живут возле одного из домов) красавцы.

чёрно-белое.

давно припасённое :)

...огромная банка варенья из резеды всегда стоит во втором ряду в буфете. самое интересное, что никто это варенье не съедает (даже в чёрные дни, когда больше никакого варенья не остаётся). варенье глядит из банки глазками цвета резеды и благоухает той же резедой. и оттого есть его совсем не хочется. нехороший у него взгляд.
и правильно. съевший пару ложек варенья начинает дерзить и дерезить (то есть, скакать по шкафам и бодать картины). а с виду такое скромное варенье! в толстой книжке на 15 странице есть объяснение странных свойств варенья из резеды: это одна из банок, принадлежавших старой Гарре, бакранской провидице. она, разумеется, знала о возможной судьбе своего варенья - его найдут, утащат и съедят. потому и смешала премудрая Гарра два слова в мелкий порошок и всыпала по ложке в каждую банку. слова эти, как вы догадались, были "резеда" и "дереза". чтобы съесть варенье и не стать дерезой, нужно быть Премудрой Гаррой. нулевая вероятность! ^__________^

Настроение сейчас - кошмар землеописателя

одна строчка привязалась и не отстаёт, не желая при этом обрастать остальным текстом, так и живёт, наплевав на географический здравый смысл: «Торка – север, остальное – юг». воистину.

передо мной сейчас лежит рекламко интерьерного салона «ДеЛуиза»: на листке штора (она же — шторина, занавеска и так далее): белое складчатое полотнище с круглыми синими вязаными розочками (так мне показалось). у Луизы кончились вышивальные розовые нитки и она взялась за синие, и цветы вышли гораздо более концептуальными и символичными, чем в прежних работах. и шторина после платочков... морской размах чувствуется.

в последнее время мне вообще везде мерещится Кэртиана. это не лечится. и хорошо!

анекдот про гайифца и выходца словами не выражается (но рано или поздно озарит). нарисовалась печальная история в духе сказок с отгадыванием имени. выходец, позванный не по имени, войти, увы, не может. нет повести печальнее на свете...

была игра в «краски», начинавшаяся с того, что за красками является «монах в синих штанах». я теперь представляю иную картину: перед ведёрками красок прохаживается «монарх в белых штанах» и не может выбрать достойный штанов цвет. вся игра к кошкам летит :) а у меня в наборе красок есть белая акварель (можно рисовать белым по белому, море... как Плассон).

генератор работает, я радуюсь (сов)падениям.

ызарг: гравитационное добро.
ызарг: порадуй казуистику.
ызарг: гламурный терминатор.

Телванни: грибное бессознательное (!!!)
Телванни: добей лишнее.
Телванни: гладкость репейника (вот именно).
Телванни: полюби абракадабру (то есть: учи заклинания).
Телванни: лучшее упаривание (правильно. упарить – святое, Драта с Тераной подтвердят).
Телванни: напугай меня (не вопрос. БУ!).

босмеры: убей в себе обсценную идиому (не убьётся! вырвется!).
босмеры: братская морковь (правильно, народ и корнеплоды – едины).
босмеры: поздравь лишнее (пра-здрав-ля-ю).
(это для Хастерища, который играет мелким ушастым любителем флоры).

Барботта: плодоносная абракадабра (йа тащусь).
Барботта: комбинаторное чудо (а то!).
Барботта: аромат аромата (бедный генератор, эк его).
Барботта: шорох амбиций (шур-шур-шур).
Барботта: забей на дровосека (и да не убоятся пни топора!).
Барботта: рождение валежника (пенёк – будущий валежник?).
Барботта: познай обсценную идиому.

Закат: идеальная жизнь (вот она, правда жизни).

пробую новый пластилин + акрил/акварель. пока получается не то, что мне нужно.
страшненькая зелёная Циллочка :)
чёрно-белый ужоз

в «Сердце Зверя» Марсель рассказывает анекдот о гайифце и выходце (точнее, упоминается, что рассказывал). мне этот таинственный текст в тексте уже который день покоя не даёт. что это может быть за анекдот? хоть придумывай...))

В колонках играет - Потаня, Птица Моль
Настроение сейчас - точка-тире-точка-тире-точка

астрапофобия — боязнь молний. ^______________^ птичко, бойтесь, грядёт начало мая)))

Леворукий весь в извёстке,
сам себе уже не рад -
к кошкам гхырову идею:
побелить родной Закат!

Леворукий мыло взял,
кошек всех перестирал.
у трёхцветной смылись пятна!
эй, верните всё обратно!

Леворукий утром встал -
сапоги везде искал.
в это время кот нахальный
в них по Франции гулял.

на закате Леворукий
сел глядеть на облака...
слышит вдруг от Врат Рассветных:
"не найдётся огонька?"

В колонках играет - Екатерина Ачилова, Песенка о профессии
Настроение сейчас - работать, солнце ещё высоко.

для полного конца обеда нужно было всю политическую карту расписать.
«не дают за плутни плуту плату, то есть поступают безответственно» (Екатерина Ачилова).

у гайифского посольства плач и жуткий вой:
к ним приехал за деньгами Штанцлер. дорогой.
за зарплатою явился, требует аванс,
вот и наступил в Гайифе полный декаданс.

и у Дриксен этим утром Штанцлер побывал:
из несчастного посольства всю казну забрал.
говорил, что за работу – дескать, тяжек труд –
целый день плести интриги, сами пуст плетут!

а у Холты и Каданы нечем заплатить…
если нет в кармане денег, очень страшно жить!
вдруг за это осерчает старый человек
и продаст чужие тайны, скажем, в Норуэг!

агарийский вид расчёта благостен и прост:
Штанцлеру – даёшь зарплату! братьям – строгий пост.
потому что ждать не станет. зря ли обещал:
всех кругом поотравляет, кто не убежал?

возмущён посол кагетский: «что это, народ?
плату боевой улиткой Штанцлер не берёт!»
вдруг ему приятно очень интриганом быть.
может, без корысти хочет звание носить.

прочие, собравшись кучей, карту разложив,
копят деньги и мечтают: «если будет жив
старый и больной радетель о чужих делах –
ызарга вручим на память о великих днях!»

снова сказка по миру В. Камши.

когда-то у Анэма был целый мешок крохотных ветерков, на которые он хотел ловить летучую рыбу. мешок случайно развязался, и ветерки разлетелись по всему свету, селясь преимущественно в замковых замках (за что и получили своё имя). если в замке есть замки, то и сквознячки будут обязательно. это из-за них оставленные в замках ключи разлетаются во всех направлениях и теряются, это они устраивают дикий посвист в коридорах: носятся туда и обратно сквозь замочную скважину или играют на запропавших ключах, как на флейтах. сквознячки мелкие, настоящего воя ветра им не сотворить, но головную боль их пронзительные песни вызвать в состоянии.
кое-кто до сих пор верит, что однажды Анэм вспомнит о неудавшейся рыбалке и пойдёт по всем замкам, вскрывая замки в поисках сбежавшей наживки (не поживы и не наживы, заметьте!) так что не бросайтесь с топором на незаметную фигуру, колдующую над замком, а поздоровайтесь – Лэйе Анэмэ! – и расскажите, какая славная рыба ловится у вас в замковом рву всего-то на аптечный пузырёк воздуха, ах, какая рыба!

застывающий пластилин, акварель. увы, сейчас пришлось перекрашивать глаза акрилом, потому что Чех спрута скинул и измусолил, фанат несчастный)) выражение лица чуть поменялось. ещё поснимаю завтра. а пока...
Читать далее

мир В.В. Камши.

Багряные земли появились из закатных облаков, которые устали летать и легли подремать прямо в волны Померанцевого моря (им казалось, что волны мягкие и тёплые, как овечья шерсть, да так оно и было в те времена). облака заснули надолго и попали в сказки — моряки достигали странных земель, похожих на горы пуха, и кто сходил на берег, тут же превращался в Закатную Кошку — начинал чесать лапой за ухом и ждать не Создателя, а стайку вкусной рыбы и сметанный дождик.
постепенно облака занесло песком, камнями, ракушками... появилась земля — уже не сказочная, а обыкновенная, каменистая и пустынная. но если долго-долго рыть яму, можно увидеть краешек закатного облака... и стать вольной багряноземельской кошкой, если очень захочется.

меня таки прибило прочитанным «Синим взглядом смерти». долго доходило, медленно, но дошло, постучалось в окно и сказало шепотом: мы все умрём! это оно, дошедшее, зря. но хочется распушиться и шипеть, как кошак перед бедой, шипи не шипи... ожидания всякие жуткие. пройдёт, наверное, или свыкнусь.

Весенний Излом. Плавание на льдине.