Был в районе известный псих. Не помню уже какой там был конкретно диагноз, но это не так важно. А важно то, что аккурат раз в два-три месяца он доставал скорую следующим образом: звонил, и говорил, что по такому-то адресу найден повешенный.. Сам приоткрывал входную дверь, становился на стул, накидывал петельку и ждал. Когда бригада уже ломилась в дом, он со стула спрыгивал, и... его успешно откачивали. Он лежал потом пару недель в больнице, где его жалели все нянечки и санитарки, потом еще в психушке, и после начиналось все сызнова. Надо сказать, что достало это докторов уже по самое "немогу", но что делать? Так они таскались по давно известному адресу, вынимали, лечили т.д. И вот, больница сформировала еще одну бригаду. Видимо, город и окраина выросли, вызовов стало больше, в общем, одним словом, появилась в больнице новая бригада: молодой доктор, почти сразу после института, фельшер и все прочие.

И падает им вызов по адресу указанному выше. НО они-то ничего не знали... Они приехали и видят: да - висит. Доктор сел, и стал спокойно, не торопясь составлять протокол...

Говорят, что потом к нему нескольку суток шли толпы докторов, молча крепко пожимали руки и со значением смотрели в глаза.

Было это кажется в 91-году, когда в Киеве вдруг разразился страшный дефицит с капустой. Это важно, для дальнейшего повествования.

К этому времени, я довольно близко познакомился с гениальным гинекологом по фамилии Олейник. По иронии судьбы, оказалось, что он принимал мою первую дочку, он тогда работал не в областной, а в Калинина. В общем, не то, чтобы мы друзьями, но здоровались, и иногда перекидывались анекдотами. То, что Олейник доктор от бога, и то что он спас жизни сотням матерей и младенцев знали многие, и потому к нему правдами-неправдами пытались втереть своих жен, сестер и прочих родственниц все, включая большой начальство. 

      Не знаю, как сейчас, но в те времена, все знали, что Олейник взяток не брал. Ну, разве что натурой: палка колбасы, бутылка коньяку и пр. в пору тотального дефицита  было делом нормальным.

И вот пробивается к нему на прием какой-то председатель какого-то колхоза с беременной женой. Что-то с ней было не так. Если правильно помню, Олейник ее осмотрел и уложил на сохранение. Председатель был счастлив: то ли за дитятю беспокоился, то ли от капризов жены хотел отдохнуть, но раскрыл он свои гигантские объятия и велел Олейнику просить чего тот пожелает. Кроме бессмертия, конечно. Олейник почесал репу, и сказал:

- У тебя капуста есть? 

- О чем речь,- возрадовался председатель, завтра как штык - подгоню!

Наутро сижу, работаю, уже пора комп освобождать, когда слышу под окном рев автомобильного клаксона. Выглядываю и вижу Камаз с фурой, доверху груженный капустой! Я думал сперва, что это на больничную кухню привезли да ошиблись воротами, но ту выскакивает Олейник и чуть не с матом на водителя, мол, ты сдурел, что ли? А тот лишь плечами пожимает, мол мне приказали - я привез.  Олейник бегом на телефон, давай звонить тому председателю, мол ты с ума сошел? Я ж просил 3, ну пусть пять головок! Куда я эту фуру теперь дену? А председатель забирать отказывается, мол, обидишь! Я ж от всего сердца! В общем, я уже уходил, а они все припирались. Говорят, что часть капусты разобрал персонал, а остаток водила увез обратно.

Как все были благодарны Олейнику....

Жаль я тогда не прихватил домой хоть пару штук...

Случилось это кажется в 92-м году. Ни о чем подобном я более никогда не слышал, и тем более не видел. Не скажу, что и там я был полным свидетелем, поскольку все происходило в операционной, но я подглядывал, а также видел то, что было и до и после. Суть в том, что привезли откуда-то из глухой деревни пацана лет 12 с тяжелым, давно запущенным перитонитом. От чего он возник - не знаю. Может, аппендицит, а может, что-то еще. Короче говоря: без сознания, температура за 40, на пальпацию живота реагирует и в бессознательном состоянии. Лымарь на это дело посмотрел и сказал: 

- Поздно. Сутки, не больше.

Однако, велел поставить капельницу с водой и с антибиотиками. Сам, однако, ушел в кабинет и стал кому-то звонить. Я слышал только обрывки фраз:

- Ну жалко же пацана! Ну придите и гляньте... да терять-то все равно нечего... я бы сделал, но я не помню как это у вас...

и все в таком духе. Минут через десять велел готовить операционную. Там у них было что-то такое. Не совсем как в хирургии, сложного там по-моему, ничего не делали, но осмотры и все такое вполне. Был там и стол и лампа и все прочее. И тут Лымарь повергает всех в ступор. Повернувшись к Руслане от отдает приказ:

- Найди детскую ванночку и стерилизуй!

-....

- Делай!

Через минут 20 Руслана явилась с ванночкой, бог знает где она ее откопала. А еще минут через 10 появляется два военврача. Один, кажется, майор, другой подполковник. Как потом я понял это были хирурги из военно медицинской академии. Ни с кем особенно не разговаривая, они приготовились и пошли в операционную. Готовила их и ассистировала им тоже  Руслана и еще какая-то тетка, я ее не помню.  А дальше у всех отвалились челюсти и захлопнулись обратно уже спустя, наверное сутки.

Выглядело это так ,( в деталях могу ошибаться. Ясного обзора не было, да и 20 лет прошло):

Пацану вскрыли брюшину двумя продольными разрезами по линиям: селезенка, начало сигмовидной кишки и середина большой печеночной доли - слепая кишка. Ванночку заполнили водой и налили туда по-моему обыкновенный шампунь. Ну, может это был какой-то особенный, военный шампунь, но был он в обычной белой непрозрачной бутылке.

Пацана уложили в ванночку так, что ноги и голова свисали. Далее, один взял мальчишку за плечи, другой за бедра и стали его поднимать и опускать в воду. Так минут пять или больше. После зашили и оставили 4 катетера - два сверху в началах разреза и два снизу. Пацана уложили в полугоризонтальное положение, т.е. градусов 15 к горизонту: голова вверху, ноги внизу, есвтественно. В верхние катетеры подавали воду и антибиотики, а нижние служили дренажем.

Все.

Через сутки пацан пришел в себя. Наверное, жив до сих пор.

Было это в то время, когда еще в областной царил относительный порядок, и доктор Лымарь был у руля. И вот, сижу я как-то ночью работаю, вдруг слышу из коридора доносятся крики. Сперва я не обратил внимание: докторские разборки дело нередкое, но тут уже пошел конкретный армейский мат с отправлением друг друга то на нефритовый стержень, то в пещеру божественного лотоса. Высовываюсь и вижу картину: стоят наши из реанимации и перед ними два санитара и доктор их токсикологии. Суть перебранки, как я понял довольно скоро, была в следующем:

Часа полтора назад откуда-то привезли бабушку в состоянии алкогольной комы. "Поскольку кома -то это дело реанимации",-  аргументировали токсикологи и толкали каталку с бабушкой к реаниматорам. Но кому же охота вешать на отделение свежий труп? Поэтому реанимация, натурально,  отпихивала от себя каталку с бабушкой, аргументируя, что раз они употребили слово "алкогольная", то бабушке надлежит окончить свои дни в токсикологии. Так продолжалось сколько -то минут, но выхода все не было. И ВДРУГ ВСЕ ЗАМЕРЛИ!

Дальше...

Когда-то давно, я неформально рентовал компьютер в отделении областной реанимации. Какие там были люди! А сколько историй прошло перед глазами - на целую книжку, жаль вот все нет времени написать. Потом все как-то резко пошло прахом. Глав.врач Лымарь ушел (или его ушли), создал что-то частное. Ушла моя любовь - гениальная медсестричка Руслана, стоившая трех врачей, ушли и другие. Я же продолжал за бутылку водки в месяц топтать по ночам больничную "клаву" в бывшем кабинете Лымаря.

Метаморфозы произошли просто в одночасье. При Лымаре было все жестко и четко. А тут... иногда хотелось просто грудью закрыть этих больных, беспомощных людей. Но какой там... Врачи по ночам глушили деревенский самогон до полного посинения, и больным оставалось только не приходя в сознание надеяться на силу своего организма.

- Дык никто же не работает, - возражал мне окосевший доктор, - лаборатория думаешь трудится? - И он поднес к моему носу волосатый кукиш.

- Вот смотри!- он налил в какую-то баночку чай из своей чашки, позвал санитарку и велел отправить "мочу на анализ".

- Срочно! - заорал он в след.

Через час примерно, он меня позвал:

- На! Смотри!

Я посмотрел и не поверил глазам. В справке было четкопрописано сколько в посланном чае лейкоцитов, оксолатов и т.д.

Не знаю, длится ли этот кошмар и по сей день, но впечатлений мне, пожалуй хватит до конца моих дней. Впрочем, один такой памятник совдеповской медицины мы "лицезрели" на днях. Дело в том, что у бабки - Таниной мамы - обнаружили летом рак кишечника. Ну, пока то да се, в общем, на днях ей делали опреацию. Вместо трех часов, кажется все 8! Дело в том, что когда-то в молодости у нее не заметили аппендицит и лечили от пиелонефрита, т.е - грели. Довели дело до перитонита, пока не нашелся кто-то умный и не отправил на операцию. Не знаю как там они ее спасали  от перитонита, но проблема в том, что любая жидкость, оставшаяся внутри переходит в соединитиельную тнань. И вот сегодня доктора столкнулись с тем, что все органы внутри срослись! Звали гинеколога, чтобы он отыскал и вырезал яичники, звали уролога, чтобы не повредить мочеточники и т.д. В результате пришлось убрать даже часть тонкого кишечника. Но теперь все нормально. Более того, бабка уже скачет по палате и достает врачей своей овенской активностью. И это всего через три дня! Сложная полостная опреация и всего три дня, чтобы начать скакать! Тоже своего рода памятник достижениям. Но они к этому относятся совершенно спокойно. Герои нужны там, где не хватает профессионалов. Здесь их хватает везде, по-видимому.