Благородному эру El Bastardo, внезапно-рассветное

Кэналлоа если и снится, то только к рассвету.
Закрывай глаза: на скалах цветут гранаты.
Здесь в почете грехи, здесь смешны и нелепы обеты…
Месяц летних ветров смеется, зовет обратно.

Кэналлоа если и снится - то нам, пропащим.
Закрывай глаза и в август бездонный - падай.
Это фатум, надежда, шанс стать опять настоящим,
Потерявшись среди огнецветов и вертоградов.

Кэналлоа если и снится, то сон будет в руку.
Закрывай глаза, лови дары звездопада.
Море бьется о скалы, смеется, зовет, чарует…
Кэналлоа, август, рассвет. Без оглядки - падай.

В колонках играет - кэртианские песенки, ясное дело.
Здесь ближе небо, и ярче звезды, и громче песни.
Когда-нибудь я вернусь сюда - беспечен и весел.
Здесь рощи граната на древних скалах алее крови,
И ветер поет тебе песни, моя Кэналлоа...

И волны морские пронзительно-сини, как взгляд у смерти.
Средь каменных стен Талига о доме напой мне, ветер...
Когда-нибудь я вернусь, почуяв старость.
Пока же лейся, черная кровь, да плачь - гитара...

Айя... неси меня, конь мой, навстречу закату.
Айя... мы с ветром, мы - ветер, мы оба крылаты.
Айя... алеют, как кровь, на древних скалах гранаты...
Айя... и спят безмятежно в портах птицы-фрегаты...

Ах, ночь в Кэналлоа безмерно прекрасна - синий и черный...
Морские волны целуют так нежно изгибы фьордов...
А день в Кэналлоа сапфирно-чист, прозрачен и ясен:
Виноградников зеленью, бриза прохладой да моря атласом...

Когда-нибудь, ох, Леворукий свидетель, я брошу все к кошкам.
Я знаю, куда зовут все тропки, тракты, дорожки,
Впервые в жизни я брошусь не против ветра - за ветром...
Меня не догонят ни сам Леворукий, ни сто королевских курьеров.

Айя... неси меня, конь мой, неси к побережью...
Айя... шепчу "Кэнналоа" как имя нежнейшей из женщин...
Айя...там к небу возносятся пики вершин белоснежных...
Айя...вот край мой, край духом верных и сердцем мятежных...



Граф, подхватывай эстафету...:).