Желаю вам, мои враги,
Наесться на ночь кураги.
А после семь ночей не спать
И все обои обдристать.

Чтобы жить мне легко и задорно,
Я сижу и читаю Адорно.
А Адорно читать —
Это ж ёб твою мать,
Но сижу и читаю упорно.

Помнится, читала я на зимних каникулах "Любовника Леди Чаттерлей", и был там один момент. Егерь Оливер Мэллорс *перед тем, как надеть носки*, сказал Конни: "Прощай, мой колокольчик, и помни обо мне!" Терпеть не могу эту песню. Напоминает мне начало войны" (если интересно, это 15 глава).
Книга написана в 20-е; "начало войны" — это, к гадалке не ходи — Первая Мировая, в которой Мэллорс принимал участие.
Стало мне интересно, что за песенка. Посмотрела подлинник: 'Good-bye, my bluebell, farewell to you!' I hate that song, it's early war days." Отсюда: http://www.online-literature.com/dh...erley_lover/15/ (а сайт с книжками на аглицком, кстати, всячески рекомендую).

Вот здесь есть текст песни "Blue Bell" и доступно для скачивания mp3.
Послушала раз, другой и... Поймала себя на мысли, что хоть песенку я раньше и не слышала, но что-то до боли знакомое есть. Стала эту песенку мурлыкать, отбивая ритм карандашом по столу. Точно — знакомая вещь! Прошерстила свои музыкальные записи и вспомнила, что это мне напомнило песню "Германия, ты страна верности". Здесь можно посмотреть текст, перевод и прослушать запись.
Ну, правда: если перемотать почти до середины и с этого места слушать, будет ясно, что сходство разительное; правда ритм ускорен, слова другие. Но узнать — можно.
Сделала вывод, что песню (по крайней мере, отчасти) немцы благополучно скоммуниздили. То есть, виновата: сфашистили.

Интересно, права я, или так — показалось?

Не умею я шить на машинке
Зингера,
но читаю зато
Башевиса Зингера.

А более ничего и не придумывается.

В стране голубых озёр и мюсли,
Куда с трудом долетают мысли,
Два сердца холодных бьются вместе,
Кудахчут курами на насесте.
И мне твои все жалкие мысли
Как для ослицы — пустые ясли.

Вряд ли дети станут считаться именно этой считалкой, а жаль: было бы стильно, пусть и написано по-графомански!

Прислали тут мне спам, тема письма такая, цитирую: "платят 10 рублей за 15 секунд - прикольно! :)" Даже интересно стало: а что делать-то надо? Ухх! Воображение понеслось вскачь. Мне предствились дивные картины. Жаркие к тому ж. Гм, а если взяться за дело по-стахановски и делать две-три нормы, тогда, тогда...
Но не откликнусь на зов. Предложат ведь кликать на сайты и ссылками меняться, да и денег меньше (о, гораздо!) предложат, скучные люди.

Знаете, само название спаммерского письма — уже готовое хокку. Я немножко подправила, и вот что получилось:

Платят десять ру-
Блей за пятнадцать секунд.
Прикольно, хе-хе!

А письмо так и не открыла и отправила его нечитанным в корзину.

И называется оно − уличная живопись . Теперь можно признаться честно: обожаю граффити (представьте: идёшь мимо страшной мрачной бетонной стены или уродливого гаража и вдруг: яркая и оригинальная картинка! Восторг, по-моему), рисунки на асфальте (сама грешна; даже и теперь…), интересные объявления (представьте: в Волгодонске, например, до сих пор попадаются нарисованные от руки афиши к фильмам!), вот всем этим вещам и посвящено сообщество.

Модератор − Viona , она же разработала дизайн; а фотография на аватарке — её собственноручный парижский снимок (этот и другие Настины парижские снимки можно увидеть в её фотоальбоме).

В сообществе разрешено комментировать анонимам (это сделано для юзеров, которые ведут дневники в других блоговых системах и на Лиру перебираться не хотят; вообще-то жаль, что анонимы в лирушных сообществах могут только комментировать (если это позволено, конечно), а добавлять отдельные полноценные посты − нет).

Важная деталь: можно постить фотографии уличных рисунков, в которых имеют место быть эротические мотивы, и даже фото матерных надписей (лишь бы это выглядело остроумно, интересно и красиво)… Да и вообще, из песни слова не выкинешь!

Словом: заходите, дамы и господа; подписывайтесь, отписывайтесь и снова подписывайтесь; помещайте свои фотографии и комментируйте, сколь душé угодно!
Добро пожаловать!

Пост, в котором объясняется, отчего же я гоблин. Много букв, поэтому сей текст будет подкатным, вот он:

Если интеллект измеряют в баллах IQ, то глупость можно измерять в пробках, скажем: "Глуп, как 500 пробок". Чем тупее человек, тем больше количество пробок; если начинает умнеть — число пробок уменьшается.
Запатентовать, что ли?

...Смотрите сами! Когда снег только-только пошёл, присыпанная снегом (словно сахарной пудрой!) земля напоминала торт "Наполеон". Ещё через некоторое время снегу прибавилось, и он скрипел под ногами, будто торт "Киевский"; была оттепель, и снег в парке напоминал подтаявший пломбир, а тот, что на дорогах люди смесили ногами и колёсами в овсяную кашу и яблочный кисель.
Блёклая трава на мокром ноябрьском газоне — васаби (зелёная горчица в шариках, её дают к суси, и пахнет она гораздо отвратительне обычной горчицы, так что в ведро её помойное!); а чёрные пакеты с последними листьями, которые совсем недавно стояли в скверах — вылитые суси (чей вкус я так и не поняла) в чёрной оплётке (наверное, водоросль... Интересно, её можно есть?).
Асфальтовая дорога обнажается селёдочной спиной, а дома коричневеют хрустящими хлебцами (кроме нашего Архива: тот серовато белеет куском феты — та ещё гадость безвкусная! — который ещё не пропитался мисо-супом).
В общем, не город, а книга о вкусной и нездоровой и невкусной и здоровой пище!

Буратино, шапка с кистЯми,
Начал с горя питаться гвозями.
От тоски своей в лес
Деревянный залез,
И теперь он — коряга с груздями.

Вчера купила ананас,
Что толку в этом ананасе?
Сейчас устрою я ему
"Резню бензопилой в Техасе".

Когда мозги превращаюццо в тряпочки,
Свободные от предрассудковой пыли,
Мысль бьёццо: были криведки, как бабочки,
Как бабочки энти криведки были.

… И подумалось мне: фраза «сидеть на коленях» — всё-таки очень неоднозначная фраза. Да ещё и оттенки смысла меняются в зависимости от того, кто у кого сидит на коленях!
Скажем, речь идёт о ребёнке и его маме (или папе): ребёнок сидит ведь не именно на коленях, а на бёдрах родителя. Так что мы имеем тут дело с метонимией — называнием вместо одного предмета — другого, так или иначе с ним связанного: ведь колено и бедро — части ноги.
А если говорится, что девушка сидит на коленях у молодого человека, так это же совсем-совсем другое дело! Девушка ведь, э-э-э, тоже не на коленях сидит! Так что в данном случае, мы имеем дело с эвфемизмом!

Да, пусть я вредина и гад,
Но вот, напьюсь водицы невской,
И посажу вишнёвый сад
И подарю его Раневской.

Такая вот страсть:
Ведь её он комментил
Всю ночь до утра!

Это будет фантазия об Остапе Бендере! Специально не стану перечитывать ни «12 стульев», ни «Золотого телёнка», чтобы мне ничего не мешало! Итак…
Начнём, конечно, с самого интересного: с национальности! То, что в жилах О. Бендера течёт турецкая кровь — это глупости. Вот что пишет
Лев Минц, цитирую: «Помните Остапа-Сулеймана-Берту-Марию Бендер бея, сына турецко-подданного? У тех, кто знал обстоятельства жизни, сомнений в национальной принадлежности Великого Комбинатора не было: а ид (то есть еврей, прим. Хаферманн)! Все это отнюдь не значило, что он родился в Стамбуле, служил янычаром и т.д. Ни он, ни его папа, скорее всего, Таргам (еврейск. — Турция, прим. Хаферманн) — в глаза не видывали и по-турецки не говорили. Просто в специфических условиях царской России… многим евреям удобнее было принять за небольшую мзду турецкое подданство, чем оставаться в черте оседлости, лишенными многих прав, но не обделенными почетным правом быть призванными в армию».

Итак, его звали (ну, предположим!) — Иосиф Соломонович Бендер, позже будет называть себя Остапом (В честь сурового сына Тараса Бульбы, конечно же). День рождения — где-то в конце мая (говорите что хотите, однако ж я просто уверена, что невероятная активность Остапа — это как раз то, что присуще людям, рождённым под знаком Близнецов. Появился на свет в Одессе, в семье с достаточно скромным достатком, отец его был коммерсантом, мать — домохозяйкой. Правда, несмотря скромный достаток, мальчика послали учиться в Мариинскую гимназию (вот тут-то и сказывается моя недостаточная информированность: не соображу, было ли родителям Остапа-Иосифа по средствам отдать его в Мариинскую гимназию, или всё же нет… Одесситы, помогайте: надо ведь соблюсти маломальскую историческую справедливость и правдоподобие!), Ося был вполне сообразительным мальчиком, но только часто болел. И поэтому однажды его оставили на второй год…
Что сказать о характере: мечтатель. Его голова всегда полна странных идей, разных фантазий, он редко расстаётся с книгой (а Майн Рид — его любимец!), драться не любит, потому что не умеет (научится, как вы прекрасно помните, но — позже), с девочками даже и не заговаривает: робеет их; иногда — страшно сентиментален: например, он однажды увидел на земле мёртвого птенца, поднял его и пытался согреть в ладонях. И горько плакал над ним, хотя уже и не маленький, слава Б-гу: 12 лет!

Нежно любил отца и мать, особенно тихую и ласковую мать, её — несколько сильнее, нежели насмешливого и немного желчного отца… А родителей Иосиф лишился достаточно рано. Когда ему было пятнадцать, умер его отец: не припомню где это было, но Бендер-старший нечаянно оцарапал руку ржавым гвоздём; не придал такому пустяку никакого значения и через несколько дней — умер. Через два года за ним последовала и мать Иосифа, скончалась от испанки…
После этого юный Бендер, За всеми этими печальными заботами так и не окончивший гимназию, продал с помощью дальней родни всё имущество и уехал путешествовать… Города сменяли друг друга. А через несколько лет грянула революция, к которой Бендер отнёсся философски: он ведь ничего не терял и ничего не приобретал…

***

Остальное, впрочем, вы знаете…

Придумала я загадку и загадала её коллегам... Никто не отгадал!

Вот она:
Лицо чёрно-алое и золотое,
Внутри всё бледное и молодое!

Только что купалась в дýше, напевая «В маленьком притоне Сан-Франциско», довольная и счастливая. Как вдруг в голове закрутились уже другие строчки, совсем на другой мотив, вот эти:

Дремлют монетки в дырявом кармане,
А ты улыбаешься мне,
Как будто в грошовом романе, в романе,
В тяжёлом безрадостном сне.

Откуда сие? Надо полагать, из головы. Из моей. Предлагаю вам, судари и сударыни, мальчики и девочки, забаву: досочинить это стихотворение, интересно, что у вас получится, как вы увидите дальнейшее развитие событий? Любопытно!
Пусть это будет городской романс + колыбельная. Ритм: представьте, что на карусели катаетесь! Представили? Вот такой ритм!
И, умоляю, только без стёба и шуток юмора!
Понятное дело, я не прошу прямо сию минуту бежать и сочинять, нет! Конечно, можно и через неделю, и через две сочинить и разместить. Я, в свою очередь, также продолжаю дальше сочинять это стихотворение, и, в любом случае, даже если никто не захочет ничего сочинять, выкладываю его либо в комментах к этому посту, либо добавляю в самом посте после слова «Update», либо-либо!
А вообще-то, я хочу себе стихотворение в качестве новогоднего подарка, именно это. Знаю: выпрашивать новогодние подарки нехорошо… Но что ещё прикажете с ними делать!
А кстати: эту игру можно будет и продолжить — тот, кто сочинит продолжение, может сам задать мне тему или целую строчку, или даже строфу, чтобы я сочиняла продолжение. Тот, кто задаёт тему, сам сочиняет стихотворение на неё же. А когда стихотворения будут готовы, лучше договориться, чтобы опубликовать одновременно.
А отказываться от темы или строчки, или выпрашивать себе другую — нельзя!
Интересно, захочет ли кто-нибудь побаловаться со мной на такой манер?

Эту выходку* я посвящаю dear Veine с чувством нежной дружбы (Женя, прости, что не вчера – вырубился интернет)!

И то сказать: в детстве ребята из нашей компании любили не только искать, но и закапывать клады. В один из подобных схоронов мы положили:
большую пригоршню советских копеек, пузырёк из-под лекарства и… Кусочек жёлтой резиновой губки! Что касается меня, я никогда не зарывала клад единолично, только с компанией. Вчера я решила это исправить. И зарыла клад.

Это такой чудесный клад,
Что каждый романтик ему был бы рад.
Нет там каменьев и нету злата…
А ключ я, пожалуй,
Укрою под катом:
▼