Татьяна_Малахова (pravoslavie) все записи автора

 

                                             « От Меня это было»  

 

     Духовное завещание иеросхимонаха Серафима Вырицкого. Этот текст отец Серафим адресовал одному из своих духовных чад – епископу, находящемуся в заключении. В нем – отблеск глубочайшей молитвенной тайны, раскрываемой в беседе Бога с душою человека. Это духовное завещание старца обращено и ко всем нам.

 

 

 

 

 

 

Думала ли ты когда- либо, что все, касающееся тебя,

Касается и Меня, Ибо касающееся тебя

Касается зеницы ока Моего.

      Ты дорога в очах Моих, многоценна,

      И Я возлюбил тебя, и поэтому для Меня

      Составляет особую отраду воспитывать тебя.

Когда искушения на тебя и враг придет, как река,

Я хочу, чтобы ты знала, что

                                                      От Меня это было.

 

      Что твоя немощь нуждается в Моей силе

       И что безопасность твоя заключается в том,

       Чтобы дать Мне возможность защитить тебя.

Находишься ли ты в трудных обстоятельствах,

Среди людей, которые тебя не понимают,

Не считаются с тем, что тебе приятно,

Которые отстраняют тебя,-

 

                                                       От Меня это было.

 

Я- Бог твой, располагающий обстоятельствами,

И не случайно ты оказалась на своем месте:

Это то самое место, которое Я тебе назначил.

        Не просила ли ты, чтобы Я научил  тебя смирению?

        И вот Я поставил тебя в ту именно среду,

        В ту школу, где этот урок изучается.

Твоя среда и живущие с тобою только выполняют

Мою волю. Находишься ли ты в денежном затруднении,

Трудно тебе сводить концы с концами, знай, что

                                                       От Меня это было.

 

Ибо Я располагаю твоими средствами и хочу, чтобы

Ты прибегала ко Мне и знала бы, что ты в зависимости

От Меня. Мои запасы неистощимы. Я хочу, чтобы

Ты убеждалась в верности Моей и Моих обетований.

         Да не будет того, чтобы тебе могли сказать

         В нужде твоей: «Ты не верь Господу Богу твоему».

         Переживала ли ты ночь в скорби?

         Ты разлучена с близкими и дорогими сердцу твоему –

                                                        От Меня это послано тебе.

 

 

Я – муж скорбей, изведавший болезни,

Я допустил это, чтобы ты обратилась ко Мне

И во Мне могла найти утешение вечное.

Обманулась ли ты в друге своем, в ком- нибудь, кому ты открывала сердце свое,-

                                                         От Меня это было.

 

Я допустил этому разочарованию коснуться тебя,

Чтобы познала ты, что лучший твой друг есть Господь.

Я хочу, чтобы ты все приносила ко Мне и говорила Мне.

Наклеветал ли кто на тебя, предоставь это Мне

И прильни ближе ко Мне, убежище твоему, душею твоею,

Чтобы укрыться от пререкания языков,

Я выведу тебя как свет правду твою

И судьбу твою, яко полудне.

            Разрушелись планы твои, поникла ты душею

            И устала –

                                                         От Меня это было.

 

Ты создала себе план, имела свои намерения,

Ты и принесла их Мне, чтобы Я благославил их.

Но Я хочу, чтобы ты предоставила Мне

Распоряжаться и руководить обстоятельствами

Жизни твоей, так как ты – только орудие,

А не действуюшее лицо.

Постигли ли тебя нежданные неудачи житейские

И уныние охватило сердце твое, знай –

                                                        От Меня это было.

 

Ибо Я хочу, чтобы сердце твое и душа твоя

Были всегда пламенеющими пред очами Моими

И побеждали бы именем Моим всякое малодушие.

           Не получаешь ты долго известий от близких,

           Дорогих тебе людей,

           По малодушию твоему и маловерию

           Впадаешь в ропот и отчаяние, знай –

                                                        От Меня это было.

 

Ибо этим томлением духа твоего испытую Я

Крепость веры твоей в непреложность обетований

И силу дерзновения твоей молитвы о сих близких твоих,

Ибо не ты ли возлагала заботы о них

На Мою промыслительную любовь?

Не ты ли и ныне вручаешь их

Покрову Пречистыя Матери Моея?

            Постигла ли тебя тяжкая болезнь,

Временная или не исцелимая,

И ты оказалась прикованной к одру твоему-

                                                        От Меня это было.

 

Ибо Я хочу, чтобы познала ты еще глубже Меня

В немощах твоих телесных и не роптала бы за сие

Неиспосылаемое тебе испытание,

И чтобы ты не старалась проникнуть в Мои планы 

Спасения душ человеческих различными путями,

А безропотно и покорно преклонила бы голову твою

Под благодать Мою о тебе.

             Мечтала ли ты сотворить какое- либо

             Особенное дело для Меня

             И вместо этого сама слегла на одр болезни и немощи –

                                                           От меня это было.

 

Ибо тогда ты была погружена в дела свои,

И Я не мог бы привлечь мысли твои к Себе,

А Я хочу научить тебя самым глубоким мыслям и

Урокам Моим, чтобы ты была на службе у Меня.

Я хочу научить тебя сознавать, что ты – ничто без Меня.

            Некоторые из лучших сынов Моих суть те,

            Которые отрезаны от живой деятельности,

            Чтобы им научиться

            Владеть оружием непрестанной молитвы.

Призвана ли ты неожиданно занять трудное и

Ответственное положение, палагаясь на Меня,

Я вверяю тебе эти трудности,

И за это благославит тебя Господь Бог твой во всех делах твоих

На всех путях твоих, во всем

Руководителем и Наставником твоим бедет Господь твой.

           В сей день в руки твои, дитя Мое,

           Дал Я этот сосуд освященного елея,

          Пользуйся им свободно.

Помни всегда, что каждое возникающее затруднение,

Каждое оскорбляющее тебя слово, каждая напраслина и осуждение,

Каждая помеха в твоей работе,

Которая могла бы вызвать чувство досады, разочарования,

Каждое откровение немощи и неспособности твоей

Бедет помазано этим елеем-

                                                          От Меня это было.

 

Помни, что всякая помеха есть Божие наставление,

И потому положи в сердце свое слово,

Которое Я объявилтебе в сей день-

                                                           От Меня это было.

 Храни их,знай и помни- всегда, где бы ты ни была,-

Что всякое жало притупится, когда ты научишься

Во всем видеть Меня.

Все послано Мною для совершенствования души твоей-

                                                            Все от Меня это было.    

Святая Русь - Серафиму Вырицкому

Исполняет: Валерий Малышев

http://iplayer.fm/q/%D0%92%D0%B0%D0...88%D0%B5%D0%B2/    

 

 

Татьяна_Малахова (pravoslavie) все записи автора

Недавно познакомилась с музыкой духовного жанра. если так можно назвать это. Песни в исполнении Валерия Малышева. Особенно трогают сердце и раскрывают душу. Предлагаю Вам послушать некоторые из них.

Кстати одна из них посвящена Ксении Блаженной у которой сегодня праздник!

http://iplayer.fm/q/%D0%9A%D1%81%D0...BD%D0%B0%D1%8F/

Татьяна_Малахова (pravoslavie) все записи автора

 

Памятка юному Христианину

Как оружие для битвы,

Нам всегда нужна молитва.

Утром надо встать, умыться

И усердно помолиться.

 

Перед тем, как скушать что – то,

Не забыть святую воду.

Антидор и просфора

Освящают нас с утра.

 

День какой сегодня, вспомним –

Постный или же скоромный?

Почему постимся в среду? –

Был Господь на муки предан.

 

В пятницу Он распят был,

Дух в страданьях испустил;

И всегда мы, помня это,

Храним пятницу и среду.

 

Есть и длинные посты,

Чтоб достигнуть чистоты.

 

Сорок дней Господь постился

И в пустыне находился,

Чтоб пример для нас подать,

Как все страсти побеждать.

 

Сделаем, как заповедал Он –

Будет дух у нас силен.

 

Теперь надо помолиться,

Прежде чем за стол садиться,

И не будем пищу есть мы,

Пока всю не перекрестим.

 

Без молитвы же пирушки –

Для животных у кормушки

И для всех, подобных им.

Мы ж Творца благодарим.

 

Он нам дал и хлеб, и воду,

И прекрасную природу.

Очень глупым надо быть,

Чтобы не поблагодарить.

 

Мы выходим за порог,

Крестимся: храни нас Бог.

«Живый в помощи» - читаем,

Крестик с шеи не снимаем –

Должен с нами быть всегда,

Чтобы не стряслась беда.

 

И хранимы крестной силой,

Кратко: «Господи помилуй», -

Средь людей молиться будем

И о Боге не забудем.

 

Всему доброму учитель,

Светлый ангел наш хранитель

Не оставит нас тогда,

Лишь бы жизнь была чиста.

 

Стыдно каждому быть грязным,

И мы тело моем часто.

Душу тоже надо мыть –

В храм на исповедь ходить.

 

Хоть ее мы и не видим,

Видит ангел наш хранитель,

Видит Бог и все святые,

Как грязнят нас мысли злые,

А где мысли – там дела,

И душа уж не светла.

 

При ненастной мы погоде

Лужи грязные обходим,

Но бывают вещи хуже

Самой гадкой, грязной лужи.

 

Непременно их получишь,

Если телевизор включишь.

И омыть непросто душу

От такой зловонной лужи.

 

Так зачем же будем, братцы,

В эту грязь мы забираться?

 

Лучше вечером без лени

Тихо встанем на колени

В уголке своем святом

На молитву перед сном.

 

И всю ночь тогда над нами

Ангел белыми крылами

Будет душу осенять,

Даст покой и благодать.

Монахиня  Серафима (Каменяка)

 

 

 

Элла-Элизабет (pravoslavie) все записи автора Лепил мокрый, противный снег. «Дворники» с трудом счищали белую коросту с окон его машины. Дорога была безлюдной, но он ехал с напряжением – скользко, темно, сырость пробиралась под лёгкую кожаную куртку – и почему он не надел дублёнку, вырядился, как жених. Выехал без настроения. Наверное, можно было отложить поездку, но отец Георгий очень просил привезти ему пачку свечей, несколько бутылок лампадного масла, ладана. Набралось три тяжёлых коробки, хотелось успеть до Рождества. И вот дотянул – три дня до Рождества осталось, только бы обернуться туда и обратно. Отец Георгий жил в Псковской области, в самой глубинке, в маленьком селе на краю леса. Ехали к нему отовсюду, потому как святой жизни был человек. Усталости, казалось, не ведал, всех привечал, обогревал любовью, от беды отводил. Ехали к нему люди с тяжёлым сердцем, а возвращались просветлённые, умел отвести от человека уныние, умел развернуть его от беды, подтолкнуть к Богу.


Николай заметил, что как стал вспоминать об отце Георгии, так и теплее вроде стало в машине. Уж с ним-то отец Георгий повозился, пока не вытащил из отчаянья, пока не заставил жёстко оценить свою жизнь. Что делаешь? Куда катишься?

Николай был в Москве человеком заметным, под его началом находилось несколько вещевых рынков, жил – как по минному полю шёл: вправо – воронка, влево – обстрел. Пока, в конце концов, и не «подорвался на мине». На него наехали, стали сводить торгашеские счёты, он попытался встать в стойку, напрячь их, опередили – сожгли дачу, принялись угрожать. Хорошо, что он один, семьи не было, как разошёлся с первой женой, всё недосуг было второй раз жениться. Теперь его холостяцкая жизнь оказалась благом. Уж кого-кого, а его близких «доброхоты» в покое бы не оставили. А так – один как перст. Но брали измором – звонили, угрожали, писали письма, просили освободить поле деятельности по-хорошему. В прокуратуру пошли письма. Один раз вызвали, второй. Николай чувствовал: надо уходить по-хорошему. Но такая ненависть в душе клокотала, что он даже ночами проигрывал давно написанный сценарий мести. «Убью, убью обязательно. Пусть сяду, но не потерплю, какой я после этого мужик?»

В Псков поехал налаживать контакты, были у него там свои люди, хотел поговорить, обсудить предстоящую борьбу. А машина возьми да и поломайся на дороге, аккурат у опушки леса, у крайней избы, в которой горел крошечный огонёк лампады. Постучал. Открыли. Маленький седой старичок с бородой до пояса.

– Заходи, мил-человек. Заходи, гостем будешь, – молочка налил, отломил хлеба. – Ешь. Говорить потом будем.

– А что говорить? Мне говорить нечего, – насторожился Николай.

– Нечего и нечего, неволить тебя не буду. Пей молочко, пей.

И как прорвало Николая. Разрыдался он, уронив голову на стол, покрытый весёленькой клеёнкой, и рыдал, как освобождался. И стал говорить. По чуть-чуть всё и рассказал. Утром он развернул свой «Мерседес» обратно в Москву. В ожидании новой жизни сердце притихло. Смог. Смог сжечь все мосты, переступить через ненависть и жажду мести. Оказывается, уйти – большая победа, чем отомстить. Он не понимал, ему растолковали. Пошумели «коллеги», поугрожали и – отступились. Два месяца нигде не работал. Потом в одном православном издательстве стал заниматься реализацией книг. Навыки были, получилось. Деньги, из-за которых так убивался, как-то вдруг измельчали, отошли на второй план. На первом сияла нестерпимо ярким светом освободившаяся покаянием совесть, как легко её бремя, как удивительно её торжество. К батюшке Георгию с тех пор зачастил. Уже потом узнал, что старец сей в России известный. К нему едут отовсюду специально, это только он случайно на огонёк заглянул.

Вот и сейчас едет. Торопится. Торопится обернуться до Рождества. И что-то беспокоит его помимо слякоти, раздражает. Ну, конечно, она, навязавшаяся попутчица.

– Батюшка дал ваш телефон. Благословил взять меня к нему, как поедете.

Взял. Благословил отец Георгий, нельзя не взять. А самому маета. Девушка какая-то забитая, платок на глазах, вжалась в угол заднего сиденья. Уже часа три едут, а она ни слова.

– Закурить можно? – спросил.

– Мне не хотелось бы... – прошептала девушка чуть слышно.

«Вот ещё новости, в собственной машине и не могу курить. А так хочется затянуться. Навязалась! Робкая, робкая, а “мне не хотелось бы...” А мне хочется курить».

– Может, разрешите одну сигарету? – спросил, еле сдерживая раздражение.

– Мне бы не хотелось...

Николай резко остановил машину. Вышел. Запахнул свою хлипкую курточку. Спички гасли на ветру, он нервничал, наконец-то затянулся.

К отцу Георгию приехали уже к вечеру.

– Вот молодец, вот молодец, привёз рабу Божью Марину. Я просил, спасибо, не отказал, – суетился отец Георгий возле Николая.

А Николаю уже и стыдно: «Надо было с ней поласковее, что это я, всю дорогу молчал, злился, извиниться, что ли?» Марину определили на постой к старой сгорбленной Савишне. До неё пройти с километр, но Савишна сама явилась, углядела машину: «Пойдём, дочка, печка у меня топлена, вареньем угощу из крыжовника. Любишь из крыжовника?»

Девушка смущённо улыбнулась, отвела глаза. А Николая отец Георгий определил в пристройку. Небольшая пристройка давно служит ему гостиницей. Едут издалека, остановиться где-то надо. А там и свет, и печка, и иконы на стене. Несколько коек в ряд, хватает. Николай вошёл, увидел молоденького монаха, стоящего на молитве. Тоже приехал к батюшке. Монах повернул к Николаю приветливое лицо, махнул рукой на свободную кровать, дескать, располагайся, но молитву не оставил. Николай лёг. Спина, затёкшая от сидения в машине, слегка ныла. Уснул быстро.

Утром у батюшкиной кельи уже была очередь. Он оказался за девушкой, с которой ехал. Мариной вроде... Она подняла на него глаза и тут же опустила. Извиниться, что ли? Да нет, раньше надо было. Стал готовиться к исповеди. Прежде чем войти к батюшке, девушка перекрестилась три раза. Монашка, что ли... Не разговаривает, забитая какая-то. Долго, очень долго девушка не выходила. А вышла... Николай натолкнулся на её взгляд, полный ужаса. Она смотрела на Николая, широко раскрыв глаза и как-то не мигая. Он заметил, только значения не придал. Огонёк лампады из открытой двери звал следующего посетителя. Николай встал: «Господи, благослови!» Батюшка в епитрахили, поручах сидел на стуле, устало опустив спину. Белая борода его выделялась в полумраке комнаты первой, потом уже – лицо, глубокие морщины.

– Ну что, раб Божий Николай, всё на «мерседесах» разъезжаешь?

– Нельзя без машины, отец Георгий, поездом я бы и сейчас ещё ехал.

– Ну, давай, что у тебя…

Знакомый холодок под сердцем. Сейчас надо сказать всё, не утаить, не слукавить. Стал говорить, как всегда, сначала неровно, путаясь, а потом как в омут головой – всё.

Батюшка слушал, склонив голову и прикрыв глаза. Иногда лишь слегка кивал головой, – дескать, слышу, не сплю, рассказывай. И вот оно, блаженное облегчение. Батюшка накрывает голову Николая епитрахилью, читает разрешительные молитвы. Чтобы пережить это светлое, ни с чем не сравнимое чувство, можно было бы не только на «Мерседесе», пешком прийти в эту продуваемую ветрами избушку. Николай поднялся с колен, подошёл под благословение.

– А ты, раб Божий, сколько бобылём жить собираешься? Немолод уже, пора, пора гнездо вить.

– Да моя невеста ещё, отец Георгий, не родилась, – привычно отшутился Николай.

– А вот и родилась. Сидит там. Мариной зовут. Попутчица твоя от самой Москвы, чем не жена тебе?

– Шутите, отец Георгий... Как найду себе невесту, сразу к вам привезу знакомиться. А пока другие у меня заботы.

– Я тебе серьёзно говорю, – голос батюшки стал твёрдым. – Она, Марина, тебе жена, разгляди её, сам убедишься, – и махнул рукой на дверь, иди, дескать, хватит, поговорили.

Вышел. Где она, его «жена»? А вот, сидит пичужкой, укутавшись в большой чёрный платок. Может, его ждёт, «мужа».

– Марина? Вас Марина зовут? Вы меня простите, что я так строг был, пока ехали. На меня, понимаете, столько забот навалилось.

– А я-то тут при чём! – девушка подняла на него глаза, полные слёз. – Мне-то что до ваших забот? Я приехала у батюшки благословения просить в монастырь. Он всё говорил: подожди да подожди, а тут позвал. Я и поехала. Мне бы поездом лучше, а он благословил вам позвонить. У вас проблемы, только я тут ни при чём.

Девушка уже ревела в три ручья.

– А я при чём в ваших проблемах? Мне без разницы, куда вы, в монастырь или...

– А батюшка что сказал?! Говорит, выходи, Марина, замуж за Николая. За вас, значит! За вас. Вот они, ваши проблемы. Только я здесь ни при чём, я в монастырь.

Николай напрягся. Он понял, что разговор заходит слишком далеко, понял, что это была не просто беседа со старцем, это было благословение. Марину он благословил выйти за него замуж, а его – жениться на ней. Девушка рыдала, худенькие плечи тряслись.

– Да не реви ты. Давай что-нибудь придумывать.

Вышли на улицу, стали ходить кругами вокруг «Мерседеса».

– Может, ты что-нибудь не поняла, может, он по-другому выразился...

– Говорит, чем не муж тебе Николай. Я говорю, какой Николай, откуда я знала, что вас Николаем зовут? А он – да тот, что привез тебя ко мне. Я говорю – он старый, да и странный какой-то...

Девушка осеклась и испуганно посмотрела на Николая.

– Вот-вот, – ухватился тот. – Иди и откажись, скажи, что старый муж тебе не нужен. Тебе самой-то сколько? Девятнадцать? Да я тебе в отцы гожусь. Иди-иди, – он стал подталкивать Марину к домику.

– Сами идите. Скажите, что отказываетесь на мне жениться. Так и скажите – отказываюсь.

Пошёл. Отец Георгий стоял на молитве. На скрип двери повернулся, недовольно сдвинул брови:

– Я тебе сказал – она твоя жена. Не ищи другую, только время потеряешь. Всё. Уходи.

Теперь уже Николаю хоть плачь. Он только сейчас понял, как серьёзен этот разговор и какие у него могут быть последствия.

– И откуда ты на мою голову навязалась! – набросился на Марину.– Жил себе, забот не знал.

Она опять заплакала, поняла: батюшка не благословил, непреклонен.

Возвращались так же молча, как и ехали сюда. Только молчание было уже совсем другим. Николай нервничал, злился, даже пару раз закурил без разрешения. А Марина сидела в своём уголочке и хлюпала носом. Николая её слезы злили, больше того, он впервые, как отошёл от той своей торговой мафиозной жизни, пожалел о ней. В ней было много опасного, нестабильного, но в то же время он мог сам решать многое, тем более насчёт женитьбы... Давно бы женился, если бы захотел. Не хотел. Женщины как неспешно вплывали в его жизнь, так из неё и выплывали. А теперь получается: хочешь не хочешь – женись, раз батюшка решил, значит, надо. Бред какой-то. Он, он сам, Николай Степанович Остроухов не решил, а за него решили! А ты подчиняйся, ты ничего не значащая пылинка. Вот так, гневаясь и осуждая, ехал он по вечернему тихому шоссе, и припорошенные снегом ёлки мелькали себе и мелькали.

Высадил Марину у метро. Она, опустив глаза, поблагодарила. И сказала твёрдо, будто на подвиг шла:

– Я вам, Николай Степанович, позвоню.

– Зачем? – чуть не вырвалось у Николая.

Но осёкся, невежливо. Она позвонила через неделю. Он сразу почувствовал – отпустило. Голос не такой напряжённый, как раньше, спокойный:

– Я согласна, Николай Степанович. Батюшка благословил. Я ещё раз к нему ездила, поездом. Только вчера вернулась. Он сказал, мне в монастыре не место. Я ведь иконы пишу, батюшка говорит – иждивенкой в семье не будешь, всегда на жизнь заработаешь. Я согласна.

Николай схватился за голову. А он, он-то не согласен!

– Марина, – бросился он умолять девушку, – я старый, я некрасивый, я тебе в отцы гожусь, подумай, Марина...

– А мне теперь хоть думай, хоть не думай – отец Георгий благословил. А он... ему многое открывается.

Через час Николай вновь гнал свой «Мерседес» по знакомой дороге. Он приготовил длинную речь, пламенный монолог обиженного и оскорблённого человека. Он скажет, он убедит, он приведёт примеры.

Отец Георгий в валенках, тулуп поверх подрясника, чистил во дворе снег.

– Я тебя только к вечеру ждал, – засмеялся.

– Батюшка, – Николай умоляюще посмотрел на него, – батюшка, ну, куда мне жениться...

– А через год ты приедешь и скажешь – батюшка, как хорошо, что я женился. Мил-человек, ты один как перст, и не монах, и не женатый, не дело это. В монастырь ты не готов, а к женитьбе... Девушка редкая, такие на дороге не валяются. Женись. Она тебе дочку родит, крестить привезёшь, назовем её... назовем её Ангелина, – батюшка хитро сощурился, синие детские глаза его светились радостью.

Николай впервые улыбнулся:

– Значит, благословляете?

– Благословляю. Совет вам да любовь...

...Над Кипром тихий душный вечер. Наш теплоход стоит на пирсе, среди таких же, как он, красавцев лайнеров. Сегодня был насыщенный день. Долгая экскурсия по Лимасолу, поездка в Кикский монастырь. А теперь свободное время. Кто отдыхает в каюте, кто бродит вдоль моря, кто сидит в маленьком кафе на берегу. А я очень хочу позвонить в Москву, говорят, недалеко, прямо за кафе телефоны-автоматы. Иду неспешно, наслаждаясь покоем, вспоминая дивные подарки дня. Догоняет человек. Толстенький, рыжий, лицо усеяно веснушками. Наш, с теплохода. В ресторане его столик через два от моего. Очень шустрый. Обожает фотографироваться. Медленно не ходит, всё бегом, эдакий колобок, от дедушки ушёл...

– Щёлкнуть вас на фоне вон той пальмы?

– Не надо, я в Москву звонить...

Мой телефон не ответил. Рыжий человечек быстренько набрал свой номер и затараторил-зачастил:

– Кипр – это потрясающе! Три иконы купил. Как почему три?! На всю нашу семью. Соскучилась? Я тоже. Ещё недельку – и дома. Да, да, обнимаю вас, мне очень вас не хватает.

Трубку положил, а всё улыбался. Так и подошёл ко мне с отсветом улыбки.

– С женой говорил. Она полгода назад дочку родила. А я вот решил в паломничество, давно собирался. Дочь подрастёт, вместе ездить будем, а пока один. Одному, конечно, не то, с семьёй лучше.

– А жена ваша кто?

– Иконописец. В одном московском храме в иконостасе сразу четыре её иконы. Талантливая. А красавица... Не то что я – крокодил. Доченька на жену похожа. Ангелиной назвали. Правда, хорошее имя – Ангелина? От ангела что-то, свет какой-то. Я ей накупил! Покажу, хотите? Вот она, моя каюта, милости прошу.

Мы вошли в каюту, и он стал вытряхивать из чемодана воздушные кружевные платьица, туфельки, маечки, костюмчики – ворох весёлой детской одежды, от пестроты которой зарябило в глазах. А одно, ну прямо роскошное платье с наворотами, совсем не детское.

– Навырост взял. Вырастет, а уже есть что надеть. Мне ничего не жалко для доченьки...

Он протянул мне фотокарточку крошечной девчушки. Но сначала нежно поцеловал её.

– Дочка, Ангелинка, солнышко моё, нечаянная моя радость. А это жена. (На меня смотрела красивая юная женщина.) Марина. Красивая? А я дурак, жениться не хотел, всё раздумывал. А отец духовный настоял, ему-то лучше видно, а я роптал, а я роптал, грешный.

И Николай Степанович рассказал мне эту историю.

(Наталья Сухинина."Платье навырост".)

Серия сообщений "Начиная новую жизнь...":

Часть 1 - Любовь,благословлённая Небом...

Татьяна_Малахова (pravoslavie) все записи автора

 

Сестра, зачем мужской одеждой

Ты исказила образ свой?

Зачем спешишь за модой грешной,

Уклад нарушив вековой?

Наверное, ты веришь в Бога,

Хоть в храм стесняешься зайти-

Расходятся с прямой дорогой

Твои житейские пути.

Иначе ты давно бы знала

И не пришлось бы толковать,

Что нам с тобою не пристало

Мужской одежды надевать:

Открыл нам в Библии священной -

Хотим того иль не хотим -

Творец  людей и всей Вселенной,

Что это - мерзость перед ним.

Монахиня  Серафима (Каменяка)

Элла-Элизабет (pravoslavie) все записи автора О Великой княжне Марии Николаевне мало писали мемуаристы... В семье ее всегда заслоняли старшие сестры и, конечно же, ее любимая младшая сестренка Настенька – та самая легендарная Анастасия. О ней же почти нечего сказать. Осколки, фрагменты, недопетая песня... Читаешь те коротенькие, но чарующие воспоминания и все время хочется спросить, спросить в пустоту, спросить кого-то: за что же в том страшном июле 1918 года вы кололи штыками это милое создание? За всю свою короткую жизнь она была только украшением мира. Трепетно собираешь кусочки ее разбитой жизни. Рассматриваешь фотографии... И прямо в душу смотрит она своими огромными синими глазами, которые в семье в шутку называли «Машкиными блюдцами»...

Она была самой настоящей царевной со сказочным именем Марьюшка... И даже описывая Великую княжну, всем так хочется вспомнить сказку! Софья Офросимова писала о ней: «Ее смело можно назвать русской красавицей. Высокая, полная, с соболиными бровями, с ярким румянцем на открытом русском лице, она особенно мила русскому сердцу. Смотришь на нее и невольно представляешь ее одетой в русский боярский сарафан; вокруг ее рук чудятся белоснежные кисейные рукава, на высоко вздымающийся груди – самоцветные камни, а над высоким белым челом – кокошник с самокатным жемчугом...» Грустная, грустная сказка... А она – Русская Спящая Красавица, Вечная Спящая Царевна, которой никогда не проснуться...

Ее последняя записная книжка, как у старших сестер, в синем кожаном переплете с золотой монограммой осталось незаполненной. Машенька только начала переписывать в нее свое любимое стихотворение «Колыбельную» Лермонтова: «Спи, младенец мой прекрасный, батюшки бою...» Дальше – пустота. Кто знает, быть может, княжна переписывала его в свою последнюю июльскую ночь, а поэтические строчки оборванны внезапным стуком коменданта дома Ипатьева с требованием немедленно спуститься в подвал...
***
Мария Николаевна была третьей девочкой в царской семье. Она появилась на свет 14 июня 1899 года и была названа в честь бабушки, Императрицы Марии Федоровны, которая стала ее крестной матерью...
ДАЛЕЕ...

Элла-Элизабет (pravoslavie) все записи автора "Всё нужно делать вовремя"...

..."Сегодня ходил причащать самых тяжёлых больных. Женщина, уже много лет страдает болезнью Паркенсона. Её всю трясёт, непереставая. Я её утешать, а она мне в ответ: - Болезни посылаются по нашим грехам, батюшка. Моя болезнь мне во спасение, это я точно знаю.
Молодой парень с переломанным позвоночником смотрит мне в глаза и видя, как мне тяжело терпеть один только вид его страданий, ободряюще улыбается: - Не переживай за меня. Всё слава Богу, Он милостив, научил меня молиться.
И так целый день. Люди. которые никогда не встанут и не выйдут на улицу, никогда не пройдут по траве, не искупаются в озере, радовались моему приходу и благодарили Бога за всё.
Матушку Марию, моего старого друга, я навестил самой последней. Она лежит в больнице, ей очень плохо, она уже ничего не ест, иногда только пьёт. С первого дня пришла в наш востанавливающийся храм и уже больше никуда не уходила, все 20 лет печёт просфоры, убирается, таскала на себе кирпичи, красила, белила. Поговорили мы с ней, рассказал о сегодняшних посещениях. Она находит силы улыбнуться, потом манит рукой, нагнись, мол: - Ты, батюшка, смотри, только не унывай, это жизнь. И потом добавляет: - Помолись, попроси Господа, чтобы дал мне до Пасочки дожить, очень уж хочется встретить светлое Христово Воскресение...
ДАЛЕЕ...
"Записки сельского батюшки"
(священник Александр Дьяченко)

Элла-Элизабет (pravoslavie) все записи автора
Научиться страдать

Источник: Православие и современность

Хочется всегда побеждать. Быть счастливой и здоровой. И, как теперь принято говорить — успешной. Но именно в такие периоды, когда все получается и вокруг тебя сплошной позитив, сердце как будто ожесточается, отходит от Бога, а мысли о неизбежности страданий кажутся особенно возмутительными. Чем больше мы воцерковляемся, тем яснее начинаем видеть то, что раньше ускользало от нашего невнимательного, закрытого собственными переживаниями, взгляда: вокруг очень много боли (а ведь еще недавно казалось, что только наша боль — самая настоящая, самая нестерпимая), но еще больше поводов для счастья. И самый главный из них — то, что мы пришли к Богу. И знаем теперь, что для спасения нужно многому научиться, в том числе — научиться страдать.
Читать далее

Валера_Богуславский (pravoslavie) все записи автора

24 января (6 февраля по "новому стилю") – Память блж. Ксении Петербургской

Св. блаженная Ксения Петербургская(† нач. ХIХ, точная дата кончины неизвестна) родилась примерно в 1732 г. В возрасте 26 лет пережила неожиданную смерть любимого мужа, придворного певчего Андрея Петрова. Она была глубоко потрясена тем, что ее муж скончался без должного христианского приготовления и не успел принести покаяния. Это заставило ее изменить свое отношение к земной жизни, оставить в ней все ненужное, временное. Взявшись вымолить у Бога спасение души своему супругу, она в день его похорон объявила, что умер не муж ее, Андрей Федорович, а умерла его супруга Ксения Григорьевна. С этого момента она действительно умерла для мiра, приняв на себя тяжелейший подвиг – подвиг юродства Христа ради на следующие 45 лет. Она надела на себя одежду мужа и взяла его имя, не откликалась на свое женское имя, как бы продлевая жизнь супруга для замаливания его грехов, ибо имела с ним в браке единое тело, раздала бедным и знакомым имущество, включая свой дом. Не имея постоянного места жительства, ходила босая, в лохмотьях, в которые с годами превратилась одежда мужа, целые ночи простаивала в молитве в полях за городом.

В эти годы на Смоленском кладбище строилась новая каменная церковь во имя Смоленской иконы Божией Матери. Рабочие, трудившиеся на строительстве храма, стали замечать вдруг странные вещи. За время их отсутствия ночью кто-то носил кирпичи на леса строящейся церкви. А когда они решили узнать, кто этот добровольный помощник, то увидели, что это блаженная Ксения трудится по ночам, перетаскивая кирпичи на леса.

За эти подвиги Господь удостоил блаженную Ксению дара прозорливости. Так, она предсказала время кончины Императрицы Елисаветы Петровны и юного Императора Иоанна Антоновича, помогла одной девице избежать брака с беглым каторжником, выдававшим себя за убитого им полковника. Жители Петербургской стороны замечали, что если блаженная возьмет на руки больное дитя или благословит его, оно непременно выздоровеет. Если возьмет какую-нибудь мелочь из лавки купца – торговля будет успешной. Если она зайдет в дом, то в доме будут царить мир и согласие. Благодаря этим чудесным дарам Божиим Ксения пользовалась необычайной популярностью у петербуржцев.

Восемь лет провела она в странствиях за пределами столицы. Перед смертью умоляла всех усиленно молиться о спасении ее души. «А кто за меня здесь помолится, за того я помолюсь там!», – прибавляла она. Похоронена на том Смоленском кладбище в Петербурге, где тайно помогала строить храм.

Умерла св. Ксения не в безвестности, ее святые мощи были погребены с честью, ее могила на Смоленском кладбище почиталась все это время. Тем не менее точной даты и даже года ее кончины мы не знаем. И это символично отображает всю степень ее отрешенности от міра. За это и была дана Богом св. Ксении благодатная сила любви – помогать людям в их, казалось бы, простых житейских делах.

На могиле ее в 1902 г. была сооружена часовня, в которой до революции безпрерывно служились панихиды по блаженной Ксении. Впрочем, задолго до своего прославления блаженная Ксения была прославлена народом, к ее часовенке не прерывался людской поток с просьбами о помощи и заступничестве. И по вере своей люди получали просимое. Известны безчисленные случаи ее помощи в самых разных нуждах и бедах. Земля с ее могильной насыпи по горсточкам разносилась богомольцами. Тогда над могилой была положена каменная плита, но и ее разбили верующие на мелкие кусочки и разнесли по домам.

В советское время часовня была забита досками и окружена забором, на котором множество людей прикрепляли свои записочки с просьбами к святой. В настоящее время часовня отреставрирована и доступна для молящихся, поток которых к мощам блаженной святой нарастает от года к году.

О скромности святой и величии ее подвига юродства символично свидетельствует и то, что блаженная Ксения Петербургская, почти два века почитаемая народом как Христа ради юродивая, была официально причислена к лику святых лишь в 1978 г. Русской Зарубежной Церковью (и Московской Патриархией в 1988 году).

Взято здесь: http://www.rusidea.org/?a=25020602

Виталий_и_Марина (pravoslavie) все записи автора

Откуда сегодня берутся мученики

Адрес статьи: http://www.pravoslavnye.org/index.p...10-25-22-15-170 

 

Виталий_и_Марина (pravoslavie) все записи автора

 Почти восемь веков прошло с момента основания Лавришевского монастыря, основателем которого был преподобный Елисей. На берегу реки Неман в отдаленных местах от людей, среди лесов и болот подражая древним пустынножителям, начал свой подвиг святой Елисей.  

 Далее  http://pravoslavnye.org/index.php?o...4&Itemid=32 

Виталий_и_Марина (pravoslavie) все записи автора

  Интернет-портал «Елисеевские чтения» объявляет открытый публичный конкурс «Мой приходской храм» на лучшую статью с целью предоставления пользователям сети Интернет информации о прекрасных православных храмах.

Духова (pravoslavie) все записи автора Из интервью с заведующей кафедрой теории и истории языка ПСТГУ Л.И. Маршевой. Печатается в сокращении.

Церковнославянский язык — один из немногих языков мира, имеющих статус сакрального (сейчас таких лингвосистем порядка 10). С генетической точки зрения данный язык является прямым потомком старославянского языка. Последний был создан в середине IX века святыми братьями Кириллом и Мефодием и изначально предназначался для перевода греческих богослужебных книг. То есть литургическая функция была заложена в нем исконно и намеренно.
Старославянский язык очень быстро распространился на разных славянских территориях, и в конце Х века, вместе с Крещением, пришел на Русь, где в результате адаптации перерос в церковно-славянский язык. Иными словами, богослужебный язык, используемый в современной литургической практике, насчитывает более десяти столетий непрерывной истории, которая восходит к миссионерско-просветительской деятельности славянских Первоучителей.
Более того, русский язык, берущий свое начало также в конце Х века, всегда развивался в непротиворечивом добрососедстве двух стихий: устно-разговорной и книжно-письменной, что представлено по преимуществу именно церковнославянскими образцами.
Данное обстоятельство, безусловно, наложило отпечаток на общий характер русского языка, в который органично вписались, обогатив его, старославянизмы и церковнославянизмы. Рядовой участник коммуникации даже не ощущает их инаковости: бытие, воскликнуть, глава, изгнание, прах, прекрасный, хождение…
Церковнославянский язык, выполняя богослужебную функцию, характеризуется стилистической однородностью, поскольку ориентирован только на называние «высоких» материй. При этом, взятый как автономная система, он абсолютно нейтрален, не окрашен — настроен на один эмоциональный и экспрессивный регистр.
Данное обстоятельство резко отличает церковнославянский язык от русского, который разбит на несколько функциональных стилей, ранжирующихся содержательно и структурно. Из предыдущих рассуждений вроде бы получается, что церковнославянский язык — некий стабильный монолит, скучно однообразный и абсолютно неперспективный. И это тоже ложное впечатление.
До начала XVIII столетия церковнославянский язык был полифункциональной системой. Так, на нем по преимуществу написана древнерусская художественная литература, официально-деловые памятники, научно-богословские труды. Книжно-письменный язык обслуживал 167 жанров -- сакральных, мемориальных, агиографических…
Церковнославянский язык обладает свойством нормированности, то есть в нем представлены образцы письма, чтения, грамматики, лексики. Наконец, как и любая другая литературная форма, богослужебный язык кодифицирован — его престижные модели зафиксированы в авторитетных источниках. Богослужебный язык — динамично развивающаяся система, что наглядно демонстрирует новейшее время, когда интенсивно пишутся акафисты и службы новопрославленным святым.
Те, кто ратуют за переход в богослужении на русский язык, говорят о запутанности церковнославянского синтаксиса и морфологии. Но любому человеку, владеющему азами лингвистической теории и обладающему логическим мышлением, по силам найти в предложении грамматическую основу (подлежащее и сказуемое), присоединить к ней другие члены, выстроить их в привычный для современного уха и глаза порядок — и уловить смысловую нить. Ведь недаром подсчитано: русский и церковнославянский языки имеют до 80 процентов схожих синтаксических и морфологических структур.
Общеизвестно, что в настоящее время церковнославянский язык является официальным, «рабочим» языком Русской Православной Церкви. Он благословлен высшей духовной иерархией. Разумеется, и здесь находится контраргумент: зачем использовать непонятный церковнославянский, когда есть русский — общегосударственный, общеупотребительный, общеобязательный для всех граждан Российской Федерации. Вновь приходится напоминать: устно-разговорная и книжно-письменная (церковнославянская) разновидности всегда находились в отношениях дополнительного распределения: то, что можно было выразить в одном коде, не вербализировалось в другом. И самое главное — никаких осложнений при коммуникативном переориентировании не возникало. И именно поэтому многочисленные альтернативные попытки создания литургии на русском, украинском и белорусском и иных языках всякий раз оборачивались неудачей, а посему отнесены церковными иерархами к маргинальным.
Надо честно и смиренно признать: вопрос о затемненности церковнославянского языка лежит не столько в собственно лингвистической плоскости, сколько в элементарной непросвещенности большинства православных верующих.
Да, понять церковнославянские тексты действительно непросто. Для решения данной проблемы можно предложить многоплановые варианты: создание специальных церковнославянско-русских словарей, переводов (учебных, экзегетических, художественных и проч.), учебно-методических пособий, которые бы учитывали специфику разных аудиторий (в зависимости от возраста, образования, литургического опыта и т. п.). Иными словами, требуются меры по масштабной популяризации церковно-славянского языка.
И здесь нельзя не упомянуть о чрезвычайно важном аспекте. Язык Русской Православной Церкви включен в научной типологии в разряд классических. Связано это с его актуальной и высокой социокультурной ценностью. Данное обстоятельство в свою очередь влечет за собой необходимость преподавания богослужебного языка в средней и высшей школе, с тем, чтобы шла непрерывная передача его знания.
Каждому человеку, приходящему в храм и искренно верящему, что его молитва дойдет до Господа, необходимо приложить максимум усилий для познания богослужебного языка.

По материалам сайта Патриархия.ru

ПономарЬ (pravoslavie) все записи автора

Дамы и господа, мальчики и девочки, братья и сестры!

Мои друзья, студенты православного Свято-Тихоновского университета, записывают подкаст на православную тематику (http://tn.rpod.ru).
Ребята обсуждают новости недели и отвечают на вопросы слушателей. Некоторые выпуски тематические. Очень интересны рассказы о их собственных поездках.

Дело начато недавно, поэтому не судите строго. Надеюсь, что понравится :)

Валера_Богуславский (pravoslavie) все записи автора

Сегодня Православная Церковь празднует память Святых благоверных князей-страстотерпцев Бориса и Глеба.

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб († 1015), – сыновья св. Князя Владиміра. Они с детства отличались благочестием и братскою любовью друг к другу и к другим братьям, являя собою идеал христианской кротости.
Еще при жизни отца святой Борис получил в удел Ростов. Управляя своим княжеством, он проявил мудрость и кротость, заботясь прежде всего о насаждении Православной веры и утверждении благочестивого образа жизни среди подданных. Молодой князь прославился также как храбрый и искусный воин.

Незадолго до своей смерти великий князь Владимір призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Когда последовала кончина св. Владиміра, старший сын его, язычник Святополк, бывший в то время в Киеве, объявил себя Великим князем Киевским. Святой Борис в это время возвращался из похода, так и не встретив печенегов, вероятно, испугавшихся его и ушедших в степи. Узнав о смерти отца, он сильно опечалился. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!».

 

Читать далее

Валера_Богуславский (pravoslavie) все записи автора
Митрополит Калужский и Боровский считает, что государство должно защитить народ от насилия и безнравственности

Митрополит Калужский и Боровский Климент, председатель Издательского совета Русской Православной Церкви считает, что, несмотря на устремленность сегодняшнего российского общества к Православию, велика опасность того, что обращение к вере для многих станет лишь поверхностным, модным увлечением. "Это не ожидаемая опасность, это так и есть. Если сравнить 1960-е или даже 1980-е годы и настоящее время, то теперь в храм приходит другой контингент людей. Подавляющее число верующих в 1960-е годы не знало, что такое телевидение. В 1970-е – даже если и знали, то телевидение тогда не оказывало настолько пагубного влияния, как сейчас: были другие передачи, и люди не смотрели так много телевизор. А сейчас даже тот, кто регулярно ходит в храм, много времени проводит у телевизора, а молодежь – и за компьютером. И это не только среди мирян, но и среди духовенства. Телевизор оказывает большое воздействие на сознание человека, и чаще всего это влияние отрицательное. Отмечу, что, сидя у телеэкрана, пастырский опыт не приобретешь и путь христианской жизни не познаешь. Даже если смотреть православные передачи, через них можно только узнать, но не познать. Все познается через личный опыт. Зная, но не прилагая знания к своей собственной жизни, можно только рассуждать, вести умные разговоры на духовные темы, можно даже давать советы, но эти советы никому не помогут. Если сам человек не идет вслед Христа, он не сможет приблизиться к Нему и никого к Нему не приведет. Господь сказал, что спасется не тот, кто знает Его заповеди, но тот, кто их исполняет", – сказал владыка в интервью порталу Православие.Ru.
"Очень многие сегодня признают себя православными, но живут вне церковной традиции, вне христианской нравственности. Человек принял крещение, надел крестик, но в своем сознании он не стал Христовым. В крещении он родился для новой жизни, жизни во Христе. Но поскольку человек ничего не делает, чтобы расти духовно, то и после крещения вся его жизнь остается по-прежнему полностью погруженной в суету и светские занятия, он становится мертворожденным духовно. Даже если он какое-то время ходит в храм, к таинствам он приступает механически, в нем нет живого обращения к Богу, нет искреннего покаяния. У Чехова, если я правильно помню, есть замечание о дереве, которое высохло, но качается вместе с другими. Вот и человек, который не имеет постоянного духовного упражнения, подвига, аскезы, стоит вместе с другими в храме, крестится, кланяется, но духовно он мертв. Рано или поздно он отходит от общины, от храма. Он признает, что Христос есть, но живет сам по себе, вспоминая о Боге, о Церкви, о своей душе лишь время от времени. Хорошо, если еще вспоминает, а то, бывает, просто механически приходит в храм на праздники или для того, чтобы окрестить своих детей, потому что родители настояли, или затем, чтобы освятить кулич на Пасху или сходить с детьми на рождественскую елку. Этим равнодушным состоянием крещеных людей – нашей паствы – и определяются основные проблемы внутрицерковной жизни. А если такой человек уже в священном сане, то это усугубляет ситуацию и порождает проблемы современного пастырства", – отметил архипастырь.
Одной из проблем современной церковной жизни митрополит Климент назвал распространившийся в современном обществе индивидуализм

Валера_Богуславский (pravoslavie) все записи автора
Сегодня мы православные празднуем память святителя Иннокентия, архиепископа Херсонского и Таврического.

Святитель Иннокентий, архиепископ Херсонский и Таврический (в миру Иван Алексеевич Борисов) родился 15 декабря 1800 года в городе Ельце Орловской губернии в семье священника Успенской церкви Алексия Борисова.
Родители преосвященного Иннокентия были люди простые, доброй жизни. Отец Алексей Борисов получил домашнее образование. Из низших степеней клира он дослужился до священника и старался в частых проповедях донести до прихожан слова отцев и учителей Церкви.
Мать преосвященного Иннокентия Акилина была женщина неграмотная, но умная и набожная. Крест и молитва были главным основанием всей её жизни, всех её мыслей, действий и поступков. У неё была своя домашняя аптека, состоявшая из разных трав и цветов, росного ладана, благословенных хлебов, елеев от чудотворных икон, Богородичных просфор и подобных сим священных предметов. Ими она врачевала себя и своих детей. В родительском доме Иван изучил славянскую азбуку, Часослов и Псалтирь и научился письму.
В 1819 году Иван Борисов окончил курс семинарского учения с отличным успехом и поступил в Киевскую Духовную Академию. Здесь он предался изучению наук с таким жаром, что иногда целые ночи проводил за книгой. Повинуясь внутреннему призванию, более всего занимался он составлением и обработкой проповедей.
В 1823 году 23-летний Иван Алексеевич окончил полный курс академического учения первым магистром и был определён в Санкт-Петербургскую Духовную Семинарию на должность инспектора и профессора Церковной истории, но не прошло и трёх месяцев, как он занял и должность ректора Санкт-Петербургского Александро-Невского Духовного училища. Здесь же он принял пострижение в монашество с именем Иннокентий и был рукоположен в иеромонаха. В декабре 1824 года отец Иннокентий назначается бакалавром богословских наук в Санкт-Петербургской Духовной Академии, а через несколько месяцев её инспектором и экстраординарным профессором. В марте 1826 года он возводится в сан архимандрита.
Лекции свои отец Иннокентий обыкновенно преподавал наизусть. Он внимательно следил за современным состоянием и успехами естественных наук, и в его воззрениях эти знания не только не противоречили, но наилучшим образом служили богословию.
В свойствах своей любвеобильной души архимандрит Иннокентий черпал искусство скреплять в среде профессоров добрую общительность и повсюду вносил мир и успокоение. За девять лет ректорства отца Иннокентия академическая семья думала с ним одну думу, жила с ним одною жизнью. Со студентами Академии отец ректор всегда обходился ласково и благородно. Особенно добрым и внимательным бывал он к ним тогда, когда их постигало какое-либо горе, например, серьёзная болезнь. Помочь в этой беде несчастному — составляло тогда для ректора всю его главную заботу. Он жертвовал в этом случае не только своими средствами, но иногда даже и своими жизненными удобствами.
Особую славу отца Иннокентия составляет необыкновенный проповеднический талант