super Bass, дававшей в маленькие наушники такое «мясо», извиняюсь, НЧ, что и в стационарной технике не всегда услышишь! Когда года через два по неосторожности она наушники окончательно вывела из строя, я нашел идентичные во Владивостоке только в фирменном магазине «Sony», но по ценам в раза два дороже всего плеера!

Парк еще активно строился, и в той части, что уже была открыта для посетителей, производил впечатление незавершенности из-за отсутствия больших деревьев. Создавалось впечатление, что молоденькие деревца совсем недавно посажены. Другие элеметы ландшафтной архитектуры: газоны, цветники, горки, - выглядели аккуратными и ухоженными. Ни каких временных сооружений на территории, все основательно и в каком-то "космическом" стиле. Посетителям предлагается множество аттракционов, залы-автоматы с игрушками типа "Формулы-1", бильярдные, караоке-бары, несколько кафе и ресторан.
Среди нас по известным причинам не было детей. Минуя все аттракционы, и ведомые ощущениями русского человека, расслабившегося накануне, мы как-то незаметно оказались в пустующем зале ресторана. Здание его с наружи округлостью форм напоминало скелет морского ежа уже без иголок, а крышу венчал огромный муляж краба. Да он так и назывался - "Краб". Когда мы разместились за столом и под пиво в ожидании мясного блюда осмотрелись по сторонам, наше внимание привлек большой телевизионный экран на противоположной стене зала. Он почти тут же засветился, а по всему залу зазвучала музыка. По бегущей в нижней части экрана строке стало ясно, что это видео-караоке.
Мы выпили, закусили.. Китаец за стойкой "бара" сменил CD-диск и сделал приглашающий жест. И вот все пространство зала заполнила до боли знакомая мелодия нашей "Катюши". Мы с 3-им штурманом Михаилом (ну ни как от него этого не ожидал!) взяли предложенные нам микрофоны с радиоприводом. Акустика оказалась просто великолепной, но несколько смущала "завязка" микрофонов с акустическими колонками. "Бармен" жестом показал, что надо выйти на эстраду. Вышли.. "Завязка" прекратилась.
Петь оказалось очень даже легко, да еще с поддержкой двух бэк-вакалистов, профессионалов за стойкой "бара" - китаянки и китайца. Только мы пели на русском языке, а китайцы подпевали на китайском. Получилось очень даже не плохо! Без ложной скромности скажу:"Хорошо!" Потом были: "Подмосковные вечера", "Эх, дубинушка, ухнем!", "Полюшко, поле".. Краем глаза вижу, как зал постепенно заполняется людьми.. Вот уже и свободных столиков нет. Загорелся свет на балконе второго этажа, и через некоторое время там уже аншлаг! Вот так по ходу "выступления", мы из поющих для себя, неожиданно стали "артистами" для всех посетителей ресторана.
Вернулись за свой столик, официантка вынесла незаказанную ни кем из нас водку в графине.. Повторили, закусили. А когда незаметно подошло время нашего сбора в автобусе, подзываю официантку для расчета. На мое:
- How much?
- Not at all. - отвечает с улыбкой и рукой обводит заполненный зал.
Выходим на улицу. Музыка и голоса солистов, как можно было предположить, не затихают. Оказывается, происходящее в зале транслируется через динамики, установленные под крышей ресторана! Ах вот почему народ в зале!?

По возвращении в город, как и обещала ранее Лена, примерно в 14.00 нас подвезли к Русскому базару. Благодарим ее и водителя за поездку и прощаемся.
Русский базар в городе Далянь образца 1994г. заслуживает отдельного рассказа. Это самый настоящий "Универмаг" в три этажа с мраморными лестницами, кабинками для примерки, туалетами для продавцов и покупателей и другими соответствующими атрибутами. Только торгуют в нем "частники" и специализация у них более узкая.
Китайские базары в большинстве российских городов до сих пор находятся под открытым небом с их убогими тентами, укрывающими продавцов от непогоды. Покупатели же на них испытывают на себе все ее прелести, лавируя во время дождя между луж, примеряют обувь и верхнюю одежду, стоя на кусках картона.

Китайцы, общающиеся с русскими, охотно присваивают себе русские имена. Это я еще помню по своему детству, когда старшие мои знакомые переписывались до Культурной революции со своими сверстниками из Китая. Причем русское имя абсолютно может быть не связано с китайским. Сейчас я вас подготовил к рассказу о Маше I, встретившейся мне в тот день на базаре. Присмотрел я у нее вещь для покупки дочери, в цене не сошлись. Вещь была одета на манекене. Она на моих глазах "раскидала" его на составляющие, отделив руки и ноги, сняла костюм и упаковала в пакет. Цену "сбросила".
- Ну, зачем же так. Все равно дорого!, - отвечаю и быстренько покидаю секцию. Примерно через час-полтора Маша I "вылавливает" меня на другом этаже, и я делаю покупку у нее в 2,5 раза дешевле от первоначально заявленной цены! Надо сказать, у нее я куплю на следующий день еще пару вещей, предварительно описав желаемые потребительские свойства и качество, и по приемлемым ценам!