Ванитас/ Vanitas — «суета, тщеславие» — жанр живописи эпохи барокко, аллегорический натюрморт композиционным центром которого традиционно является человеческий череп. Подобные картиныранняя стадия развития натюрморта, предназначались для напоминания о быстротечности жизни, тщетности удовольствий и неизбежности смерти.

Наибольшее распространение получил во Фландрии и Нидерландах в XVI и XVII веках, отдельные примеры жанра встречаются во Франции и Испании.

Художник COLLIER, Edwart Vanitas Still-Life 1705

Читать далее

Когда заяц ещё совсем маленький, он любит есть морковку, бегать по лесу и бить в барабан.

Окружение, однако, кормит его диким овсом и заботливо учит зажигать спички - ведь все нормальные звери это уже умеют в его возрасте. Учат зайца известным народным методом. Заяц в результате начинает сильно лягаться и носить каску.



Тут зайца иногда приводят к специалисту и говорят:

- Вы знаете, мы подозреваем, что наш птенчик отстаёт в развитии. До сих пор не умеет зажигать спички. А ведь мы с ним столько занимаемся!



Специалист видит перед собой зайчонка в каске, энергично дрыгающего ногами. Он начинает подозревать, что спички - не главная проблема этого детёныша.



Но чаще всего, конечно, ни к какому специалисту зайчонка не ведут. Тем более что он полезный: уже стал мыть дома полы. А скоро его сдавать в школу.



В школе зайцу первым делом запрещают бегать и начинают учить самому важному навыку во взрослой жизни: петь хором. Ещё заяц обнаруживает, что вокруг - в основном ежата, которые к нему прикалываются, а сами, чуть что, сворачиваются в клубок. Заяц тоже пытается сворачиваться в клубок, но почему-то защищена у него всё равно оказывается только голова. Зато он начинает всё время громко петь.



Тут зайца иногда приводят к специалисту и говорят:

- Вы знаете, он стал совершенно неуправляемый. Почти не шевелится и перестал мыть дома полы!



Специалист видит перед собой зайца в каске, свернувшегося в клубок, иногда рефлекторно дрыгающего задними лапами и поющего про священную державу. Он начинает подозревать, что мытьё полов - не главная проблема этого зайца.



Но чаще всего, конечно, ни к какому специалисту зайца не ведут. Он выходит во взрослую жизнь и честно пытается заработать себе на овёс пением в хоре. Поголодав и помыкавшись, он кое-как осваивает профессию копателя нор. Ею он зарабатывает себе на овёс и домашнее караоке, а также стирает лапы до костей. Больше заяц не голодает, но зато через некоторое время он замечает, что подыхает от каких-то загадочных и непонятных причин.



Иногда он доходит до специалиста. Думаете, он просит помочь ему вылечить лапы, научиться добывать вкусную морковку, бегать по лесу и профессионально играть на ударных?



Как бы не так! Он просит специалиста помочь ему проапгрейдить каску, отрастить колючки и научиться наконец зажигать спички.

информация http://www.liveinternet.ru/users/gabriel29/post220236150/

http://depositfiles.com/files/grj551p31

http://letitbit.net/download/54938....0%2598.rar.html

http://turbobit.net/awlxxfe9peql.html

Глава восьмая

ЧЕРТОГ

...Христианин ускорил свой шаг, чтобы скорей добраться до Чертога. Буквально через пару метров дорога сузилась. Вот уже и караульная сторожка показалась за поворотом. Вдруг Христианин увидел перед собой двух львов. "Вот она - опасность, о которой говорили Робкий и Недоверчивый", - подумал он. Львы были цепями прикованы к дереву, но рассмотреть цепи было невозможно. Он в полной нерешительности остановился. Но сторож по имени Бдительный, заметив испуг Христианина, закричал:

- Неужели вера твоя так слаба? Не бойся львов, они прикованы цепями и находятся здесь для испытания веры странствующих. Иди по самой середине дороги, и они тебя не тронут.

Читать далее

 Вот ведь как устроен человек. С детских, младых лет мы, казалось бы, совершенствуемся в своем развитии. Меняемся внешне, меняются мысли, а вот тревоги, комплексы, дурные привычки, как правило, живут с нами до конца наших дней. И как трудно, очень трудно избавиться от этих пороков: гнев, злость, зависть, жадность и т. д.. Перечислять можно много….. Не помню их, сколько всего, наших внутренних врагов??? Над которыми победа возможна, но это требует огромных личных духовных усилий. А в большинстве случаев……. тащим этот груз через весь свой жизненный путь… до старости… до конца… Примерно так. Как вы думаете??? 

Глава первая

ВЕРТЕП И СНОВИДЕЦ

Странствуя по дикой пустыне этого мира, я случайно забрел в одно место, где находился вертеп. Там я прилег отдохнуть и вскоре заснул. И вот приснился мне сон...

Вижу я человека, одетого в грязное рубище и стоящего неподвижно на дороге, спиной к своему жилищу. В руках его - книга, а на спине - тяжелая ноша. Гляжу, он открыл книгу и начал читать, но почему-то вдруг залился слезами и задрожал. Потом, как бы не в силах превозмочь тревожного чувства, он в отчаянии воскликнул: "Что мне делать?".

С тяжелым сердцем вернулся он домой и, насколько мог, старался держать себя в руках, чтобы жена и дети не заметили его скорби. Однако недолго ему удалось скрыть перед ними свое душевное страдание, так как оно постоянно усиливалось. Наконец он решился открыться жене и детям: "Моя любимая жена! Мои дорогие дети! Я вне себя от горя! Я пропал, погиб, ведь я всю свою жизнь грешил! Я узнал из верных источников, что наш город будет сожжен небесным огнем и мы все неминуемо погибнем, если не найдем тот единственный путь, которого я пока еще не знаю, но которым можно спастись от ужасной смерти".

Читать далее

Однако наступает иногда такое время, когда все вокруг начинает казаться серым и черным. Не стоит огорчаться и расстраиваться, нужно вглядеться в даль. И чем дальше даль, тем лучше. Ибо в дали всегда черненькое белеется, то есть не все так плохо как кажется. Для доказатьльства этого тезиса предлагаю вглядеться в следующую фотографию, которую я нарёк "Стена".

 

«Стена» на Яндекс.Фотках

Вот, вроде бы, казалось стена, ан нет, это аллегория. По началу кажется что в её не преодолеть, однако если вглядеться чуть дальше, то можно увидеть в ней окошки, а если еще дальше продлить свой взгляд, то можно увидеть как стена и вовсе кончается. Кончается так же как все наши неприятности и беды. И начинается, естественно, светлое будущее. Впрочем, даже если кажется, что, нет стене конца, то те кто похитрее могут перелезть её или просочиться в окошко, а самы твердолобые могут попробовать прободать. В общем я хочу сказать что наши "стены" иллюзорны, если поглядеть с другой стороны, то этой стены вовсе и нет. Так вот.

Next

От частного к общему, от общего к частному - искусство с точки зрения математики. От частного  - настроения, чувства, конкретного заказа  -  к обобщениям.  Чем ярче, талантливее художник  тем шире обобщение, тем больше зрителей оказываются вовлеченными в орбиту рожденных на полотне  образов, тем причудливее дробятся эти образы, возвращаясь  от общего впечатления  к  частным переживаниям, воспоминаниям, ассоциациям конкретного зрителя.

Сандро Боттичелли. Паллада и кентавр. Галерея Уффици, Флоренция.Читать далее

  Аллегорические барышни 1905-1908г.Публикация 2-я,расширенная

Читать далее

Часть 1. "24 минуты"

Массивные резиновые колеса давили только что опавшую с деревьев листву. Я сидел у окна, закутавшись в пальто, и смотрел на серую, залитую дождем улицу. По тротуарам ходили прохожие, похожие на тени люди без лиц, эмоций и целей. Они просто передвигали ногами и двигались в неизвестном направлении. В автобусе было тепло, но изредка, когда кто-нибудь выходил, обдавало холодом, дрожь пробегала по телу, и я старался крепче натянуть на себя не по размеру сшитое пальто.

Со мной ехали и другие, непохожие друг на друга, разные и одинаковые одновременно. Вот мужчина средних лет укоряет мальчика за то, что тот замечтался и смотрит в окно, призывает быть внимательней, чтобы тот не потерялся ненароком. А вот женщина, сидит одиноко, поодаль от всех остальных. Она меняется на глазах, в ее лице то одиночество, то страх, то отчаяние, и еле заметно, на побледневших, от жажды пересохших губах теплится надежда, что есть среди прочих хоть кто-то, кто поймет ее, подойдет и скажет: "Здравствуй". Но выглядит она сердито и недовольно и оттого подходить к ней не хочется.

Кое-где заходят новые люди, спрашивают, сколько стоит проезд и куда едет автобус. Им вежливо, а порой и с ироничной усмешкой, отвечают. На этих же коротких остановках выходят и те, кто достиг своей станции, точки, где каждый должен отделиться и идти дальше пешком, самостоятельно, в направлении, известном лишь ему одному, туда в туман и сырость.

Я еду уже около получаса. Если быть точным – 24 минуты. Вот-вот наступит и 25-я. Начало своего пути помню смутно, как и все, кто едет со мной. Случается порою, что забредший сюда начинает заливать про то, откуда он едет, что делал там и куда направляется. На него смотрят искоса, как на сумасшедшего, а кто-то с пониманием и лишь расстроено покачивает головой. Случается так, что вокруг, кажется, становится очень тесно. Это нагнетает напряженность, и некоторые начинают нервничать. Но вот и следующая остановка и вот уж несколько мест освободилось и всем вновь стало всего хватать, они мирно разбредаются и продолжают пусть. Я пробовал однажды спросить у них, а куда же мы едем? Но никто так и не смог дать мне вразумительного ответа. Слишком уж каждый занят своими хлопотами, знаете ли.

И вот я, закутавшись в пальто, сижу и наблюдаю за тем, что происходит там, за окном. Рядом иногда проезжают машины. Они с ревом проносятся куда-то вперед, внутри сидят люди с горящими глазами, они очертя голову несутся, не глядя по сторонам к своей какой-то цели, но быстро пролетают мимо и вскоре, усохнув на горизонте как маленькая изюминка, и вовсе исчезают где-то там, за воображаемой чертой.

На насиженном месте тепло и уютно, кресло немного жестковато, но все же лучше, чем ехать стоя.

За окном сентябрь, дождь, слякоть, осенний туман, меня клонит в сон. Автобус "Жизнь" едет по своему маршруту и никто не знает где и когда будет его остановка. Но это здесь никого не тревожит, все заняты своим делом, и лишь я, занятый созерцанием окружающего начинаю задумываться о том, куда же я еду и где будет МОЯ остановка, а может… пересадка?