Поль_Корде (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора Когда теряет равновесие
твое сознание усталое,
когда ступеньки этой лестницы
уходят из под ног,
как палуба,
когда плюет на человечество
твое ночное одиночество, --

ты можешь
размышлять о вечности
и сомневаться в непорочности
идей, гипотез, восприятия
произведения искусства,
и -- кстати -- самого зачатия
Мадонной сына Иисуса.

Но лучше поклоняться данности
с глубокими ее могилами,
которые потом,
за давностью,
покажутся такими милыми.
Да.
Лучше поклоняться данности
с короткими ее дорогами,
которые потом
до странности
покажутся тебе
широкими,
покажутся большими,
пыльными,
усеянными компромиссами,
покажутся большими крыльями,
покажутся большими птицами.

Да. Лучше поклонятся данности
с убогими ее мерилами,
которые потом до крайности,
послужат для тебя перилами
(хотя и не особо чистыми),
удерживающими в равновесии
твои хромающие истины
на этой выщербленной лестнице.

Иосиф Бродский
1959
__
Ему было 19 лет...

Поль_Корде (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора I

В северной части мира я отыскал приют,
в ветреной части, где птицы, слетев со скал,
отражаются в рыбах и, падая вниз, клюют
с криком поверхность рябых зеркал.

Здесь не прийти в себя, хоть запрись на ключ.
В доме -- шаром покати, и в станке -- кондей.
Окно с утра занавешено рванью туч.
Мало земли, и не видать людей.

В этих широтах панует вода. Никто
пальцем не ткнет в пространство, чтоб крикнуть: "вон!"
Горизонт себя выворачивает, как пальто,
наизнанку с помощью рыхлых волн.

И себя отличить не в силах от снятых брюк,
от висящей фуфайки -- знать, чувств в обрез
либо лампа темнит -- трогаешь ихний крюк,
чтобы, руку отдернув, сказать: "воскрес".

еще 4 части

Поль_Корде (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора Откуда ни возьмись -
как резкий взмах -
Божественная высь
в твоих словах -
как отповедь, верней,
как зов: "за мной!" -
над нежностью моей,
моей, земной.
Куда же мне? На звук!
За речь. За взгляд.
За жизнь. За пальцы рук.
За рай. За ад.
И, тень свою губя
(не так ли?), хоть
за самого себя.
Верней, за плоть.
За сдержанность, запал,
всю боль - верней,
всю лестницу из шпал,
стремянку дней
восставив - поднимусь!
(Не тело - пуст!)
Как эхо, я коснусь
и стоп, и уст.
Звучи же! Меж ветвей,
в глуши, в лесу,
здесь, в памяти твоей,
в любви, внизу
постичь - на самом дне!
не по плечу:
нисходишь ли ко мне,
иль я лечу.

Иосиф Бродский
1960е

Поль_Корде (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора Страницу и огонь, зерно и жернова,
секиры острие и усеченный волос -
Бог сохраняет все; особенно - слова
прощенья и любви, как собственный свой голос.

В них бьется рваный пульс, в них слышен костный хруст,
и заступ в них стучит; ровны и глуховаты,
затем что жизнь - одна, они из смертных уст
звучат отчетливей, чем из надмирной ваты.

Великая душа, поклон через моря
за то, что их нашла, - тебе и части тленной,
что спит в родной земле, тебе благодаря
обретшей речи дар в глухонемой вселенной.

Иосиф Бродский

мечты_о_дожде (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора

 Каждый пред Богом
         наг.
     Жалок,
        наг
         и убог.
     В каждой музыке
         Бах,
     В каждом из нас
         Бог.
     Ибо вечность --
         богам.
     Бренность --
         удел быков...
     Богово станет
         нам
     Сумерками богов.
     И надо небом
         рискнуть,
     И, может быть,
         невпопад
     Еще не раз нас
         распнут
     И скажут потом:
         распад.
     И мы
        завоем
         от ран.
     Потом
         взалкаем даров...
     У каждого свой
         храм.
     И каждому свой
         гроб.
     Юродствуй,
        воруй,
         молись!
     Будь одинок,
         как перст!..
     ...Словно быкам --
         хлыст,
     вечен богам
         крест.

contredanse (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора УТОЧНЕНИЕ

Откуда ни возьмись -
как резкий взмах -
Божественная высь
в твоих словах -
как отповедь, верней,
как зов: "за мной!" -
над нежностью моей,
моей, земной.
Куда же мне? На звук!
За речь. За взгляд.
За жизнь. За пальцы рук.
За рай. За ад.
И, тень свою губя
(не так ли?), хоть
за самого себя.
Верней, за плоть.
За сдержанность, запал,
всю боль - верней,
всю лестницу из шпал,
стремянку дней
восставив - поднимусь!
(Не тело - пуст!)
Как эхо, я коснусь
и стоп, и уст.
Звучи же! Меж ветвей,
в глуши, в лесу,
здесь, в памяти твоей,
в любви, внизу
постичь - на самом дне!
не по плечу:
нисходишь ли ко мне,
иль я лечу.

мечты_о_дожде (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора

Когда теряет равновесие 
твое сознание усталое, 
когда ступени этой лестницы 
уходят из под ног, как палуба, 
когда плюет на человечество 
твое ночное одиночество, - 
ты можешь 
размышлять о вечности 
и сомневаться в непорочности 
идей, гипотез, восприятия, 
произведения искусства, 
и – кстати – самого зачатия 
Мадонной сына Иисуса. 
Но лучше поклоняться данности 
с глубокими ее могилами, 
которые потом, 
за давностью, 
покажутся такими милыми. 
Да. 
Лучше поклоняться данности 
с короткими ее дорогами, 
которые потом 
до странности 
покажутся тебе 
широкими, 
покажутся большими, пыльными, 
усеянными компромиссами, 
покажутся большими крыльями, 
покажутся большими птицами. 
Да. Лучше поклоняться данности 
с убогими ее мерилами, 
которые потом до крайности, 
послужат для тебя перилами 
(хотя и не особо чистыми), 
удерживающими в равновесии 
твои хромающие истины 
на этой выщербленной лестнице

gracija (СЕРЕБРЯНЫЙ_ВЕК) все записи автора

М.Б.

Дорогая, я вышел сегодня из дому поздно вечером
подышать свежим воздухом, веющим с океана.
Закат догорал в партере китайским веером,
и туча клубилась, как крышка концертного фортепьяно.

Четверть века назад ты питала пристрастье к люля и к финикам,
рисовала тушью в блокноте, немножко пела,
развлекалась со мной; но потом сошлась с инженером-химиком
и, судя по письмам, чудовищно поглупела.

Теперь тебя видят в церквях в провинции и в метрополии
на панихидах по общим друзьям, идущих теперь сплошною
чередой; и я рад, что на свете есть расстоянья более
немыслимые, чем между тобой и мною.

Не пойми меня дурно. С твоим голосом, телом, именем
ничего уже больше не связано; никто их не уничтожил,
но забыть одну жизнь — человеку нужна, как минимум,
еще одна жизнь. И я эту долю прожил.

Повезло и тебе: где еще, кроме разве что фотографии,
ты пребудешь всегда без морщин, молода, весела, глумлива?
Ибо время, столкнувшись с памятью, узнает о своем бесправии.
Я курю в темноте и вдыхаю гнилье отлива.


1989 г.
*Последнее написанное стихотворение И. Бродского