Видфара все записи автора Началась игра с того что сенат приступил к изданию законов, но, написав один закон о запрете на право ношения оружия, дело встало. Север отлучился, сказав, что хочет узнать про цены на рынке, но я сразу смекнул, что он пошел вербовать себе лучших рабочих. Моя интуиция меня не обманула, через какое то время он вернулся уже со списком людей, о которых не стал распространяться. Не теряя время, пока другие патриции не перешли в наступление, я отправился на поиски своих верных рабочих. Дело оказалось не трудным, на выходе из сената уже толпилась огромная масса разношерстного народа любых профессий и все требовали работы. Выбрав двух добротных землепашцев (кажется Тиберий Гораций), одного опытного лекаря (имя не помню) и одного коренастого бойца по имени Тит, я отправил их на свои владения ждать дальнейших указаний. А сам отправился на форум, но не успел дойти, кто-то меня тихо окликнул из подворотни.

Небольшой человек в капюшоне, хитро ухмыляясь, отвел меня в сторону и сообщил, что он наёмный убийца и за умеренную плату готов выполнить любой мой заказ на убийство кого угодно. Ошеломлённый таким безрассудным поведением с его стороны, я все-таки был рад, что он подошел именно ко мне и попал по адресу. Я решил нанять его на работу как землепашца для конспирации, а в дальнейшем платить ему деньги за убийства неугодных мне лиц. С моими условиями он согласился, а это означало, что моя команда была собрана, чем я был доволен. Далее я все так отправился на форум и закупил там два инструмента для своих землепашцев. Раздав инструменты и выплатив каждому по одной драхме, я отправился в храм помолиться богам. Там я узнал, что для благословения одного моего землепашца нужно заплатить аж пять драхм, что даст мне в итоге две дополнительные пище-единицы за сезон, что равнялось бы четырем драхмам, ели покупать их на форуме. Я конечно не математик, но это было явно невыгодное благословение со стороны богов. Негодуя, я пожертвовал храму безвозмездно одну драхму, помолился и удалился восвояси. Первый сезон оказался довольно таки продуктивным. Во внутренней политике я получил прирост рабов, которых я не использую, так как считаю недостойным принуждать людей работать, поэтому я сразу их распустил. На моих землях уродилось восемь пище-единиц, пять из которых я по уговору раздал своим людям. В итоге я оказался в прибыли, поэтому отправился на форум и докупил еще два инструмента, отдав их бойцу Титу и медику. Работа на Авентине продолжилась с удвоенной скоростью. Как-то, прогуливаясь по главной площади, меня остановил некий человек, назвавший себя Га Ноций, за ним шла огромная ликующая толпа. Га Ноций поведал мне, что он сын новой веры. Веры, в которой был единый бог, который не требовал жертвоприношений, который помогал всем нуждающимся. Его слова несколько заинтриговали меня, но я не стал тут же клясться ему в верности, дабы не прогневать богов, которым я поклонялся с младенчества, поэтому я заверил, что подумаю над его словами. В толпе, идущей за ним, я увидел несколько знакомых лиц. Не может быть, это были мои люди! Как могли они, будучи у меня на службе, работая на моих полях, находящихся под защитой моих богов, так вероломно их предать? Такого сумасбродства я никак от них не ожидал, ведь это было сродни измене. Вечером того же дня, я собрал их всех и потребовал ответа, кто из них вступил в эту новую веру. Сначала поднялась одна рука, потом вторая, а потом и все они подняли руки. Я был в гневе, как мог этот шарлатан промыть мозги всем им сразу, всего лишь пообещав им бога который ничего не требует, всем помогает и все прощает? Не бывает такого! Я стал им разъяснятьчто, во-первых, отрекаясь от наших богов, они могут прогневать их и навлечь на себя страшное проклятие, во-вторых, наши боги неоднократно проявляли себя, посылая на нас благодать, когда мы приносили им жертвы и насылали на нас бедствия, когда мы забывали о них и, в-третьих, у бога Га Ноция даже нету храма, в то время как храмы наших богов всегда открыты для верующих, и именно эти храмы могут защитить от кровопролитий. Мои аргументы убедили моих недальновидных рабочих, я немедленно отправил их в храм замаливать свой грех. Один из них, пахарь Тиберий, перед самым храмом сбежал, пытаясь подговорить на это остальных, но больше никто его не послушал. В оставшихся людях я могу быть уверен теперь.
Наблюдая за происходящим в Риме расколом, я созвал сенат и объявил, что так больше не может продолжаться. Государство разделилось на две части: староверы и приверженцы Га Ноция. Даже один из сенаторов, мой брат Север, как оказалось, уже встал на их сторону. Но все же многие люди не хотели принимать эту новую веру, что означало непременные конфликты в народе на религиозной почве. Единственным, на мой взгляд, выходом было устранение Га Ноция, что привело бы к самораспаду зародившейся веры, так сказать ударить в корень. Крайняя мера убийство, все таки могла повлечь за собой недовольства и бунт (интересный факт, когда мы обсуждали, возможно ли убить Га Ноция, народный трибун находился вместе с нами, о чем мы даже забыли, он еще и плюс ко всему тоже был сторонником новой веры, но так как он уже метил в ряды сенаторов, что возможно было только при нашей поддержке, он воздержался от комментариев). Надо было найти другой способ избавиться от Га Ноция. Ничего не придумав, мы издали указ, по которому все христиане, должны выплачивать ежегодный налог через Га Ноция. Деньги в казне не лишние. Хоть как то наживемся на этом. Выяснилось также, что мой бывший пахарь Тиберий теперь работает у моего брата Севера, поощряющего у своих рабочих новую веру. Я категорически потребовал от него компенсации за утраченного мною рабочего, и ему пришлось отдать мне своего личного носильщика (Ольга), это конечно не пахарь, но тоже неплохо. Вручив ей инструмент, отобранный у нерадивого пахаря, я отправил ее на поля. Пора было задействовать моего личного наёмного убийцу, так как появился неугодный мне Га Ноций. Мы придумали план, по которому убийца отравит еду и под каким либо предлогом отдаст ее кому следует. Но план этот провалился, оказалось, что Га Ноций вовсе не ест. Отравленную еду я забрал себе, мало ли, пригодится.
Следующий год начался ужасно. Выходка моих рабочих не осталась незамеченной. Боги прогневались и наслали неурожай на мои земли, в то время как на соседнем огороде капуста выдалась метр в диаметре. Благо предыдущие годы принесли мне достаточно средств для выплаты рабочим ( интересный факт : когда я выплатил еду рабочим, я вспомнил, что отравленная еда лежала вместе со всей едой, и теперь ее нету, перепугавшись я начал бегать по своим людям и искать среди их еды отравленную. Она оказалась у Ольги, что ее очень удивило, сославшись на то, что это была случайность, я дал ей другую еду и драхму в придачу, за моральный вред). Но были и хорошие вести. Закон о налоге с иноверцев был проигнорирован, что давало нам полное право осудить Га Ноция. В сенате мы приняли решение, что непременно вышлем его из страны, что будет являться лучшим средством для избавления от него. Когда мы собрали людей на суд, я заметил в толпе какое-то оживление, к сенатору (Некросу) подошел Га Ноций и незаметно протянул ему что-то. Люди, видевшие это, как и я в принципе, сразу предположили, что это взятка, особенно если учесть дальнейшую реакцию Некроса, который начал распускать людей и жестом поманил нас в сенат. В абсолютном непонимании мы готовы были разорвать его, но он опередил наш гнев, сказав, что ГаНоций выплатил весь налог до последней драхмы. Наши глаза полезли на лоб, а рты раскрылись, ведь мы были уверены, что они не соберут нужной суммы. Теперь мы оказались в тупике. Народ начинал уже негодовать и выказывать недовольство тем, что их вера притесняется и облагается налогами. Нужно было что-то решать. Сенатор Север высказал мнение, что нужно узаконить христианство и вообще установить свободу вероисповедания. В условии нарастающего народного недовольства у нас не было другого выхода, как и времени. В итоге новый закон о свободе вероисповедания был принят людьми на ура, особенно приверженцами Га Ноция. На повестке дня у нас было еще один неприятный инцидент с купцом Помпеем Максимусом (Хроносом), который вот уже год не доставлял то, за что ему были уплачены деньги. А по закону в этом случае мы должны были конфисковать его имущество. Дело осложнялось тем, что данный купец успел купить два клинка. У нас в распоряжении тоже было два меча, но что-то нам подсказывало, что с такими силами мы не справимся с ним, а ожидали мы самого худшего. В итоге было принято решение купить еще одно оружие и тогда на свой страх и риск вершить правосудие. Хронос конечно же был не согласен с решение суда и без боя не сдался. Наши воины загнали его в угол, но он как храбрый лев отбивался из последних сил. Собралась толпа народу, не часто удается поглазеть на такое представление. Вдруг из толпы появилось несколько человек с оружием, смекнув в чем дело я забил тревогу, на наших людей напали с тыла, влетев в гущу битвы я вырвал у нашего мертвого бойца оружие и прикончил одного из нападавших, наши воины справились со вторым, так в нашем распоряжении оказалось пять клинков, что дало нам еще большее преимущество против Хроноса. Тяжелораненый и истекающий кровью я начал руководить наступлением, пустив вперед воинов помясистее, сам я за их спинами подлетел к Хроносу и нанес ему смертельный удар. Падая на землю, он кинул свои клинки Катону Луцию (Дар-Дрим), который тоже не стал с ними расставаться без боя. В пылу сражения я заметил, что какой-то лекарь исцеляет раны Хроноса, и направился на него. С безоружным врагом было справиться не так уж и сложно, и пара ударов опять отправила его на землю (интересный факт: когда я в первый раз убил безоружного Хроноса, прибежал Марат, который вообще подумал что мы деремся в реале, затем он сообщил что игровые сражения без его участия нельзя проводить, согласившись, я отошел и снова бросился на Колю. Второй раз он опять умер ненадолго, Марат начал опять нас останавливать, крича, что я рано начал. Я так и не понял, в чем была суть данной операции, но он нас останавливал раза четыре). После всех этих битв я сразу отправился к своему лекарю, он залечил мои раны и мне сразу полегчало.
Мой брат, сенатор Север, созвал народ и сенат, чтобы предложить новый государственный строй, а точнее его отсутствие. Его идеей была раздача всех земель поровну людям, а также снабжение всех оружием. Больше всех возмущался сенатор Валериан. Он был категорически против, как и все остальные сенаторы. Я тоже не понимал, как мой брат мог до такого додуматься. Ведь это привело бы массовым убийствам. Но это и была цель Севера, он полагал, что после этой резни останутся только те люди, которые понимали бы, что оружием ничего не решишь. В этом конечно может и был бы какой то смысл, если бы не одно но: в таком государстве я бы не смог жить спокойно, каждый день опасаясь, что меня могут свободно, беспрепятственно убить. Я предлагал компромиссное решение: отдать земли народу, но правительство оставить, чтобы оно могло издавать законы и следить за их исполнением. Так же этот вариант предусматривал сбор налогов. Но Север не соглашался ни на что и стоял на своем и даже нашел отклик во многих людях. Эта дискуссия затянулась и могла бы продолжаться еще очень долго, если бы не жуткий инцидент, который надолго запомнится всем выжившим. Народный трибун, видимо тронувшись рассудком, завладел оружием и влетел с ним в толпу, убивая всех без разбору. Когда его остановили, на полу остались лежать десятки людей. Среди них одна из сенаторов. Даже меня ему удалось задеть. Это и стало окончательной точкой, народ увидел и понял, к чему бы привело беззаконие в государстве.
сенатор Древнего Рима
Сергей Маниус Бальба