Аглая_Юрьева (Читальный_зал) все записи автора
На это имя я обратила внимание давно. Оно мне жутко не понравилось. Я подумала, что никогда бы не стала читать книги этого автора. Но победила фамилия! Да плюс чей-то положительный отзыв в каком-то сообществе. Тогда я купила книжку подешевле, хотя никогда бы не купила с такой обложкой. В общем, сплошные парадоксы. Все так, как и должно быть у этого писателя, названного в честь полярного исследователя, - Роальда Даля.
Сначала мне показалось, что в этом сборнике рассказы подобраны "по нарастающей". К счастью, это оказалось не так. Автор балансирует на острие ножа и почти всегда удерживается. То, что у других могло бы вылиться в "чернуху", у Даля лишь намечено. Догадывайтесь и выстраивайте, мол, сами. Таковы, например, "Эдвард-завоеватель", "Кожа", "Шея", "Хозяйка пансиона". Намеки, разумеется, чрезвычайно прозрачны. Иногда автор заводит читателя (меня, то есть) на другую дорожку, а сам шагает по своей до развязки ("Фоксли Скакун", "Моя любимая, голубка моя", "Концы в воду"). Небольшие рассказы чрезвычайно динамичны ( со слогом автора нас удачно познакомил известный переводчик Игорь Богданов). На нескольких страницах автор успевает рассказать очень многое о прошлом, настоящем и даже будущем ("Хозяйка пансиона", "Маточное желе") своих героев. Героев? О. нет! В персонажах нет ничего героического, по большей части, напротив, они неприятны: они лживы, неверны, сладострастны, они лгут ради своей выгоды ("Четвертый комод Чиппендейла") и готовы на необдуманные поступки ценой не только своей жизни ("Концы в воду"), но других ("Пари", "Дорога в рай"). И они получают вознаграждение. Получают по заслугам. По делам своим. Но Даль никогда не морализирует. О, нет! Да и иронии очевидной я почему-то не углядела. На кого похож этот автор? "Маточное желе" одновременно напомнило и Кафку, и Эме. Только у Кафки страшно, а у Эме эротично. А у Даля что-то третье. "Хозяйка пансиона" почему-то отослала мою память к "Отелю "Танатос" А.Моруа, только нет никакой прагматики в поступке героини Даля. "Уильям и Мэри" - тут и А.Беляев, и дурацкий анекдот про жену, родившую глухое ухо. "Убийство Патрика Мэлони" я бы определила как цинично-пародийный детектив. В общем, ассоциаций, отсылок к читанному, виденному и слышанному оказалось много. Получается, что постмодернизм рулит! И будет, наверное, рулить долго, потому как все уже написано до нас, то есть до них.
Думаю, что представление об авторе я получила. Буду ли читать еще его рассказы? Не уверена. Но если что-то когда-нибудь попадется, не отложу в сторону.

Эрика_Иванова (Читальный_зал) все записи автора Прочла "Артиста миманса" http://www.erlib.com/Анатолий_Кузне...тист_миманса/1/ Анатолия Кузнецова.
Рассказ очень хороший.
Не могу судить, ибо я не Время, классика это или нет, но рассказ, конечно, написан профессионалом.
Правда, я бы несколько изменила композицию, и фразу: «Ну, надо же, — подумал Илья Ильич, — так просто сказала, ходя с восьмерок: „Мне, девки, недельки три еще — и до свидания“, - поместила бы в финале. И ваще всю историю с женой и смертью перенесла бы в финал. Понимаете, человек, перенесший большую беду, может научиться держать удар. Он может забыть о том, что перенес большую беду и сорваться по пустяку, но, вспомнив о своей стойкости в критической ситуации, обязательно восстановит равновесие внутри себя и сможет удар держать. Не даром ведь здесь, в рассказе, удар был совершенно буквальный, а не только виртуальный.
Ведь, право, не шаровой путевкой и не случайным успехом измеряется крепость духа и цельность личности. И даже не восстановлением эфемерной справедливости.
Вот это - "ходя с восьмерок" - едва касаясь разума, иррациональное, воздушное прощание, легчайшее легкомыслие без надрыва и пошлости - и есть высшая проба силы духа.
«Всё поверяй смертью» - не так глупо, не так глупо! ©
Изменение композиции позволило бы изменить акценты. Поговорку "Дьявол в деталях" я бы добавила - в композиции дьявола еще больше.

Светлана_Лякутина (Читальный_зал) все записи автора Вот и пришел Яблочный Спас... Хочу предложить вам прочитать отрывок из книги Ивана Шмелева "Лето Господне". Я думаю, что вам понравится...

«Завтра - Преображение, а послезавтра меня повезут куда-то к Храму Христа Спасителя, в огромный розовый дом в саду, за чугунной решеткой, держать экзамен в гимназию, и я учу и учу "Священную Историю" Афинского. "Завтра" - это только так говорят, - а повезут годика через два-три, а говорят "завтра" потому, что экзамен всегда бывает на другой день после Спаса-Преображения. Читать далее

Светлана_Лякутина (Читальный_зал) все записи автора Два года назад моя жизнь резко изменила свой темп. Раньше я все время куда-то бежала, все время была занята. Работа, работа... Нет, я конечно старалась быть "на уровне". Что-то читала, что-то смотрела, куда-то ходила... И вдруг, все! Кровать, телевизор, полки с книгами. И куча свободного времени... В общем, стараясь поддерживать как-то свой "культурный минимум", читаю, смотрю, слушаю, удивляюсь! Удивляюсь - как много всего интересного, за суетой пропущенного! Как много людей умных, талантливых, одержимых! К чему это я? ДА! Зимой прочитала книгу Джонатана Коу "Дом сна" и пообещала себе, что обязательно прочитаю еще что-нибудь этого писателя. Обещание свое, наконец, выполнила, прочитала "Какое надувательство!" и… буду читать Коу еще, очень нравится! Я сделала небольшой обзор книг Коу и хочу поделиться с вами. Пост получился большой, но... не судите строго!

Читать далее

Светлана_Лякутина (Читальный_зал) все записи автора Да... Весна... Когда-то я каждую весну тоже мучительно думала, как же?! Как же сбросить эти несколько накопленных за зиму (для тепла) килограмм и выглядеть достойно в прикупленном летнем платьице. Сейчас... Сейчас я на вынужденном домашнем карантине, да и поражать своими формами в общем-то некого... Зато моя дочь теперь каждую весну мучается той же проблемой, прикупила абониментик и изнуряет себя всякими жуткими изнурениями. Брр! Фигурка у нее то что надо, хотя теперь эта фигурка побаливает немного... Ну так, красота ж требует этих, жертв! Решила поискать в Инете что-нибудь приободряющее (мол, жервт таких много!) и нашла чудненький рассказик. Почитайте и улыбнитесь!

Рассказ. Эльвира Лано. Как лечить ожирение больших пальцев?

Рано или поздно эта мысль посещает каждую особу женского пола.

Читать далее

Светлана_Лякутина (Читальный_зал) все записи автора
Жизнь Татьяны Снежиной, поэтессы,
композитора, автора и исполнителя
своих песен, трагически оборвалась
в самый расцвет ее таланта.
Творчество этой одаренной, прекрасной
девушки получило признание после ее
гибели...

Читать далее

dark_f0x (Читальный_зал) все записи автора ...Народная молва придумала легенду, будто гора, узрев совершённое мною злодеяние, вскрикнула и хотела обрушить на меня скалу, дабы раздавить за содеянное тут же, на месте. Но архангел Гавриил удержал скалу десницею своею, поскольку Господь выбрал для меня иное наказание, нежели смерть. Ещё говорят, что тело Авеля я носил на своей спине целых сорок лет. Так вот ничего подобного, разумеется, не было. Всё это послух людской. Не кричала земля, не сходил архангел, мой брат просто упал и затих. Я бросился к нему, попытался поднять, привести в сознание, но всё оказалось напрасно, он был мёртв. Когда я осознал это, то бросился бежать. Я испугался и не знал, что мне теперь делать. Долги можно отдать, можно найти другую любовь, можно изменить свою жизнь, но нельзя воскресить человека. То, что произошло, было непоправимо. Так просто и так бесповоротно. Один удар, и уже не изменить, не искупить, не отмолить, не исправить, ничего невозможно. Страшно! Как это страшно!

КАИН

kovalaris (Читальный_зал) все записи автора

"Сейчас эпоха всеобщих расставаний. Кого разлучает жизнь, кого смерть. Это уже становится скучным. Вам не кажется? Сегодня разлука тривиальна, а оригинальна как раз встреча. Она почти как чудо…"

   Юкио Мисима "Исповедь маски"

 В России судьбу Юкио Мисимы принято трактовать в рамках концепта эстетского жизнестроительства. Как движение к идеалу, через опьянение красотой, через очарованность смертью. Не жизнь управляет творчеством, а творчество исправляет жизнь. Американцы и европейцы куда прямолинейней: «В узком кругу Мисима был известен, как человек загадочный и противоречивый. Будучи завсегдатаем токийских ночных клубов для гомосексуалистов, он был женат и имел двоих детей». Мисима был садомазохистом. Первый раз испытал чувственное удовлетворение, когда посмотрел на картину Гвидо Рени «Святой Себастьян», на которой изображен юноша, пронзенный стрелами. Его часто ставят в ряд с Оскаром Уайльдом или Жаном Жене. И для Мисимы «служение красоте» стало своеобразным алиби, щитом против репрессивных общественных установок.

Читать далее

 

kovalaris (Читальный_зал) все записи автора

Удивительным образом эта книга попала ко мне в руки. Среди новинок на книжных полках она вызывающе смотрела на меня глазами из прорезей маски и кричала своим названием " Суад. Сожженная заживо." Как оказалось, это бестселлер, взорвавший Европу в 2003 году, сейчас переживает второе издание.

...Добродетельная женщина не смеет смотреть в глаза мужчины...
...Воистину добродетелен муж, дающий хлеб и кров женам своим...
...Позор деве, достигшей четырнадцатилетнего возраста, но все еще не имеющей мужа...
...По согласию семьи жениха верблюды в калыме могут быть заменены на равноценное число овец, ослов, коз или золота...
...Младшая сестра не может вступить в брак до того момента, пока хоть одна из её старших сестер остается незамужней...
...Обесчестившая семью да будет предана самой лютой смерти и забыти всеми...

"Я девушка, а девуш­ка должна идти быстро, низко опустив голову, словно она считает ша­ги. Глаза ее не должны ни подниматься, ни ухо­дить вправо и влево от дороги, потому что, если вдруг встретятся с гла­зами мужчины, вся де­ревня сочтет, что она шармута". Этими словами начинается повествование о палестинской девушке Суад, живущей на западном берегу реки Иордан.

Читать далее

kovalaris (Читальный_зал) все записи автора

  

   Прекрасные летние дни, спокойное Черное море.

   Пароход перегружен людьми и кладью, - палуба загромождена от кормы до бака.

   Плавание долгое, круговое - Крым, Кавказ, Анатолийское побережье, Константинополь...

   Жаркое солнце, синее небо, море лиловое; бесконечные стоянки в многолюдных портах с оглушающим грохотом лебедок, с бранью, с криками капитанских помощников: майна! вира! - и опять успокоение, порядок и неторопливый путь вдоль горных отдалений, знойно тающих в солнечной дымке.

   В первом классе прохладный бриз в кают-компании, пусто, чисто, просторно. И грязь, теснота в орде разноплеменных палубных пассажиров возле горячей машины и пахучей кухни, на парах под навесами и на якорных цепях, на канатах на баке. Тут всюду густая вонь, то жаркая и приятная, то теплая и противная, но одинаково волнующая, особая, пароходная, мешающаяся с морской свежестью. Тут русские мужики и бабы, хохлы и хохлушки, афонские монахи, курды, грузины, греки... Курды, - вполне дикий народ, - с утра до вечера спят, грузины то поют, то парами пляшут, легко подпрыгивая, с кокетливой легкостью откинув широкий рукав и плывя в расступившейся толпе, в лад бьющей в ладоши: таш-таш, таш-таш! У русских паломников в Палестину идет без конца чаепитие, длинный мужик с обвисшими плечами, с узкой желтой бородой и прямыми волосами вслух читает Писание, а с него не спускает острых глаз какая-то вызывающе независимая женщина в красной кофте и зеленом газовом шарфе на черных сухих волосах, одиноко устроившаяся возле кухни.

   Долго стояли на рейде в Трапезунде. Я съездил на берег и, когда воротился, увидал, что по трапу поднимается целая новая ватага оборванных и вооруженных курдов - свита идущего впереди старика, большого и широкого в кости в белом курпее и в серой черкеске, крепко подпоясанной по тонкой талии ремнем с серебряным набором. Курды, плывшие с нами и лежавшие в одном мосте палубы целым стадом, все поднялись и очистили свободное пространство. Свита старика настелила там множество ковров, наклала подушек. Старик царственно возлег на это ложе. Борода его была бела как кипень, сухое лицо черно от загара. И необыкновенным блеском блестели небольшие карие глаза.

Читать далее

kovalaris (Читальный_зал) все записи автора

"Алиса в Стране Чудес"  - одна из тех книг, которые читаешь в детстве и ничего не понимаешь, но что-то застревает в голове и сидит там, и заставляет снова возвращаться и искать, искать и снова ничего не понимать, и очаровываться - чем непонятно...

Знакомьтесь! Алиса, это пудинг! Пудинг, это Алиса! Унесите!..
Ну вот, вас только познакомили, а ты уже на него с ножом!

Я видела такую чепуху, по сравнению с которой эта чепуха - толковый словарь!

Знаешь, сколько стоит его время? Тысяча фунтов одна минута!

- Откусишь с одной стороны - подрастешь, с другой - уменьшишься…
- С одной стороны чего? И с другой стороны чего?!
- ГРИБА!!!

Она, конечно, горяча, не спорь со мной напрасно. Но, видишь ли, рубить сплеча не так уж безопасно.

- Это не я написал письмо. Там нет моей подписи.
- Тем более! Значит, ты задумал что-то неладное!

Важно-неважно… неважно-важно… Какая разница?

- Сему мораль: всякому овощу свое время.
- Как она любит всюду выискивать мораль!

- Все куда-то движется, во что-то превращается, чем же ты недовольна?

kovalaris (Читальный_зал) все записи автора

    Вчера в разговоре вскользь упомянули о выходящей на экраны новой картины А. Балабанова "Морфий". Естественно, Булгакова на подъеме в 90-ые все читали запоем,  в том числе и  "Записки юного врача". Что-то в памяти осталось,  что-то стерлось и будучи лишеной возможности посмотреть фильм в ближайшее время,  решила пройтись по первоисточнику. То, что Булгаков гениален это и без моих соплей известно.  Оторваться смогла только с последней буквой повествования, несмотря на мою острую нелюбовь к электронному чтиву.
  Мастерски описанная жизнь деревенского врача, когда на сотни верст вокруг ни души, и каждый день сотня больных, иногда умирающих людей, из которых едва ли половина понимает, что лечение — это серьезно, что сифилис — это страшно, а не горло прополоскать.... Когда молоденький, только что закончивший институт врач тихо молится, чтобы не привезли грыжу, а приходится делать ампутацию, и он ведь делает, твердой рукой, верит, что человек на столе будет жить. И ты будто проживаешь все это с главным героем внутри картинки.  С точки зрения внутреннего мира, душевных переживаний, и с точки зрения содержания, множества интересных сведений по медицине этот сбоник рассказов безусловно один из лучших произведений Булгакова.
 И вот апофеоз. "Морфий". Пугающе-достоверная история распада личности с момента первого укола до последнего выстрела, записанная в дневнике самим врачом, страдающим от морфийной зависимости.

Читать далее