Давненько я сюда не заглядывал...

Какая обреченная луна!
Молчит земля тревожно и сурово.
И в Вечность устремилась тишина,
Внимая Откровенью Богослова.

1

Аз, Иоанн, по Бозе общник ваш,
Бых на молитве в Дусе в день недельный.
И слышах глас, яко труба гласящ:
- Аз есмь Грядущий, Первый и Последний.
И обратихся видети - застых,
И видех седмиогненник единый,
И посреде светильников златых -
Подобно Человеческому Сыну
Глава Его и власи, яко дым,
Белее свежевыпанного снега.
И опоясан поясом златым
Живый во веки, Альфа и Омега.

2

Отверзе Агнец дланию десной
Печати, возглашая: - Виждь и внемли.
И белый конь, и рыж, и вороной,
Почуяв волю, понеслись на землю.
И Он отъял червертую печать -
Аз имя Смерть прочел на лике бледном.
И бледный конь сидящего помчал,
И глад за ним, и ад идяше следом.
Егда отверзе пятую печать -
Под Олтарем увидех избиенных,
И даша им за велию печаль
Белы одежды - облаченья верных.
А за шестою - скорби не вместить.
Аз обозрех сятение в народе.
И велий трус, и солнце мрачно бысть,
И, яко кровь, луна не небосводе.
Падоша звезды, якоже листва,
И небо отлучися, яко свиток,
И всякая гора, и острова
Пучиной восхотели быть сокрыты.
И вся язЫки, в горы устремясь,
Теснясь в пещерах, вопияли, плача:
- Падите, горы, и покрыйте нас,
Кто может стати против гнева Агнча!

3

Снята печать Десницею Святой.
И бысть безмолвье, яко на немного.
И Ангел ста с кадильницей златой,
И воскурил молитвами пред Богом.
И фимиам святых прияше Бог.
И Ангел, исполняя послушанье,
Олтарний огнь в кадильнице возжег,-
Послал земли и громи, и блистанья.

4

И первый Ангел воструби горе -
И град, и кровь поверг на землю.
И третия часть древа погоре,
И всякий злак свое утратил семя.
И он преста, и воструби вторый,
И се - гора, огнем жегома, пала.
Погибе третья часть судов и рыб,
И третия часть моря кровью стала.
И третий глас звезду Пелынь низверг,
И та паде свещой горящей в воды.
И третья часть источников и рек
Пелынью ста и смертию народам.
И третия часть солнцы, звезд, луны
Затмилася четвертою трубою,
Светила, не имущия вины,
За человеков уязвились тьмою.
И пятый Ангел возгласи трубой -
Паде звезда, и бысть открыта бездна.
И взыде дым, и прузи над землей,
Имущи жала мучити неверна,
Подобны конем, на главах венцы
И лица, яко лица человечи.
И в тыя дни взыскуют смерти вси
И не обрящут - убежит далече...
И воструби шестый, и слыша глас,
И разрешиша Ангел при Ефрате,
Да будут лето, месяц, день и час
Часть третью человеков избивати.

5

И знамение велие познах:
Жена явися, в солнце облечена.
И под ногами - полная луна.
И на главе венец от звезд вечерних.
И змий великий, чермен, седмиглав,
Стояще пред хотящею родити.
И видех, сей неистово желах
Рожденное Женою погубити.
Но восхищен к Престолу Сын Ея,
Имущий упасти жезлом языки.
Жена бежа в пустынные края.
И сотвориша битву змий великий,
Хотяще устоять любой ценой.
И Михаил, и Ангели святии,
Сразились с древнем змием-сатаной
И Агнчей Кровью победиша тии.
О небеса! Вас Кровию спасли,
И потому ликуй, на них живущий!
Но горе вам, на мори и земли,
Низвержен к вам рыкающий и лгущий.

6

И видех, стоя но морстем песце,
Из моря зверя мерзка восходяща.
Десятирог, и киждо бех с венцем,
И на седми главах хулу носяща.
Подобен рыси, львиные уста,
Ногой медвежьей брег морской отмерил.
И змий, своею силой напитав,
Даде престол и власть, и область зверю
И видех аз израненную зле
Главу едину на могучей вые.
Но язва смерти чудом исцеле,
И поклонишася народи змию.
И зверь уста отверзе на хулу,
И хули Ангел и Того, Кто свыше.
И вся колена потекли ко злу,
И гна святых, и многих победиша.
И иный зверь, исшедший от земли,
Имеюще два рога, яко агнча.
И гласом змия лесть свою изли
И огнь с небес тому, кто лести алчет.
Клеймище на деснице иль челе
Звериный знак, тому, кто убоится.
И купля, и продажа на земле -
Печать имущим, верный истребится.
Кто имать ум, внимай. Зде мудрость есть
Число зверино изочти, считая.
Число его шестьсот шестьдесят шесть.
Не поклонись, погибель обретая.

7

И видех Агнца на горе Сион,
Пред Ним поющих в ризах непорочных.
И сии вси не знающие жен,
И на челех имуща Имя Отче.
И Ангела, паряща в небеси.
Глаголюща ко племенам воззванье:
- Воздайте славу Богу, Богу Сил,
Прииде час Суда и воздаянья.
И Ангел ин глагола вслед его:
- Паде, паде град Вавилон великий,
Что от вина безумья своего
Любодеяньем напои языки.
И третий глас услыша слух земной:
- Кто поклонился зверю - станет слева.
И имать пити ярости вино,
Вино нерастворено в чаши гнева.
И будет огнь безжалостно палить
Запечатленных смертною печатью.
И дым мученья вечно восходить,
И пеплом отзываться на проклятья

8

И видех облак светел над собой
И Сына человеческа седяща,
Имеяй на Главе венец златой,
И острый серп десницею держаще.
Изыде Ангел и возвыси глас
- Приспе пора, Царю и Господине!
Посли Свой серп и жни, прииде час,
Зане трава земная изше ныне.

9

И видех ино знамение аз:
Се море, яко сткляно и горяще,
И Агнчу песнь поюще чудный глас
Имущих гусли, на мори стоящих.
Они не отступиша от Творца,
Попраша образ злый и начертанье.
И посему взывали без конца:
- Благословен Дающий оправданье!

10

И велий глас от скинии воззвал,
Глаголющ седмим Ангелам: - Восстаньте!
Идите и излейте седмь фиал
И яростию землю напитайте!
И иде первый Ангел и изли
Златый фиал на горе всем живущим.
И бысть гной зол и лют по всей земли
На людех, начертание имущих.
Вторый на море излия фиал,
И кровью сташа волны голубые.
И третий Ангел кровью напитал
И реки, и источники водныя.
Четвертый Ангел солнце поразил,
И бысть ему дано огнем вредити.
И велий зной народи опалил,
И не престаша Господа хулити.
И пятый Ангел гнев изли во тьму
На царство зверя и престол треклятый.
И жваху языки свои от мук,
И хулиша Творца от чаши пятой.
И излияся Ангелом шестым
Фиал в Ефрат послушною десницей.
И сотворися путь царем земным,
Да шествуют по дну на колесницах.
И ста седмый, и на воздух изли.
И быша гласи, громи и блистанья.
И трус велик, и град зело велик.
И хулиша, забы о покаяньи.

11

И видех любодейцу на водах
Безстыдну и презревшу наказанье.
И цАри, и раби, забыша страх,
Упишася ея любодеяньем.
И дмяся, в червленницу облачась,
Покрыша срам порфирой позлащенной,
И златом, и каменьями гордясь,
Держаще чашу с мерзостью и скверной,
Седяще на исполненном хулы
Червленем звери о десяти розех.
И пеша племенм слова хвалы
Пияной сей кровьми святых о Бозе.
И Ангел тайну зверя возгласи:
- Зверь бе и несть, от бездны изыдоша.
Седмь глав - суть горы и жена на сих,
И царие седмь суть, и пять падоша.
И воды, иже видел, - племена.
И розе зверя - царие, и сими
Огнем погибнет велий град - жена,
Имуще царство над цари земными.

12

И с небеси явися Ангел ин,
И землю просвети своею славой.
И возопи: - Паде кромешный сын,
Паде великий Вавилон кровавый,
Бесом жилище и нечистых птий.
Дошли до Бога вси его неправды,
Зело вознесся и повержен ниц,
Да всяк обрящет пепел вместо града.

13

И отворися небо, и по сих -
В червленой Кровью ризе Царь явися,
И видех коней белых и на них -
Небесных воев, облеченных в виссон.
И ста на солнце Ангел, возопи,
Глаголя орлям заповедь Владыки:
- Летите, соберитеся на пир,
Да снесте плоти малых и великих.
И видех зверя, и царей земных,
На брань текущих, и пророка лжива.
И убиени быша вои их,
А зверь и лгущий в огнь внидоста жива.

14

И прейде небо, и земля сгоре,
И ново небо, и земля явися.
И град сходящий свыше обозрел,
И в граде сем нескверн и свят явися.
И Агнец Херувимами носим,
И тьму, и смерть отъя - не стаста боле!
Аз, Иоанн, свидетельствую сим -
Грядет Воскресший, мзду носяй с Собою.

ЧЕМУ НАС ОСЕНЬ ПОУЧАЕТ



Поблекла красота смеющейся природы,

Умчалась сладкая пора неведомо куда,

Не прячутся в кустах пернатых хороводы,

Таит печаль в реке текущая вода.



Редеет лес, уж спрятались букашки,

Поля безбрежные, достоинство храня,

Собрались на покой, засохли и ромашки -

Все увядает, тайну затая.



Не надивиться мне Господним поученьем...

Глядя на мир природы годовой;

Недавно видел я черёмухи цветенье,

Сегодня уж стоит в одежде золотой.



Качались роз душистые бутоны,

Во ржи волнистой красовались васильки.

Как под шатром скрывались тихие затоны,

А там - левкой, там - чудо-мотыльки!



Ты, Боже, учишь нас, чтоб мы не забывали,

В кругу сует святую даль небес;

Что всё здесь временно, вот нам напоминают:

Поля, луга и обнажённый лес!



Велик Господь, дивны Eго творения,

Во всём могущество, премудрость, простота,

Всё уверяет нас в грядущем Воскресении

Ради святых заслуг безгрешного Христа.

Ноябрь 1969 г.

О ЧЁМ ВОЛНУЕШЬСЯ, БЕРЁЗА?

О чём волнуешься, берёза?-

Зачем тоскуешь в поздний час?

И изредка теряешь слезы, -

Ты плачешь, милая, о нас.



О нас, разумных, но заблудших,

Ведь мы от Бога отошли.

Найти хотели жизни лучшей,

Но кроме горя не нашли.



О нас, самолюбивых людях,

Почтенных Богом выше всех,

Презревших правду,

горделивых

И возлюбивших гнусный грех.



Что мы забыли назначенье,..

От цели жизни унеслись.

Не дали вечности значение,

В погонь за ветром понеслись!



Что в Божий храм ходить не стали,

Но к басням слух свой преклонив,

Молиться Богу перестали...

Свет вечный мраком заслонив!



И в демоническом стремлении

Красу природы затоптав...

И отличились в извращении -

Себя на веки запятнав.



Для многих Бог - насмешка ныне

Позором вера обнята...

И вся поругана святыня

Пришла глумленью полнота.



Не плачь, родимая берёза,

Ведь люди сами знают всё.

Пока не поздно, пусть льют слёзы

За отступление своё.



Иначе враг людей – беспечность

Своё злодейство завершит.

Разлучит с Богом на всю вечность

И в ад кромешный заключит!

ПРЕСВЯТАЯ БОГОРОДИЦЕ!

Ты Покровом покрываеши

Русь мою многострадальную,

Русь мою многораспятую

О Владычице Державная,

Херувимов Пречестнейшая,

Мати Господа Всевышнего,

Погибающих Взыскание!

Умоли за землю Русскую

Сына Своего Сладчайшего,

Да воздаст Он нам по милости –

Не по нашему неверию.

Вижу – тучи собираются

Слышу – вороньё раскаркалось.

Только б Ты нас не оставила

В час великий испытания.

О Заступнице Усердная,

Даруй грешным покаяние,

Мне же, о Благословенная,

Даруй благо наивысшее:

Жить как Сын Твой заповедовал,

Боль людскую за свою считать.

1989 г.

ЛИКУЕТ РИМ

Ликует Рим в языческом веселье.

Заполнены трибуны неспроста.

Выводят на арену «Колизея»

Служителей распятого Христа.



Патриции, изяществом блистая,

Не драли горло в непотребном «бис»,

Не тыкали в страдающих перстами,

Достойно опускали пальцы вниз.



Наверное, большое наслажденье

Испытывал народ от этих встреч,

И тех, кто обречён на усеченье,

Согласно знаку поедает меч.



О воины, почто забыта слава?

Вчера герои – ныне палачи!

Всех потешая зрелищем кровавым,

О беззащитных тупите мечи.



И вновь ведут на новые мученья

Того, кто стар и кто кричаще юн.

И всех, приговорённых на съеденье,

По одному бросают ко зверью.



Но тихий отрок, сам идя на муки,

Перекрестился, слыша грозный рык,

Прижал к груди крестообразно руки,

На небо поднял просветлённый лик.



И царь зверей, подняв завесу пыли,

Раскинулся, рыча, у детских ног.

И точно гром, трибуны возгласили:

– Велик и славен христианский Бог!



Блаженны вы, невинные страдальцы.

Молитесь Богу день и ночь за нас.

Наверняка, опущенные пальцы

Готовит нам уже грядущий час.



Святая Русь, Рассеюшка, Рассея,..

Сидишь над Вавилонскою рекой,

А впереди застенки колизеев –

До них осталось нам подать рукой.



Когда душе придёт пора мучений,

И призовёт меня Господь на крест,

Любители кровавых развлечений,

Благословляю ваш безмолвный жест.



Да укрепит тебя в душе Всевышний

Когда настанет наш с тобою срок.

Одно бы только нам тогда услышать:

– Велик и славен христианский Бог!



Ликует Рим в языческом веселье.

Заполнены трибуны неспроста.

Выводят на арену колизея

Служителей воскресшего Христа.

Слава Богу за всё!

Летом удалось побывать здесь...

Вот и жолтое утонуло в сером и мокром, распласталось пятипалой кленовой ладонью в зеркале моей грусти... Осень, ос нет... осени меня мудрым твоим умиранием как личным примером. знаком преходящести плоти земной и надежды на плоть небесную...

Намедни начал осваивать ролики!

Забег во славу Божией Матери и Святых Богоносных отец наших состоялся!

Всех с днем памяти равноапостольного князя Владимира!

 

Вот и очередная Днюха...

С чем пришел в к ней? Наверное, все-таки с радостью. Радостью жизни со Христом. И радостью тех даров, что получил за последние пол-года.

Избавиться от муки пьянства и курения -- это так здорово!!! При этом найти столько замечательных друзей, своих братьев и сестер по вере...

Чего еще желать человеку?

ОБВИНИТЕЛЬНЫЙ ПРИГОВОР РАЗУМА ПЬЯНСТВУ

Я обвиняю алкоголь в том, что он лжец и обманщик, который расслабляет человека. Обещая согреть – он морозит, называясь живительным – причиняет лишь болезнь и убивает жизнь.

Я обвиняю алкоголь в том, что не проходит дня, в который он не довел бы людей сильных и здоровых до чахотки или не поразил бы человека ударом паралича.

Я обвиняю алкоголь в том, что он гнусный злодей и разбойник, грабящий у рабочего люда заработанные трудом и потом деньги, и гонит в больницы и тюрьмы.

Я обвиняю алкоголь в том, что он преступник, совершающий насилия и убийства.

Я обвиняю алкоголь в том, что он вероломный изменщик, который сгубил материально и нравственно миллионы людей и целые нации и государства.

Я спрашиваю: кто мерзок Богу и противен людям? Пьяница. Кто беден? Пьяница. У кого жена и дети несчастны? У пьяницы. У кого с языка, как из грязного источника, всякая грязь и сквернословие льются? У пьяницы.

Я утверждаю со всей решительностью: пьянство отчуждает людей от Бога и от храма Божия! Пьянство делает отцов и детей врагами друг-другу. Пьянство разлучает жен и мужей. Пьянство по судам водит, в тюрьмы и на каторгу в кандалах гонит. В тюрьме, больнице, сумасшедшем доме пьяница – свой человек. Трезвый и благочестивый человек служит Богу, а пьяница – дьяволу. От вина вся беда! В вине человек губит веру и разум, стыд и совесть, силу и здоровье, свое благополучие и свое спасение.

Юноши и дети! Запомните навсегда: погибель начинается от первой выпитой рюмки.

Запомните: проклят всякий человек, соблазняющий чистую молодую душу на пьянство. Тому бы лучше повесить жерновой камень на шею и потопить бы его в глубине морской.

Запомните! Пьяница царствия Божьего не наследует. Запомните это хорошенько. Сами не пейте и другим не давайте. Боже милостивый и милосердный! Отрезви всех нас, дай нам жизнь трезвую, чистую, православную.

Иоанн Чуриков. Основатель Российского общества трезвости православных христиан.

Два пути

«Иди за мной, — взывает дух лукавый,
— о, человек, тебя я одарю
И счастьем, и честью, и славой,
Сомненья прочь — я правду говорю.

Испить до дна земные наслажденья
— вот жизни цель, вот жизни красота.
И грозный суд, и адские мученья
— все звук пустой, утопия, мечта.

Зачем страдать, зачем тебе стремиться
В какой-то мир неведомый, другой?
Ведь умереть и в землю возвратиться
— единственный конечный жребий твой».

«Не верь врагу, — вещает голос тайный,
— о, человек! Иди вослед за мной;
И грозный суд, и ад — не звук случайный,
За гробом есть прекрасный мир другой.

И честь, и блага жизни скоротечной
— минутный сон, утопия, мечта...
Творить добро, стремиться к жизни вечной
— вот жизни цель, вот жизни красота!».

Так человек двум голосам внимает.
И видит два различные пути.

Один и честь, и славу обещает
Другой велит тяжелый крест нести.

Куда идти? К незримому-ль стремиться?
Иль предпочесть доступное очам?
О, Господи! Не дай нам усомниться,
Не дай врагу довериться речам.

Ты всемогущ, мы немощны и хилы.
Погибнем мы без помощи Твоей.
Дай веру нам, Создатель наш, дай силы
Отвергнуть зло, Спаси Своих людей.