Случайны выбор дневника Раскрыть/свернуть полный список возможностей


Найдено 76 сообщений
Cообщения с меткой

гефсиманский сад - Самое интересное в блогах

Следующие 30  »
A_vani

Без заголовка

Воскресенье, 01 Мая 2016 г. 20:04 (ссылка)

target=_blank>


Одичание — это процесс разобщения.


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Кулинар-конструктор

Гефсиманский сад

Воскресенье, 31 Мая 2015 г. 19:57 (ссылка)


После смотровой площадки мы направились в Гефсиманский сад.



3740065_DSC00909 (700x465, 297Kb)



Он расположен у подножия Елео́нской, или Масли́чной горы. Это возвышенность, тянущаяся с севера на юг против восточной стены Старого города Иерусалима,



3740065_74894691_16 (300x152, 70Kb)
Метки:   Комментарии (1)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Thanakwill

ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРГ. ГЕФСИМАНИЯ.

Четверг, 09 Апреля 2015 г. 21:40 (ссылка)

Мерцаньем звезд далеких безразлично
Был поворот дороги озарен.
Дорога шла вокруг горы Масличной,
Внизу под нею протекал Кедрон.
Лужайка обрывалась с половины.
За нею начинался Млечный Путь.
Седые серебристые маслины
Пытались вдаль по воздуху шагнуть.
В конце был чей-то сад, надел земельный.
Учеников оставив за стеной,
Он им сказал: «Душа скорбит смертельно,
Побудьте здесь и бодрствуйте со Мной».
Он отказался без противоборства,
Как от вещей, полученных взаймы,
От всемогущества и чудотворства,
И был теперь, как смертные, как мы.
Ночная даль теперь казалась краем
Уничтоженья и небытия.
Простор вселенной был необитаем,
И только сад был местом для житья.
И, глядя в эти черные провалы,
Пустые, без начала и конца,
Чтоб эта чаша смерти миновала,
В поту кровавом Он молил Отца.
Смягчив молитвой смертную истому,
Он вышел за ограду. На земле
Ученики, осиленные дремой,
Валялись в придорожном ковыле.
Он разбудил их: «Вас Господь сподобил
Жить в дни Мои, вы ж разлеглись, как пласт.
Час Сына Человеческого пробил.
Он в руки грешников Себя предаст».
И лишь сказал, неведомо откуда
Толпа рабов и скопище бродяг,
Огни, мечи и впереди – Иуда
С предательским лобзаньем на устах.
Петр дал мечом отпор головорезам
И ухо одному из них отсек.
Но слышит: «Спор нельзя решать железом,
Вложи свой меч на место, человек.
Неужто тьмы крылатых легионов
Отец не снарядил бы Мне сюда?
И, волоска тогда на Мне не тронув,
Враги рассеялись бы без следа.
Но книга жизни подошла к странице,
Которая дороже всех святынь.
Сейчас должно написанное сбыться,
Пускай же сбудется оно. Аминь.
Ты видишь, ход веков подобен притче
И может загореться на ходу.
Во имя страшного ее величья
Я в добровольных муках в гроб сойду.
Я в гроб сойду и в третий день восстану,
И, как сплавляют по реке плоты,
Ко Мне на суд, как баржи каравана,
Столетья поплывут из темноты».

(Пастернак Б.Л.)



Метки:   Комментарии (2)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Zinaida_Khugashvili

Иисус в Гефсиманском саду

Пятница, 03 Апреля 2015 г. 21:50 (ссылка)

75936792676c (700x465, 53Kb)

"36 Потом приходит с ними Иисус на место, называемое Гефсимания, и говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду, помолюсь там.
37 И, взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых, начал скорбеть и тосковать.
38 Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною.
39 И, отойдя немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты.
40 И приходит к ученикам и находит их спящими, и говорит Петру: так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною?
41 бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна.
42 Еще, отойдя в другой раз, молился, говоря: Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя.
43 И, придя, находит их опять спящими, ибо у них глаза отяжелели.
44 И, оставив их, отошел опять и помолился в третий раз, сказав то же слово.
45 Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы все еще спите и почиваете? вот, приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников;
46 встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня."
(Матф.26:38-46)


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
maxim1948

Гефсиманский сад- место, где молился Иисус.

Пятница, 28 Ноября 2014 г. 11:19 (ссылка)


Гефсиманский сад: место, где молился Иисус (Израиль)

Важной достопримечательностью Иерусалима является Гефсиманский сад, расположенный у подножия Масличной горы. Сад, примыкающий к базилике Борения, занимает сравнительно небольшую площадь, которая равняется тысяче двумстам метрам.



Гефсиманский сад: место, где молился Иисус (Израиль)



Гефсиманский сад знаменит тем, что именно в этом месте, как утверждает Евангелие, перед распятьем молился Иисус Христос. Сегодня в саду растут узловатые и величественные оливы, возраст которых исчисляется веками. Гефсиманский сад: место, где молился Иисус (Израиль)



Троим из восьми самых древних олив был сделан с целью установления их возраста радиоуглеродный анализ, при этом выяснилось, что эти деревья растут уже почти девять столетий, и все они имеют одно родительское дерево, возле которого, возможно, ходил сам Иисус Христос.



Гефсиманский сад: место, где молился Иисус (Израиль)



Исторические хроники повествуют, что римляне, захватив в семидесятом году нашей эры Иерусалим, вырубили в Гефсиманском саду все деревья. Но оливы отличаются необыкновенной стойкостью, и, когда в почве остается корень, он практически всегда даст побег. Поэтому можно с уверенностью утверждать, что древние оливы современного Гефсиманского сада являются прямыми наследницами деревьев, которые видели Иисуса и его учеников.



Гефсиманский сад: место, где молился Иисус (Израиль)



И в наше время в этом чудесном древнем саду царит чистота и порядок, все деревья ухожены и приятны глазу. Большинство экскурсионных туров по Израилю включают Гефсиманский сад в свой маршрут, ведь туристы с многих уголков нашей планеты мечтают побывать на том месте, где в свое время молился Иисус.



Гефсиманский сад: место, где молился Иисус (Израиль)



Посетители в саду любят проводить фотоссесии, а работники, невзирая на гостей, ухаживают за деревьями, собирая с них хороший урожай, ведь оливы, не смотря на свой возраст, полны сил.



Гефсиманский сад: место, где молился Иисус (Израиль)

Метки:   Комментарии (2)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Ada_Peters

Иисус Христос. Гефсиманский сад

Понедельник, 22 Июля 2014 г. 02:17 (ссылка)





Иисус Христос. Гефсиманский сад



Image Hosted by PiXS.ru


Гефсиманский сад является местом, куда Иисус Христос отправился после Тайной вечери вместе со своими учениками. И именно Гефсиманский сад является местом, где было совершено «Моление о Чаше», также известное как «Гефсиманское моление».

Гефсиманский сад расположен на склоне горы Елеонская.

Расположен Гефсиманский сад около ручья Кедрон у склона горы Елеонская. Сейчас место моления находится внутри церкви, которое было построено в двадцатых годах прошлого столетия.
Читать далее...
Метки:   Комментарии (2)КомментироватьВ цитатник или сообщество
валентина_полякова

Гефсиманский сад

Воскресенье, 01 Июня 2014 г. 22:13 (ссылка)

Это цитата сообщения Sanur Оригинальное сообщение

Гефсиманский сад




Так как никто не стал фотографироваться в саду, то я не стану выкладывать мемориальные доски. Я покажу красоту природы.





 






Серия сообщений "Путешествие по Израилю":

Часть 1 - Иерусалимский храм гроба Господнего. Фотографии ноября 2011 года.
Часть 2 - Маленькое путешествие по Иерусалиму. Гид Юлия Сегаль. Апрель 2014
...
Часть 6 - Могила Авшалом, сына Давида.
Часть 7 - Храм всех религий возле Гефсиманского сада
Часть 8 - Гефсиманский сад
Часть 9 - В сталактитовой пещере. Израиль.


Метки:   Комментарии (1)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Трииночка

Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом...

Пятница, 18 Апреля 2014 г. 11:30 (ссылка)


Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом...



Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом...



Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом, и ничтоже земное в себе да помышляет, Царь бо царствующих и Господь господствующих приходит заклатися и датися в снедь верным.



Православная Церковь в этот великий день все времена священных событий спасения мира ознаменовала богослужением: время взятия Спасителя в саду Гефсиманском и осуждения Его архиереями и старейшинами на страдания и смерть (Мф. 27, 1) - богослужением утрени; время ведения Спасителя на суд к Пилату - Богослужением первого часа (Мф. 27, 2); время осуждения Господа на суде у Пилата - совершением третьего часа; время крестных страданий Христа - шестым часом; время смерти - девятым часом; а снятие тела Христова со креста вечернею.



Все богослужение этого дня посвящено благоговейному и трогательному воспоминанию спасительных страстей и крестной смерти Богочеловека.





Утреня



Великой пятницы служится в четверг вечером. Главная особенность этой службы - чтение так называемых Двенадцати Евангелий, то есть двенадцати евангельских отрывков, повествующих о страданиях Христовых и помещенных между разными частями службы. При каждом чтении предстоящие зажигают свечи. Это знаменательно указывает на

торжество и славу, сопровождавшие Сына Божия и во время крайнего Его уничижения среди поругания и страданий и свидетельствующие о Его высочайшей святости и Божестве.



Отсюда



4059776_0_9578a_78b96f28_XL (176x96, 17Kb)

Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
НаталинаЯ

Гефсиманский сад

Четверг, 17 Апреля 2014 г. 15:40 (ссылка)

cooltext1525761234 (592x102, 54Kb)

Великолепный сад библейских времен находится возле ручья под названием Кедрон, что протекает на одном из склонов Масличной горы. В первом веке до нашей эры здесь были посажены оливковые деревья. Восемь из них сохранились до наших дней.

Гефсиманский сад упоминается в библейских рукописях и связан со Страстями Христа. Паломники христиане посещают эти места, чтобы помолиться ему в Гефсиманском гроте, где по приданиям молился сам Христос, удалившись от апостолов. Кровавый пот его каплями падал на холодный камень и растопил его. Это священное место еще можно увидеть в этом древнем саду. Францисканцы контролируют сад еще с 1681 года. И он до сих пор охраняется ими.
Метки:   Комментарии (1)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Ipola

Гефсиманский сад. Библейские места.

Суббота, 23 Ноября 2013 г. 08:56 (ссылка)


Garden of Gethsemane



Гефсиманский сад



Великолепный сад библейских времён находится возле ручья под названием Кедрон, что протекает на одном из склонов Масличной горы. В первом веке до нашей эры здесь были посажены оливковые деревья. Восемь из них сохранились до наших дней.



Гефсиманский сад упоминается в библейских рукописях и связан со Страстями Христа. Паломники христиане посещают эти места, чтобы помолиться ему в Гефсиманском гроте, где по приданиям молился сам Христос, удалившись от апостолов. Кровавый пот его каплями падал на холодный камень и растопил его. Это священное место ещё можно увидеть в этом древнем саду. Францисканцы контролируют сад ещё с 1681 года. И он до сих пор охраняется ими.



По преданиям именно в этом саду находится то место, где Иуда предал Христа. На нём выстроили базелику. В 1919 году 12 католических общин пожертвовали деньги на строение здесь современной церкви. На стенах этого храма мозаикой были выложены библейские картины. Внутри, перед алтарём находится скала, которую обвивает терновый венец. Именно на нем молился Иисус. Вместо обычных стеклянных окон строители использовали синие витражи, что бы напоминать молящимся людям о последней ночи сына божьего на Земле. Строительство этого великолепного храма было завершено в 1924 году.





...Гефсима́нский сад — в настоящее время небольшой сад (47 × 50 м) в Гефсимании; в евангельские времена так называлась вся долина, лежащая у подошвы Елеонской горы и гробницы Богородицы. Традиционно почитается, как место моления Иисуса Христа в ночь ареста: согласно Новому Завету, Иисус и его ученики регулярно посещали это место - что и позволило Иуде найти Иисуса в эту ночь...(Википедия)



Читать далее...
Метки:   Комментарии (4)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Николай_Марунчак

Успения Пресвятой Богородицы

Среда, 28 Августа 2013 г. 12:46 (ссылка)

Успение Божией Матери (534x700, 175Kb)


Святые места



"Ни одно сердце человеческое не способно любить всех людей такой любовью, какой любит нас Матерь Божия.



http://uspenie.paskha.ru/Obychai/svyat/


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Олег_Шамрицкий

Я стою на распутье тревог...

Четверг, 02 Мая 2013 г. 12:15 (ссылка)


Ангел_1 (300x374, 76Kb)

Ангел

Я стою на распутье тревог,
тяжек груз нераскрытых крыл -
мне вчера сказал светлый Бог,
что рождения час пробил...

До безумия тихая ночь
зажигает звезды в пруду -
я кому-то должна помочь
в Гефсиманском скорбном саду.

Он сейчас в смертельной тоске
чашу горечей пьёт до дна...
Я - знаменьем небесных сфер -
укрепить его дух должна!

И вернуться в простор высот,
на губах закусивши плач,
когда линии жизни пробьет
на ладонях его палач...

О. ШАМРИЦКИЙ


Моление о чаше (700x371, 119Kb)



Метки:   Комментарии (6)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Yarinka_ru

Святые места Иерусалима

Воскресенье, 28 Апреля 2013 г. 09:42 (ссылка)


Иерусалим вызывает непреодолимое желание у всех приезжих когда-нибудь сюда вернуться. Он всегда вызывает определенный трепет, даже если вы человек не верующий. Древний город имеет богатую историю, которая повлияла на жизнь в Иерусалиме. Появился город более 3500 лет назад. В нем очень прочно переплетены христианство и мусульманская культура, что не могло не повлиять на его развитие. За время своего существования этот город выдержал немало ожесточенных битв за религиозные святыни.

4080226_158572275 (700x465, 182Kb)

4080226_gdeispolnyaetsyamechty05 (700x472, 84Kb)

4080226_35865706_Bezuymyannuyystena (698x345, 49Kb)

Самая известная достопримечательность Иерусалима – стена плача. Когда-то эта стена принадлежала храму евреев, но на сегодняшний день храм полностью разрушен. Евреи считали, что в нем Всевышний услышит их быстрее. Ежедневно к стене приходят тысячи паломников, которые пишут свои просьбы на записках и оставляют их в щелях. У мужчин и женщин своя часть стены. Для представительниц слабого пола предусмотрен строгий дресс-код: никакой короткой и открытой одежды, голова обязательно должна быть покрыта.

4080226_84990997_3405166_0_5efd7_3ad1d94e_S (65x31, 4Kb)
Метки:   Комментарии (9)КомментироватьВ цитатник или сообщество
НаталинаЯ

Иерусалим. Гефсиманский сад.

Понедельник, 10 Декабря 2012 г. 16:27 (ссылка)



Пришли в селение, называемое Гефсимания; и Он сказал ученикам Своим: посидите здесь, пока Я помолюсь. И взял с Собою Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать. И сказал им: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте. И, отойдя немного, пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей; и говорил: Авва Отче! всё возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты. Возвращается и находит их спящими, и говорит Петру: Симон! ты спишь? не мог ты бодрствовать один час? Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. И, опять отойдя, молился, сказав то же слово. И, возвратившись, опять нашел их спящими, ибо глаза у них отяжелели, и они не знали, что Ему отвечать. И приходит в третий раз и говорит им: вы всё еще спите и почиваете? Кончено, пришел час: вот, предается Сын Человеческий в руки грешников. Встаньте, пойдем; вот, приблизился предающий Меня.
И тотчас, как Он еще говорил, приходит Иуда, один из двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин. Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его и ведите осторожно. И, придя, тотчас подошел к Нему и говорит: Равви! Равви! и поцеловал Его. А они возложили на Него руки свои и взяли Его. Один же из стоявших тут извлек меч, ударил раба первосвященникова и отсек ему ухо. Тогда Иисус сказал им: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня. Каждый день бывал Я с вами в храме и учил, и вы не брали Меня. Но да сбудутся Писания. Тогда, оставив Его, все бежали. (Евангелие от Марка)

P1070500 (497x700, 138Kb)
68930dde1f69 (90x37, 3 Kb)
Метки:   Комментарии (3)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Zinaida_Khugashvili

Библейские места: Гефсиманский сад.

Понедельник, 24 Сентября 2012 г. 11:28 (ссылка)



Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Эдуард_Волков

Христианские святыни Иерусалима

Понедельник, 05 Июня 2012 г. 02:04 (ссылка)
digest.subscribe.ru/travel/...html?print


Э.В.:Не был и уже,увы,не буду...



Христианские святыни Иерусалима


Своё знакомство с Иерусалимом христианским следует начать со смотровой площадки, которая находится на вершине Масличной горы. Масличная, или Елеонская, гора (hар hазэйтим) находится в восточной части Иерусалима и является самой высокой точкой в окрестностях города, её высота – 793 метра над уровнем моря. Оливковые деревья, которые испокон веку растут на склонах горы, и дали ей имя.



Со смотровой площадки перед вами откроется красивейший панорамный вид. Отсюда прекрасно просматривается почти весь Иерусалим во всей своей красе. На севере вы увидите гору Скопус, или гору Наблюдателей, а на юго-востоке – гору Поругания, или гору Соблазна. На востоке можно разглядеть Иудейскую пустыню, Мёртвое море и вершины гор Моав.



Следующим пунктом вашего путешествия может быть Гефсиманский сад, его христиане почитают как место, в котором Христос находил приют и отдых, куда он приходил со своими учениками, где молился перед арестом, был предан и арестован.



Современный Гефсиманский сад, размером 47х50 метров, является лишь частью обширного сада библейских времён, который находится у подножия западного склона Масличной горы в долине Кедрон.



Здесь когда-то находилось селение Гефсимания, греческое название которого произошло от древнееврейского «гат шманим» – «масличная давильня», так как в древности здесь изготовляли оливковое масло.



В нижней части сада вы увидите восемь древних олив, возраст которых, как считается, превышает 2000 лет. Они окружены невысокой оградой, вдоль которой идёт дорожка. С правой стороны этой дорожки в особых шкафчиках помещены рельефные изображения всех страданий Христа.



Вам следует обратить своё внимание на камень, который лежит совсем недалеко от олив. На этом камне сидел Христос, перед тем как к нему подошёл Иуда со своим поцелуем.



А всего в нескольких шагах от этого камня находятся серые скалы, на которых отдыхали ученики Христа.



Затем вы можете спуститься к Гефсиманскому гроту, который находится недалеко от ограды Гефсиманского сада. В этой пещере молился Христос в последние дни и часы своей земной жизни. В настоящее время пещера превращена в храм, украшенный мрамором и золотом. Здесь вы сможете увидеть то место на полу, где капли кровавого пота Христа растопили холодный камень.



А на том самом месте, где, согласно Евангелиям, Иуда предал Христа, в 1925 году была построена Базилика Мук Христовых, которая имеет также и другое название – Церковь Всех Наций. Этот величественный храм венчают 12 куполов с изображениями гербов тех католических государств, которые финансировали его строительство.



Перед главным алтарём церкви лежит большой природный камень, на котором, по преданию, Христос молился перед своим арестом. Над этим камнем висит картина с изображением ангела, который спустился на землю, чтобы утешить Христа. Ваше внимание несомненно привлекут такие мозаичные картины, как «Гефсиманское моление», «Предание Спасителя» и «Взятие Христа под стражу».



Церковь посвящена событиям последней земной ночи в жизни Христа, поэтому потолок её напоминает звёздное небо. По этой же причине в храме отсутствует дневной свет.



Базилика обслуживается монахами францисканского монастыря, который находится при храме.



А за оградой этого монастыря стоит православная церковь Святой Марии Магдалины, которая была построена в 1888 году на личные средства русского императора Александра III в память его матери Марии Александровны. Она построена в стиле русской церковной архитектуры, над ней красуются семь куполов в форме луковиц, увенчанных православными крестами. Внутри церкви довольно скромный интерьер, основным украшением которого является иконостас из белого мрамора с иконами кисти русского художника Верещагина.



Рядом с церковью Святой Марии Магдалины расположена небольшая восьмиугольная часовня, которая, согласно Евангелиям, воздвигнута на месте, где Христос вознёсся на небеса после своего воскрешения. Здесь вы увидите оправленный в мрамор камень, на котором остался след ступни Христа.



Спустившись ещё немного с горы, вы окажетесь у женского монастыря кармелиток, построенного в XIX веке. Войдя на территорию монастыря через калитку в стене, вы подойдёте к церкви Патер Ностер («Отче наш»), которая была воздвигнута на месте, где Христос впервые произнёс перед своими учениками молитву «Отче наш». Здесь находится пещера, в которой был найден плоский камень с высеченным на нём текстом молитвы «Отче наш» на арамейском языке. Стены церкви увешаны фарфоровыми табличками со словами этой молитвы на 50 языках мира.



На склоне Масличной горы вы заметите чёрный купол с навершием и крестом. Это Церковь Плача Господня, или Скорбящего Господа («Доминус Флевит»), которая была построена монахами-францисканцами в конце 30-х годов XX века по проекту итальянского архитектора Барлуччи. Здание имеет необычную, каплевидную форму. Согласно Евангелиям, Христос на этом месте оплакивал будущее неизбежное разрушение Иерусалима. Слева при входе в церковь вы увидите красивую мозаику на остатках древней церкви византийского периода...



В Иерусалиме множество интересных мест, которые стоит посмотреть, приехав в этот удивительный город.



На горе Сион находится великолепная церковь Успения Богоматери (Дормицион), которая была построена в 1910 году в память о скончавшейся здесь святой Деве Марии – матери Христа. Алтарь церкви украшен изображениями Марии, Христа и пророков, а на полу – мозаичный рисунок, изображающий Святую троицу, пророков и знаки зодиака. В подвальном помещении церкви вы увидите вырезанную из вишнёвого дерева статую Девы Марии.



Почти рядом с церковью Успения Богоматери находится то самое место, где происходила знаменитая Тайная Вечеря Христа с его учениками – Горница «Тайной вечери» (Сенакулум). От самой Горницы осталось лишь несколько колонн и свод, на котором видна фреска с изображением пасхального ягнёнка.



В Мусульманском квартале у школы для девочек Эль-Омария начинается улица Виа Долороза, по которой Христос прошёл свой Путь Страданий к Голгофе. Это шествие, согласно Евангелиям, прерывалось различными событиями, которые были связаны с именем Христа. Каждая такая остановка отмечена церквями, часовнями и мемориальными досками. Всего таких остановок (станций) канонизировано 14: 9 из них расположены на улице Виа Долороза, а 5 последних остановок находятся в Храме Гроба Господня.



В Христианском квартале находится Храм Гроба Господня. Это самое святое место для любого христианина, воздвигнутое там, где, согласно Евангелиям, Христос был распят, погребён, а затем воскрес. Современное здание храма было построено в 1130–1149 годах крестоносцами и затем восстановлено после землетрясения 1927 года, о котором нам напоминают многочисленные колонны, поддерживающие свод здания.



Слева от входа в храм находится небольшая часовня с каменными надгробиями над могилами христианских королей Иерусалима – Годфруа и Бодуэна.



На вершину Голгофы вы попадёте, отважно взобравшись по очень крутой лестнице. Здесь находится часовня Снятия Одежд Иисуса, которая стоит на месте 10-й остановки Крестного пути, где Христа раздели. 11-я остановка Крестного пути, которая находится на месте, где Христа на глазах его матери прибили к кресту, отмечена мозаикой с изображением Девы Марии и пригвождённого к кресту Иисуса. На 12-й остановке Крестного пути виден серебряный диск с отверстием в середине, куда был вставлен крест с распятым Христом.



Камень Помазания, представляющий собой низкую облицованную мрамором продолговатую плиту, на которую было положено тело Христа, снятое с креста, является 13-й остановкой Крестного пути.



Последняя 14-я остановка Крестного пути – «Ротонда» или «Кувуклия» (Гроб Господень) – отмечена небольшой купольной часовней слева от камня Помазания, которая была воздвигнута в 1810 году над пещерой, где было захоронено тело Христа.



Позади этой часовни расположена большая каменная ваза, символизирующая «Центр Земли» и трон патриарха.



У лестницы под Голгофой находится часовня праотца Адама, где вы увидите трещину, которая, якобы, образовалась в момент смерти Христа.



Экскурсию по христианским местам Иерусалима следует закончить... у Стены плача, или Западной стены, которая является символом Второго Храма и национальной святыней еврейского народа.



Это вполне логичное завершение такой экскурсии. Ведь Иисус Христос был сыном еврейского народа и молился в Еврейском Храме, расположенном когда-то на Храмовой горе.



Альфред Грибер

Метки:   Комментарии (1)КомментироватьВ цитатник или сообщество
alla_sumeny

Тайная вечеря и Гефсиманский сад.

Четверг, 02 Апреля 2015 г. 17:18 (ссылка)


4maf.ru_pisec_2012.04.12_16-57-58 (700x81, 166Kb)

Тайная вечеря — событие Евангелия,
последняя трапеза Иисуса Христа с учениками и апостолами.

Тайная вечеря рубенса (594x700, 115Kb)

Рубенс.Тайная вечеря.

В Великий Четверг - Чистый, Пречистый (правильнее этот день называется Четверток, а Страстная Пятница — Пяток) Церковь вспоминает и вновь совершает Тайную Вечерю Господа Иисуса Христа с Его учениками и апостолами.
На Тайной Вечере Христом было установлено главное таинство христианской веры — Евхаристия (что в переводе с греческого означает "благодарение"), во время которого все верные причащаются Тела и Крови Самого Христа.
Без Причащения, учит Церковь, нет истинной христианской жизни; по вере Церкви, в этом таинстве происходит самое полное, насколько только это возможно на земле, соединение человека с Богом.
продолжение...
Метки:   Комментарии (8)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Zinaida_Khugashvili

Моление Иисуса Христа в саду Гефсиманском

Четверг, 05 Апреля 2012 г. 21:44 (ссылка)

Отче, о если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! Впрочем, не Моя воля, но Твоя да будет.
Евангелие от Луки Глава 22, стих 42



После совершения Тайной Вечери — Своей последней трапезы, на которой Господь установил Таинство святой Евхаристии, — Он пошёл с апостолами к Елеонской горе.

Спустившись в ложбину Кедронского потока, Спаситель вошёл с ними в Гефсиманский сад. Он любил это место и часто собирался здесь для бесед с учениками.

garden гефсиманский сад (600x400, 120Kb)


Господь желал уединения, чтобы в молитве к Своему Отцу Небесному излить Своё сердце. Оставив большую часть учеников у входа в сад, трёх из них — Петра, Иакова и Иоанна — Христос взял с Cобой. Эти апостолы были с Сыном Божиим на Фаворе и видели Его во славе. Теперь свидетели Преображения Господня должны были стать свидетелями Его душевных страданий.

Обращаясь к ученикам, Спаситель сказал: "душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною" (Евангелие от Марка глава 14, стих 34).
Мы не можем постигнуть скорби и тоски Спасителя во всей их глубине. Это была не просто печаль человека, знающего о своей неминуемой смерти. Это была скорбь Богочеловека о падшем творении, вкусившем смерть и готовом обречь на смерть своего Творца. Отойдя немного в сторону, Господь стал молиться, говоря: "Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты".
Восстав от молитвы, Господь возвратился к трём Своим ученикам. Он хотел найти для Себя утешение в их готовности бодрствовать с Ним, в их сочувствии и преданности Ему. Но ученики спали. Тогда Христос призывает их к молитве: "Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна".

Ещё дважды Господь отходил от учеников в глубину сада и повторял ту же молитву.

Скорбь Христа была так велика, а молитва столь напряжённа, что с лица Его падали на землю капли кровавого пота.
В эти тяжелейшие минуты, как повествует Евангелие, "явился Ему Ангел с небес и укреплял Его".

Окончив молитву, Спаситель пришёл к Своим ученикам и вновь нашёл их спящими.
"Вы всё ещё спите и почиваете, — обращается Он к ним, — вот, приблизился час, и Сын Человеческий предаётся в руки грешников; встаньте, пойдём: вот, приблизился предающий Меня".

В это самое время сквозь листву деревьев стали проглядывать огни фонарей и факелов. Появилась толпа людей с мечами и кольями. Они были посланы первосвященниками и книжниками, чтобы схватить Иисуса, и, видимо, ожидали серьёзного сопротивления.
Впереди вооружённых людей шёл Иуда. Он был уверен, что после Тайной Вечери найдёт Господа здесь, в Гефсиманском саду. И не ошибся. Предатель заранее условился с воинами: "Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его и ведите".

Отделившись от толпы, Иуда подошёл ко Христу со словами: "Радуйся, Равви", — и поцеловал Спасителя.

В ответ он услышал: "Иуда, целованием ли предаёшь Сына Человеческого?"

Предательство уже совершилось, но мы видим, как Христос пытается вызвать раскаяние в душе Своего неразумного ученика.

Между тем приблизилась стража. И Господь спросил стражников, кого они ищут. Из толпы отвечали: "Иисуса Назорея". "Это Я", — последовал спокойный ответ Христа. От этих слов воины и слуги со страхом отступили назад и упали на землю. Тогда Спаситель сказал им: если они ищут Его, то пусть берут, а ученикам пусть дадут уйти свободно. Апостолы хотели было защитить Своего Учителя. Пётр имел при себе меч. Он ударил им раба первосвященника по имени Малх и отсёк ему правое ухо.
Но Иисус остановил учеников: "оставьте, довольно". И, коснувшись уха раненого раба, исцелил его. Обращаясь к Петру, Господь сказал: "возврати меч твой в ножны, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или ты думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов? Как же сбудутся Писания, что так должно быть? Неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец?" И обратившись к вооружённой толпе, Христос сказал: "как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня; каждый день бывал Я с вами в храме, и вы не поднимали на Меня рук; но теперь — ваше время и власть тьмы".

Воины связали Спасителя и повели к первосвященникам. Тогда апостолы, оставив Своего Божественного Учителя, в ужасе разбежались.

Сбылись горькие слова Спасителя, сказанные им накануне Гефсиманской ночи: "все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь, ибо написано: поражу пастыря, и рассеются овцы стада".

Эту горькую чашу страданий и мучительной смерти на кресте Христос принимает добровольно, ради спасения всего человечества.

Он уничижил Себя Самого, приняв образ раба.
Послание к Филиппийцам святого апостола Павла Глава 2, стих 7




В Гефсиманском саду на коленях стоял
И молился Спаситель Отцу:
«Дорогой мой Отец» - Иисус умолял,
«Пронеси мимо чашу сию».

Волновалась душа и к престолу неслась
Ввысь молитва Иисуса Христа.
Капли пота, как кровь, по ланитам струясь,
Торопливо сбегали с чела.

Черным бархатом землю окутала ночь
И раскинула россыпи звезд.
«Вы бодритесь, друзья, Я прошу вас помочь», -
Он в поддержке нуждался всерьез.

Но сморило мужчин, задремали они,
Только бодрствовал Вышнего Сын.
«Если можно, Отец, Ты решенье смени,
Помоги Своим Словом живым».

В предрассветной тиши глас Иисуса молил,
И смертельно скорбела душа.
«Будет воля Твоя», - Он Отцу говорил,
И поднялся с колен не спеша.

В Гефсиманском саду Божий Сын получил
Подкрепленье и силу Отца.
На Голгофе Спаситель всю волю свершил
Всемогущего Бога Творца.
(Марина Н.)


73467102_70947039_Liz_Lemon_SwindleGethsemane (699x505, 53Kb)
Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество
Whate_Fox

СНЫ ДУХА роман-соната. Глава-8, ПРИЮТ ОТШЕЛЬНИКА

Воскресенье, 26 Февраля 2012 г. 19:22 (ссылка)




    ГЛАВА-8



    ПРИЮТ ОТШЕЛЬНИКА (Сон второй - adajio)

 





    Сафронов открыл глаза, когда холодный туман осенних сумерек уже высасывал за окном последнюю каплю жизни этого дня. В доме напротив светились окна, мастерская тонула в мороке выползающей из углов ночи. День умер тихо и незаметно, как умирают кошки, пряча от глаз хозяев тайну своей смерти.



    Он снова остался один на один со своей разоренной душой. Он не думал о том, сколько времени бездумно отсутствовал в этом мире, не помнил, какую последнюю мысль оборвала пленившая его дрема, но знал, что за благодатью несуществования, в пустынной тишине ночи его поджидает мука Гефсиманского сада. Он уже не мог забыться во сне и предстоящая ночь страшила его незатухающей болью в груди и физической немощью. Хотелось бежать от всего этого слабого, больного, несчастного, выпрашивающего грошик слезливой жалости и покаяния, в близкое или далекое «Туда». «Там» ждет его тихая родина души, полная согласия с собой и с тем жалким миром за окном, где адские качели времени раскачивают его между прошлым и будущим над бездонной пропастью маленького серого дня. В эту-то бездну, истекая по капле в будничной простоте, и канула вся его жизнь.

      


    Сегодня Сафронов впервые боялся своей жизни. Мужество покинуло его. Он больше не мог оставаться один на один с собой. Вдруг возникло острое желание куда-то пойти, с кем-то встретиться, поговорить на отвлеченные темы, может быть, послушать музыку или просто пройтись по улицам. Теперь, лишь непреодолимое желание все изменить осталось для него смыслом и надеждой «Идти, идти, идти…» решил он: «хоть куда, немедленно идти…». Вместе с ним пришло облегчение, словно в этом, спонтанном решении был какой-то выход, что-то обещающее в простом желании выйти из дома на улицу.



    Он собирался так, словно спешил на важное свидание. Твидовая пара английского кроя, которую он одевал всего лишь раз, черная водолазка и кожаный плащ с серым атласным кашне могли бы, пожалуй, создать ему некий торжественный вид. Но осунувшееся лицо со впалыми щеками и мукой в глазах за покрасневшими веками, выдавали его с головой. Из зеркала на него смотрел еще не опустившийся, но уже усталый, равнодушный ко всему мирскому, спивающийся интеллигент.



    -Да и черт с ним! – пробормотал он своему отражению. – Там, куда я иду, до этого никому нет дела.



    -А куда мы идем? - вдруг проснулось сознание.



    -Куда-куда?.. – Туда!.. Да и все…, - отмахнулся он.



    Он не знал, куда идет. Сейчас это было совершенно неважно. Как было неважно и то, что в свете фонарей сверкает дождь вперемешку со снегом, под ногами хлюпает шуга, а на зонтах и плечах прохожих нарастает снежный мех.



    Вечерний город готовился к зиме и ко сну. Не было суеты на тротуарах и у дверей магазинов, и не было привычного шума, который уже и так не воспринимался равнодушным ухом горожанина. Звуки города тонули в волглой мороси, растекались вместе с ней по ярким, в ночи, витринам супермаркетов и окнам трамваев, налипали на крыши автомобилей, фонари и кроны деревьев. Весь мир, менялся на глазах, меняя форму и характер. Из мрачного, забрызганного грязью муравейника, город принимал торжественно-зимний вид, обещая скорый праздник с ароматами свежих фруктов, коньяка, и догорающих свечей.



    Сафронов любил поздний вечерний город. Особенно тот его час, когда на улицах остаются лишь запоздалые прохожие да одинокие фигуры на остановках, в ожидании последнего трамвая. И обязательно, при этом, - дождь или снег. Это тот макияж, под которым прячутся все грехи и болячки суетной жизни горожан. От ярких огней и витрин грязный асфальт блестит разноцветным глянцем, словно лакированый сапог, а только что упавший снег, радует чистотой и свежестью до следующего дня.



    В такой вот поздний вечер, засидевшись как-то в союзе художников, он вышел на пустынную улицу в старом городе. До мастерской было минут сорок легкого шага. Сафронов всегда преодолевал их пешком. Он любил эти старинные улицы, заросшие древними тополями и липами. Под их могучими кронами стыдливо пряталась от современных построек забытая купеческая эпоха с кирпичными домами добротной фигурной кладки, резными почерневшими наличниками, и распахнутыми обвисшими створками ворот, за которыми виднелись темные же от времени сараи и свежие поленницы дров. В их, не очень опрятном, но уютном пространстве, ему виделась другая, незнакомая жизнь. Всякий раз, проходя мимо этих дворов, Софронов с удивлением обнаруживал, как ностальгически сжимается его сердце, словно именно здесь прошло его детство или другая, быть может, счастливая часть его жизни, которую он когда-то оставил и уже не в силах вернуть. Но особенно его притягивали к себе окна. Всегда плотно занавешенные, они надежно скрывали от любопытных глаз тайны своих обитателей.



    Странно, но он почти никогда не встречал здесь самих обитателей. Даже дети, чьи игрушки были разбросаны во дворах этих домов, не попадались ему на глаза. Это смущало его и от того еще больше разжигало любопытство. Он пытался представить себе неизвестную ему жизнь за этими стенами, но в сознании мелькали лишь бесформенные, безликие пятна, не имеющие ничего общего с живыми образами. Иногда, в занавешенном окне мелькала тень или в узкой щелке между штор, он видел кусок несвежих обоев, краешек ковра, угол старой мебели. Но все это могло означать, что угодно и ничего. Лишь однажды, у одного из окон, он совершенно неожиданно услышал скрипку. Это без сомнения был альт. Его глубокий сильный голос, так неожиданно возникший, как будто ждавший его прихода, поразил Сафронова до боли знакомой, а может быть, просто близкой темой и доверительной интонацией. Казалось, старый добрый друг встретил его на улице и заговорил с ним.



    На занавеси, словно в театре теней, виден четкий силуэт музыканта в клоунском наряде. Качнулась тень, взмахнула широким рукавом странного одеяния, заметался смычок по струнам, и полетела мелодия в ночное, ультрафиолетовое небо. Там бы ей и парить, и жить там вечно, нежиться в своей прелести под звездами. Ничто не мешает там ей, никто не осудит, не обидит грубым словом и не отмахнется равнодушно. Но, что ей там?.. Кто услышит? Кто замрет восхищенно? Чья душа, однажды пораженная красотой, будет томиться без нее сиротством на горькой земле, звать ее и искать, как потерянную любовь?



    Металась тень в старинной оконной раме, порхали тонкие пальцы по грифу скрипки и обнимала его музыка сильными руками, заглядывала в глаза пристально, спрашивала сокровенное, далеко спрятанное:



    -Кто ты, человек? Куда идешь?



    -Я художник.



    -Что ищешь ты, художник?



    -Красоту ищу.



    -Зачем она тебе? Люди и без нее живут. Много таких людей…



    -Хочу увидеть Ее, хоть раз, настоящую…



    -Так смотри. Она у тебя под ногами и вокруг тебя. Везде. Или ты слепой художник?



    -Она не открывается мне.



    -Открой сам. У тебя же есть ключ.



    -Мой ключ не подходит. Он не открывает Ее двери.



    -И правильно, не открывает. Одного ключа мало, чтобы войти в Ее мир. Туда бесплатно не входят.



    -Что я должен сделать? Чем заплатить?



    -А что у тебя есть, художник? С чем ты готов расстаться ради нее?



    -Я все отдам. Возьми все, только помоги мне войти к ней.



    -А не пожалеешь потом? Не ослепнешь от горя и слез, проклиная Ее?



    -Мне все равно, что со мной будет потом. Пусть жизнь мою возьмет, если надо. Зачем она мне без нее?



    -Чтож, художник, ты слово сказал. Но помни, однажды открыв ту дверь, ты закроешь ее за собой навсегда. Может, одумаешься? Еще не поздно.



    -Нет! Уже поздно. Веди меня к ней.



    -Все в свое время, художник. Все в свое время…



    -Когда?..



    -Узнаешь…



    Погасло окно. Утонул в проеме силуэт музыканта в клоунском наряде. Упала тишина на Сафронова, придавила к земле плотная, тяжелая, как эта зимняя ночь. Растворилась в ней музыка, словно и не было ее вовсе. Может, придумал, на фантазировал сам себе, подыграл прихотливому сознанию, лукавил перед собой, любуясь?



    Тьма-тьмущая вокруг. Нет фонарей на этих улицах. Ни души кругом. Не ходят люди здесь темными ночами. Старый квартал, никому ненужный.



    Снег уже валил стеной, выбеливал ночь. Хлюпала шуга под ногами. Стыли ноги в промокших ботинках. Шел Сафронов, не зная куда. Но шел верно, коротким путем – душа правила. Уже пересек две центральные улицы, еще двести метров вниз к реке, поворот, и вот он, старый город. «Здравствуй, старина, заждался меня?»



    Молчит старый город, затаился. Белыми облаками нависли над улицей вековые, облепленные снегом деревья. Ни следочка под ногами, ни огонька в мертвых глазницах окон. Тихо. Пустынно.



    Зачем он пришел сюда? Что делает? «Нет, нет, все правильно, где-то здесь этот дом. Еще немного пройти…»



    Вот, кажется и он… или нет? Вход с главного фасада, пять ступеней мраморных, козырек причудливого Каслинского литья и швейцар под ним. В руке, затянутой белой перчаткой, фонарь со свечой под стеклом. Ишь, какой: дородный, статный, шинель синего сукна с меховым подбоем, фуражка в золотом шитье по тулье. Ну, прямо, генерал, времен Его Величества, батюшки царя, Александра первого. Ничего этого не было, откуда взялось? А вывеска, «Трактиръ Приют отшельника», она-то здесь зачем? Странно все это. Непонятно.



    Сафронов неуверенно остановился перед высоким крыльцом, замялся, не зная как спросить столь необычного стража, на столь же необычную тему. Но все получилось само собой без особых усилий с его стороны.



    -А скажи-ка, Любезный, гм… это заведение открыто сейчас? – Спросил он, и тут же удивился себе: «что же это я говорю языком Гоголевских персонажей?»



    Но и ответ был ему соответствующий:



    -Проходите, батюшка, Илья Михалыч, Вас дожидаемся-с-с. Давно уже все собрались.



    -Вот, как!.. Меня, значит. А кто, позвольте спросить, дожидается-А не велено сказывать, Ваш бродь. Мы люди маленькие, нам разговоры ни к чему-с-с. Встретить гостя да проводить, коли нужда есть, да и все. Служба-с…



    -Ну-ну, похвально, раз так. Однако, братец, что-то рожа твоя плутоватая, знакома мне будто. Никак встречались, где?



    -А как, же-с, непременно встречались, Вашбродь, - сытое румяное лицо швейцара расплылось в довольной улыбке. – Не единожды встречались. Премного благодарны вам, барин, не забыли старика. Да Вы проходите, Вашбродь, проходите. Ждут Вас там…. Давайте-ка я снег смету с вашей шинелки, - в его руках, откуда ни возьмись, появилась щетка и он ловко стал сметать снег с плеч Сафронова. -И картуз отряхнем… вот так.



    -Ладно, братец, ладно… - лепетал Сафронов, смущенный непривычной обходительностью. «Наверное, надо денег дать?» Зацепил в кармане горсть мелочи, сунул расторопному швейцару. – На-ко, братец, на водку… там, или еще чего…



    Но швейцар аккуратно и решительно отодвинул руку Сафронова, сказал внушительно:



    -Премного благодарны Вам, Вашбродь, за внимание! Только нам Ваши денежки ни к чему-с. Не те, ныне, времена-с. Да Вы проходите, барин, проходите, милости просим.



    «Надо же!..» Пронеслось в голове у Сафронова, «И что все это означает?»



    Швейцар с поклоном распахнул скрипучую дверь, в глубине дома тенькнул колокольчик. Яркий свет больно ударил Сафронова по глазам, привыкшим к темноте, он на минуту ослеп. «Ой, батюшки!..» пискнул рядом кто-то невидимый.. Тень бросилась вдоль стены к противоположным дверям, глухо простучали босые пятки по ковру и снова пискнула радостно:



    -Он пришел!..



    -Он пришел, он пришел, он пришел…- повторил кто-то, невидимый, на разные голоса за стеной.



    -*«C`ect charnant! Lise, Lise, venez ici!» – услышал Софронов глубокий контральто, явно принадлежащий крупной женщине. Ему тут же показалось, что он уже слышал этот голос. – Добрый вечер, уважаемый Илья Михайлович! Милости просим к нам на огонек, как у вас здесь говорят.



    Сафронов снял кепку и молча поклонился, не зная, как себя вести в незнакомой обстановке.



    -Дуняшка, хватит бегать по комнатам, притуши свет, – продолжал тот же голос. -Видишь, Илье Михалычу неудобно на свету с улицы. И прими у него шинель. Да не опрокинь что-нибудь опять по пути, заполошная…



    Да что это им шинель далась? Какая еще шинель?» Сафронов отнял руки от глаз, оглядел себя – он по-прежнему был в своем кожаном пальто. «Язык этот, французский… и речь, знакомая и незнакомая одновременно. Я, словно, в другом времени, в другой эпохе очутился. Что тут вообще происходит?». Он, наконец, поднял голову, чтобы осмотреться.



    Свет уже не был таким ярким. Горели только свечи в канделябрах и ощущался легкий аромат тающего воска, тлеющего фитиля, увядающих роз и, кажется, ванильного печенья. Перед ним была довольно просторная комната «во вкусе Теньера», хотя без видимой пыли на полках и столах, больше похожая на библиотеку, гостиную и кабинет одновременно.



    По стенам до потолка – стеллажи с внушительными фолиантами, изданными в большинстве своем еще на заре печатного дела или по мере появления их на свет в других поздних веках. Без всякого сомнения, здесь были труды всех великих представителей рода человеческого, оставивших след в этом мире. Хрустальная мечта любого букиниста и книголюба.



    В глубине комнаты располагался рояль с откинутой крышкой и со скамеечкой для исполнителя. В углу между стеллажами за обширным столом, уставленным всевозможными малопонятными предметами, сосудами и чашами неизвестного назначения, перед большим хрустальным шаром восседала дама в старинном кресле с высокой резной спинкой черного дерева. Высокая и прямая, в парчовой чалме, с серебряной ниткой, тона «парижской синей», и в таком же халате восточного кроя, она казалась ему монументально царственной. Ее лицо было скрыто густой вуалью, но Сафронов почти физически ощущал ее взгляд. Смущенный необычной обстановкой, он нерешительно топтался у порога комнаты.



    -Дуняшка! Да где ты там опять запропала? – тем же глубоким контральто позвала высокая дама, и Софронову снова показался знакомым ее голос. «Слышал, точно слышал этот голос…» – Опять с французами любезничаешь, небось?



    Хлопнув дверью, откуда-то с боку к Сафронову подбежала босая, в ярко-красном сарафане грудастая девка и сделала что-то вроде книксена, да так неуловимо быстро, словно подпрыгнула, а не присела.



    -Извините, мадам, - звонким высоким голосом ответила она, деловито и споро стягивая с Софронова пальто. – Там Тулуз этот, месьё горбатенький, лапается, проходу не дает. Пока вырвалась от него…



    На рябом, широком лице девушки, обвешенном рыжими кудрями, в синих блестящих глазах пляшет не менее дюжины бесшабашных чертей. «Да ладно вам, - говорил весь ее облик. - Чего уж тут жеманиться, когда так все просто да весело и столько интересных кавалеров кругом…»



    -Позвольте, барин, картузик ваш… мерси, барин. – Она еще раз сделала книксен-подскок и не оборачиваясь, продолжила разговор с барыней. - Беда с ним, право, ей-богу, с Тулузом, с вашим. Вы бы пожурили его, мадам. А то людей стыдно.



    -Уж и пожурю, коли повод даст. Да только сдается мне, что ты сама не прочь повертеться подле него. С тебя станется.



    -Помилосердствуйте, мадам, что вы такое говорите. – Обиженным тоном оправдывалась Дуняшка, а у самой искрами брызгало веселье из глаз. Сафронову даже показалось, что она заговорчески подмигнула ему. - Я девушка порядочная и вольностей себе не позволяю. Не то, что Тулуз ваш. Окружил себя полуголыми кокотками и пирует с ними напропалую…



    -Так то, Тулуз Лотрек, девушка! Он таким был всю свою жизнь, таким его и помнить будут. А вас, честных девушек, я всех знаю и в том, и в этом мире… Лучше не поминай мне про вашу порядочность. Иди-ка, вон, шинель приведи в порядок гостю, плутовка. Хватит препираться, ишь, волю взяла…



    Схватив в охапку пальто и кепку Сафронова и брызнув в него на прощанье синими веселыми чертями, Дуняшка проворно застучала крепкими пятками вглубь комнаты. Он даже не успел заметить, в какую сторону она убежала, и за какой дверью скрылась.



    -Так, так, - тут же услышал он рядом новый голос и вздрогнул от неожиданности. – *"quell jolie tableau de genre…" Вы, *ma tante, совсем хотите гостя заморочить, он и так в растерянности. Уж лучше пригласите его пройти в комнаты. Хватит томить человека.



    Сафронов не видел, откуда появилась новая дама. Она была стройна, довольно высока ростом и очень мила. В ее облике, как и в голосе ее тетушки, молча наблюдавшей сцену их встречи, ему снова почудилось нечто знакомое, живо располагающее к себе.



    -Добрый вечер, Илья Михалыч, - молодая дама с улыбкой протянула ему руку для поцелуя. В ее глазах читалась искренняя заинтересованность и внимание.



    Сафронов, по-прежнему удивляясь себе, с поклоном взял руку дамы, и легко коснулся губами ее прохладных пальчиков.



    – Вы, Илья Михайлович, уж простите нас за это представление. Наша ma tantе любит эпатировать новеньких, а на Дуняшку вообще не обращайте внимания. Она у нас известная шалунья.



    -Да, да, Илья Михалыч, - Подала, наконец, голос тетушка, - Сделайте одолжение, проходите сюда. Это моя племянница, Лизанька. Она будет опекать вас сегодня. Так, что, милости просим. А ты, *ma chere, проводи ко мне дорогого гостя.



    Сказав все это, дама склонила голову над хрустальным шаром. Внутри него что-то светилось, мелькало, менялось в цвете, как в телевизоре. -И не судите меня строго, дорогой Илья Михалыч, - продолжила она, уже не поднимая головы, - за то, что не встречаю вас, как должно. Мне тут надо понаблюдать за всем происходящим, а то, как бы потом недоразумения какого не вышло…



    Лиза развернулась, как-то естественно и ловко подставила Сафронову локоть, он осторожно принял его под руку и они направились к тетушке.



    С самого начала, от крыльца и до знакомства с этими дамами, его не покидало ощущение, что все происходящее с ним сейчас, мистификация. Он словно, прямо с улицы, попал на сцену театра и очутился в пьесе Чехова или же, что еще удивительнее, - в далеком прошедшем времени. Но более всего поражало, то, что его здесь знали и, даже, ожидали. И еще ему казалось, что вместе с тем, все это представление затеяно специально для него!.. Вот только, зачем?



    При их приближении, тетушка подняла голову, через стол протянула руку к поцелую, и когда он взял ее, и поднес к губам, она слегка сжала его пальцы. Сафронов тут же отметил про себя, что это была совсем другая рука, нежели у племянницы. Она была не менее хороша, но в ней чувствовалась спокойная сила и властность человека, привыкшего безоговорочно владеть собой и всем вокруг в любой ситуации. От этого незаметного рукопожатия он неожиданно стал свободнее себя чувствовать, словно одним прикосновением, эта дама сняла с него груз неловкости и скованности в новой обстановке.



    -Располагайтесь, любезный Илья Михалыч, - Тетушка повела рукой в сторону.



    Проследив за рукой взглядом, Сафронов увидел в указанной стороне круглый венский столик, сервированный свежими фруктами, старинными бутылками темного стекла с этикетками и без них, бокалами, разных форм и объемов и сладостями в хрустальных вазах.



    -И не церемоньтесь, ради Бога. У нас тут все по-простому. Вы, кажется, коньяк предпочитаете всем напиткам!? Лизанька, ухаживай же за гостем, он все еще стесняется. Еще не знает, какие разбойники у нас тут бывать изволят.



    - Илья Михалыч, какой коньяк вы желаете? – Все с той же приветливой и милой улыбкой спросила его Лиза, когда они уселись за столик.



    – Не хотите ли *«Richard Hennessy»? Рекомендую. Эта бутылка из погребов самого *Napoleone Bonaparte. Вам, кстати, будет полезно, вы с улицы и ноги промочили…



    Увидев на его лице гримасу плохо скрытого удивления и недоверия одновременно, она рассыпалась звонким мелодичным смехом.



    -Да вы никак в растерянности, Илья Михалыч, удивляетесь всему, не верите мне? Думаете, небось, и коньяков такого возраста не бывает? А?..



    Сафронов, до сих пор так и не проронивший ни с лова, смущенный необычностью происходящего, так же молча, кивнул головой. На его усталом осунувшемся лице блуждала глуповато-вежливая улыбка. Он никак не мог от нее избавиться, как, впрочем, и от рук, которые тоже не знал, куда деть: то складывал их на краешек стола, сцепив пальцы, но увидев не отмытые пятна краски в заусенцах и под ногтями, стыдился и убирал их на колени. И еще, ему очень, просто безумно хотелось курить.



    -Ну да, о чем же я тут говорю… - Лиза сама, вдруг, смутилась, и легкий румянец расцвел на ее щеках. – Я такая глупая, Боже мой! Уж вы простите, Илья Михалыч, меня, великодушно. Совсем забыла, вы же приличные коньяки и видеть-то не могли, не то что пробовать. Как, впрочем, и многое другое. Да, да… все это грустно, грустно…



    Она вздохнула, белой изящной ручкой взяла бутылку без этикетки и сама плеснула ему в бокал янтарно-красную жидкость. Тонкий, сложный аромат разлился над столом.



    Сафронов взял бокал, обхватил его ладонями и подержал, согревая. Выпить хотелось немедленно, но он не спешил. Это не водка.



    Коньяком не напиваются – с ним общаются, как с тонким мудрым собеседником, как с изысканной женщиной, явная и высокая порода которой, поднимет тебя не только в собственных глазах, но и в глазах всего мира, создает ощущение божественного праздника, обещающего истинный рай на земле.



    Он поболтал напиток, посмотрел через него на свет свечей. До сих пор ему не приходилось видеть, как на самом деле коньяк двухсотлетней выдержки играет в пламени свечи. Зацепившись за тяжелую маслянистую каплю на стенке бокала, огонек свечи, мерцая, вместе с каплей медленно стек в бокал и разгорелся оранжево-палевым угольком. В его свете нельзя было увидеть Францию времен Людовика пятнадцатого, но можно было ощутить ее тонкий аромат и вкус далекой и сложной истории…



    -Да, да, Илья Михайлович, - услышал он голос *ma tante. – Сейчас вы держите в руках редкий артефакт. Его почти невозможно найти и уж, совсем сложно приобрести. Его цена, в мире людей, как и его редкость – баснословны. Пейте же, вы счастливчик.



    Сафронов вежливо склонил голову, еще раз вдохнул изысканный аромат и пригубил божественный напиток…



 



    Продолжение следует.

             

© Евгений Грязин, 2010. Свидетельство о публикации: № 7201-131783/20091228


 


Метки:   Комментарии (0)КомментироватьВ цитатник или сообщество

Следующие 30  »

<гефсиманский сад - Самое интересное в блогах

Страницы: [1] 2 3 ..
.. 10

LiveInternet.Ru Ссылки: на главную|почта|знакомства|одноклассники|фото|открытки|тесты|чат
О проекте: помощь|контакты|разместить рекламу|версия для pda