ТелевЕдение

К победе духа

ТЕЛЕБИОГРАФИЯ

Первый биографический сериал о писателе-пророке удивительным образом разделил и в то же время объединил телеаудиторию. Литературоведы, потратившие годы на изучение жизни и творчества Достоевского, были потрясены, с какой лёгкостью в сценарии подменяются и подминаются под гламурные вкусы нашего ТВ документально подтверждённые факты из жизни писателя. Ведь всё же Фёдор Михайлович не Вольф Мессинг, о котором сценарий 16-серийного сериала (Достоевскому хватило и семи серий) написал тоже Эдуард Володарский. Там, если помните, в угоду безбожным требованиям формата было всё позволено. Из эстрадного артиста, обладавшего способностями гипнотизёра, вылепили мистическую фигуру огромного масштаба, великого предсказателя и провидца…

С другой стороны, многие не без основания полагают, что сериал – замечательный, взамен хрестоматийного, мрачного «перовского» Достоевского мы увидели человека, живого, страстного, светлого, грешного, созвучного сегодняшнему дню. Надеялись на то, что сериал непременно пробудит интерес к творчеству писателя, – и правда, его книги, как говорят в книжных магазинах, стали гораздо активнее раскупаться молодыми людьми… И очередных серий ждали. И поклонники, и противники. Достоевский их объединял.

Сериал на канале «Россия» в будние дни транслировался между мелодраматическим мылом «Института благородных девиц» и кровавой жестью «Бригады», с блистательной наглостью романтизирующей бандитизм. Такой телеконтекст.

Наше время враждебно Достоевскому. Мы ухнули в его ХIХ век, только без царя на троне и в голове. У нас победили лужины, они – элита нации, гани иволгины стали-таки ротшильдами, бесы-верховенские воспитывают подрастающее поколение, фомы опискины определяют идеологию развития. Свидригайловы ничуть не стесняются своих пороков – растлевают открыто; рогожины спьяну режут своих возлюбленных – повсеместно и массово, а спиваются все: и скрипачи ефимовы, и генералы иволгины, и подростки; униженными и оскорблёнными переполнены «мёртвые дома»; разумихины в отчаянии уезжают… Мышкиных нет, вот беда. А если появится кто-то, чем-то похожий на Льва Николаевича (например, Перельман), то над ним тотчас начинают измываться, чтобы не портил общую «картину маслом»… Стоит ли вспоминать ключевую фразу Чубайса про «физическую ненависть» к Достоевскому, про «желание разорвать его на куски»?

Это реальный контекст эпохи создания «Достоевского». Но так ли всё безысходно? Может быть, выход сериала, накал и качество его обсуждения как раз и свидетельствуют о насущности некого нравственного переворота, без которого невозможно дальнейшее существование России. От власти денег к победе духа?

Мы предлагаем вашему вниманию мнения о сериале двух выдающихся специалистов – исследователей творчества Достоевского, но и в высшей степени опытных телезрителей, квалифицированные отклики которых «ЛГ» не раз с удовольствием публиковала.

Отдел «ТелевЕдение»

Читать далее

Бегущий человечище

ОБЪЕКТИВ                                                                                                                                              

Николай АНАСТАСЬЕВ

Лев Толстой: Бегство из рая. – М.: Астрель, АСТ, 2010. – 672 с. – 5000 экз.

Лев Толстой. Последний дневник. Игорь Волгин. Уйти ото всех. – ВК, 2010. – 580 с. – 1000 экз.

Осенью прошлого года появились две работы. Одна – книга Павла Басинского «Лев Толстой: Бегство из рая». Другая – пространное эссе Игоря Волгина «Уйти ото всех». Обе посвящены одному и тому же событию, в центре обеих один и тот же герой, окружённый одними и теми же персонажами, и хронотоп тоже сходен до малейших подробностей. Герой – Лев Толстой. Событие – уход из Ясной Поляны, к столетию которого и приурочены то и другое издания. Вот только судьба их складывается по-разному.

«Бегство из рая» ждал, как выяснилось, довольно шумный успех, удостоверенный, помимо всего прочего, многочисленными откликами в печати, часовой телевизионной беседой, наконец, премией «Большая книга». Эссе же Игоря Волгина, опубликованное в форме комментария к толстовскому дневнику и записным книжкам 1910 года, замечено, кажется, лишь в тесной среде знатоков. Во всяком случае, читающая публика интереса не обнаруживает, а литературная печать, не говоря уж о телевидении, не предпринимает ни малейшей попытки его пробудить.

Если кому-то почудилась тут тайная зависть к младшему товарищу по профессии либо, того не лучше, профессорская спесь, спешу возможные подозрения отвести. Больше того, меня немало покоробил пренебрежительный, явно расходящийся с нормами вкуса и воспитанности отклик обозревателя «ЛГ» А. Кондрашова на вышеупомянутую телебеседу Павла Басинского, а заодно уж и на «недостойную» позицию самого графа Толстого, разошедшегося, как известно, с православной церковью и российским самодержавием.

«Бегство из рая» – цельная, хорошая книга. Кому ж неизвестны сложные, мучительные отношения в треугольнике Толстой – Софья Андреевна – Чертков? П. Басинский их не только добросовестно реконструирует – это само собой, – но и набрасывает чрезвычайно убедительный, на мой взгляд, психологический портрет человека, покушающегося сделать гения своим личным достоянием. Притом, что намерения у него самые высокие и, как он искренне верит, бескорыстные. К тому же ведь впрямь не отнять того, что сделано во имя кумира, – зарубежные публикации, самоотверженная работа над полным собранием. Но фанатизм губителен всегда и в любой форме, будь то слепая любовь или слепая ненависть. Что автор и отмечает со сдержанностью и достоинством.
Читать далее

В издательстве «ВК» вышла книга «Лев Толстой. Последний дневник. / Игорь Волгин. Уйти ото всех» (580 с.). Почти сто лет не переиздававшиеся полностью (и вновь прокомментированные) дневники и записные книжки Л.Н. Толстого 1910 г. (в том числе «Дневник для одного себя»). Вторую (и весьма значительную) часть книги составляет большое исследование Игоря Волгина, отчасти посвященное дневникам Толстого, но и выходящее за рамки обычного комментария. По сути, это отдельная книга о Льве Толстом, автор которой, анализируя документы, дневники, письма и свидетельства современников, дает читателю возможность взглянуть на такого Толстого, который широкой публике до сих пор, может быть, не был известен. В частности, большой интерес представляет глава «Долгое прощание», в которой говорится о взаимоотношениях двух классиков русской литературы – Толстого и Достоевского. В первую очередь о том, что думал о Достоевском и его трудах Лев Толстой. Эту-то главу мы с любезного разрешения издательства «ВК» и опубликуем.

«Шекспир его раздражает»

В жизни они никогда не встречались: хотя возможность была. Умерев, автор «Бесов» так и не сможет занять в мире Толстого какого-то твердого и определенного места. Он то умиляет, то раздражает автора «Войны и мира» – причем порой это происходит одновременно.

22 сентября 1885 года Толстой беседует с писателем Г. Данилевским, который не замедлит поведать об этом разговоре в журнале «Исторический вестник»: «Наиболее сочувственно граф отозвался о Достоевском, признавая в нем неподражаемого психолога-сердцеведа и вполне независимого писателя, самостоятельных убеждений которому долго не прощали в некоторых слоях литературы, подобно тому как один немец, по словам Карлейля, не мог простить солнцу того обстоятельства, что от него в любой момент нельзя закурить сигару».

Читать далее

Игорь Волгин

Последний дневник Толстого

В издательстве «ВК» вышла книга «Лев Толстой. Последний дневник / Игорь Волгин. Уйти ото всех». Дневники Льва Николаевича Толстого юбилейного, 1910 года публикуются полностью впервые за почти сто лет.

Подробнее