raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Удастся ли смирением немеряным,
Под стрелками недремлющих часов,
Мозаику томительного времени
Сложить из полуяви – полуснов?

Удастся ли грохочущие страхи
С усопшим мигом алчущих секунд
Развеять, чтобы сумеречный прах их
Застил безумный скрежет амплитуд?

Сбегают от узоров мимолётных
Секунды опустелою толпой…
И мудрый сон, смешав расклад бесплотный,
Дарует примиряющий покой.

Крапаней

эриксон (ПОДМОСТКИ) все записи автора С виду мужичок обыкновенный — в пиджачке, не бомж, не наркоман — взял да вывел формулу Вселенной русский математик Перельман. Вывел скромно, мелкими шагами, чтоб понять, как сделан этот мир. Показал ее старушке-маме и пошел на кухню пить кефир. Формула далась ему не сразу — он к ней шел, как ежик сквозь туман. Целых двадцать лет ее, заразу, вывести пытался Перельман! Грыз гранит, как роет экскаватор, подбирался к ней издалека, мучил верный микрокалькулятор марки «Электроника МК». В формуле частей и скобок много: синус, тангенс, дельта, интеграл. В формуле была ошибка Бога (Перельман чинить ее не стал). Формулу найти мечтал бы каждый математик мира. Но она снилась Менделееву однажды (только тот не понял ни хрена). За нее отдать хоть жизнь, хоть почки обещал Эйнштейн. И он был рад отгадать три буквы в нижней строчке — те, что е = мс2. Формула же всех процессов в мире, чтоб представить мог любой плебей: это где-то пятьдесят четыре метра интегралов и дробей. Если там подставить в логарифмы имя, телефон, объем груди, и еще чего-нибудь для рифмы вынести за скобки позади, сверху — GPS-координату, снизу — подпись, и число, и год... — то она покажет каждый атом! В смысле, что и где произойдет. Если ж сократить ее безмерно, указав у формулы внутри, что пространство, как у нас, трехмерно, и константа Пи — примерно три, то для частной примитивной схемы в нашей галактической дыре формула рисует теоремы хоть Ферма, а хоть Паункаре. Этот-то пустяк по доброй воле Перельман и скинул в интернет, пререкаясь с анонимным троллем в чате «матанализ точка нет». И пошло... Закопошилась пресса. Крики «Гений!», «Бред!», «Мое, отдай!» (оказался тролль — большой профессор, как считает весь его Китай). И уже наутро Перельману раздались звонки его коллег: мол, какие творческие планы? Допиши-ка восемь человек в авторы статейки по секрету. Ты ж в науке, не в монастыре. Мы ж все вместе доказали эту... как там, говоришь? Пуанкаре? Отключив мобильник от эфира, телефону оборвав шнурок, Перельман собрался за кефиром. Хорошо, что посмотрел в глазок! У него за дверью прямо в метре — журналисты, поп, какой-то мент, да еще какой-то Виктор Петрик с транспарантом «выкуплю патент!», да еще налоговый инспектор, и отец Кирилл, и дед Пихто, да студент Раскольников с конспектом и какой-то штукой под пальто, контактеры, репортеры, дуры, почтальоны с кучей барахла, и Каспаров с шахматной фигурой в виде двухголового орла. Все гудели и чего-то ждали. Перельман сказал: подите вон! И услышал: «Перельман, вам дали в институте Клэя миллион! Миллион! И в долларах! Его ведь — не засунешь целиком в карман! Мы пришли помочь его освоить! Если вы не против, Перельман». «Нам — крестьянам!», — попросил Зюганов. «Нам — ученым!», — возразил студент. «Нам — на нано, нам на нано, нано!», — спели под гармошку поп и мент. И какой-то пьяный бомж в халате все хрипел и кашлял: «Гриша, бля! Мы ж с тобой учились на физмате! Дай на пиво два в шестой рубля?» А один, забравшись на ступеньки, громко объявил, как только мог: «ПЕРЕЛЬМАН СЕБЕ ОСТАВИТ ДЕНЬГИ!!!», — и давай подмигивать в глазок. Перельман глазок заклеил скотчем. Тумбочкой подпер входную дверь. Сел за стол, решителен и точен, размышляя: как же быть теперь? Вынул карандаш обыкновенный, старый калькулятор вынул он и подставил в формулу Вселенной и себя, и этот миллион. Показала формула такое, что уже и верится с трудом: как он с мамой где-то под Москвою начал строить загородный дом. Газ, водопровод, скандалы, крики, взятки, просьбы, штрафы, местный суд. Как его дебильные таджики самосвалом две стены снесут. Как ему сидеть внутри машины, проклиная пробки по Москве. Как враги-коллеги режут шины в купленном для мамы БМВ. Как в ток-шоу «Есть ли Бог и Вера?» спорят с ним Малахов и Билан. Как он едет в лагерь Селигера пару лекций спеть под барабан. Как найдут внезапно кражу века и дадут ему условный срок: он же взял без кассового чека миллион, не уплатив налог. А Басманный суд накроет муза завести пятнадцать новых дел: что, читая лекции по ВУЗам, Перельман оттуда тырил мел. И примерно все в таком же роде — посадили, отобрали дом, а затем по формуле выходит сердце, два инсульта и дурдом... Перельман воскликнул: «Сгиньте, гады! Премия мне ваша не нужна! Есть кефир, а больше мне не надо! Быстро все пошли отсюда на!»

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Я волос золотое заклятье
Выну с сердцем, закрыв глаза.
Прошептала в утешном обьятье,
Что не пара теперь, а друзья.
Но душою мертвея усталой
От беды уверяющих слов,
Моя ложь малодушно устлала
Место, где отчуждалась любовь,
На лету запорхнувшим неверьем….
Но себе не прощая обман,
Я ушёл. А за хлопнувшей дверью,
Тишину лязг ключей разорвал.

Крапаней

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора «Ах, обмануть меня не трудно!..
Я сам обманываться рад.»

А.С.Пушкин

Мимоходом губила жизни
Та, чьё имя Любовь –Зима.
Предавали семью, отчизну
Несгибаемые имена.

Не обманывала. Наградой
Были локон, перчатки, платок.
Но обманываться были рады,
Словно завтра последний срок.

Опыт был и печален и жалок:
Сумасшествие, пистолет…
И искали на дне бокалов
На её нелюбовь ответ.

Суждено. Значит снова губишь
Жизнь…Но взведя курок,
Не забудь написать, что любишь,
И любил…всего несколько строк.

Крапаней

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Газета «Коммерсантъ» отметила, что потери намного больше, чем об этом говорится в официальных сводках. «Официальные данные можно увеличить в 10 раз, потому что в сельской местности очень много было смертей, а по обычаю хоронят сразу, до заката (Р,Оттубаева).Издание отмечает, что по официальным данным погиб 191 человек, однако в разных источниках сообщается, что потери составляют полторы-две тысячи человек.


Беда, беда идёт с Востока!
И нет страшнее этих дней!.
Презрев Коран, презрев Пророка,
Смерть торжествует на Земле.

И стыд и горечь!
В душах тьма,
Твоих, Киргизия, «героев»…
И сходят матери с ума
При виде рук, залитых кровью.

Где вы, ничтожные пророки?
В умах беснующей толпы
Не милосердия уроки,
А факелы да топоры.

Тел разлагающихся смрад,
Звериный храп, и женщин крики…
Считают Ош, Джалал-Абад
Своих калек, своих убитых.

Склоняю слово «звери», «зверь»
И в безнадёжьи, и в бессильи.
На десять множит цифр потерь
Самодовольная Россия.

Разруха, обгоревший край,
За трупом труп…Бесчётно горе!
Я сомневаюсь, есть ли рай –
Ведь ада не боятся боле.

Крапаней

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Моя юность,
Моя птица белая,
Промелькнула, оставив в былом,
Отчий дом, да сирень очумелую,
Что заснежила свет за окном.

Вот и жизнь:
То пора мотыльковая,
То мечты в моих скромных трудах.
Только сердце в снега лепестковые
Возвращалось в восторженных снах.

Но не сны опечалили светлые,
Не они,
А тоскующий дом –
Словно саван сирень предрассветная
За сколоченным накрест окном.

Нет тоски о былом бесполезнее,
И обмана пленительней нет:
Уходя, попросила последнее -
Пусть закружит сияющий свет.

Пусть опять,
Уже птица нездешняя,
Над сиреневым сном пролетит.
Нет ни боли, ни воли…Есть вечное.
Улетай, моя птица…
Лети…

Крапаней

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора И всё постылей думы…И тревожнее
Нам, обречённо-царствуя, молчать.
Из ничего в пустое и в порожнее,
Что ж, так и будем соль пересыпать.

А если б можно взять и зачеркнуть
Слова досады гневной, мной ли брошенных …
И невозможно до утра уснуть
От примиренья с жалостью непрошенной.

Крапаней

КузнецоваЕлена (ПОДМОСТКИ) все записи автора ЕЛЕНА КУЗНЕЦОВА







МЕЖДУ БЛУДОМ И ХРАМОМ

вариации на тему княжны Таракановой
роман







1 глава. Вещий сон


«Лучше потерпеть на берегу, чем потом черпать воду из худой лодки». Мама любила повторять, что вывела эту истину не сама – это просто итог жизненных страданий. В детстве мне тоже нравилась эта любимая мамина при-сказка. И дальше, наверное, я повторял бы ее, не особенно задумываясь о смысле, если бы не очередной заказ о составлении генеалогического древа, впрочем…


… темная комната освещалась слабым светом коптящей свечи. Она не сразу заметила огромную темную фигуру в углу. Как ни странно, но совершено не было страшно. Наоборот, сердце бешено колотилось в предвкушении чего-то невозможного и запретного. Она почувствовала себя во власти азарта, который испытывают охотники, преследуя дичь. Мысль о том, что дичью может быть она сама, была супротивна всей ее свободолюбивой душе.
Свеча громко щелкнула, словно подав знак, и темная фигура вышла из мрака.
- Ты смелая, Луиза, - легкое восхищение совершенно не соответствовало скрипучему старческому голосу.
- А мне есть чего опасаться? – с вызовом ответила молодая Послушница. Ее глаза пристально всматривались с могучую фигуру, скрытую под черным монашеским балахоном.
- Здесь нечему опасаться. Главная опасность таится в тебе.
- Неужели я кому-то угрожаю?
- А ты дерзкая, - примиряющее прошелестел Монах, - впрочем, меня это не касается.
- Тогда что вам нужно от меня? Зачем я здесь?
Монах показал на стол, предупреждая дальнейшие вопросы. Послушница, наконец-то, обратила внимание на стол в центре квадратной кельи. Отсутствие окон ее не интересовала. В монастыре было немало подобных помещений. Смущало лишь наличие единственного стула. Она не могла себе позволить сесть в присутствии старшего, тем более, на единственное место. Но Монах снова настойчиво пригласил ее к столу. Легкий запах – то ли ладана, то ли мускуса – исходил от неизвестного. Послушница испытывала странное чувство запретного любопытства. Она могла бы придумать множество поводов для своего нахождения здесь, но главный – верный – никак не приходил в голову. Да, и на-до честно признаться, тайна привлекала больше. Размеренная и предсказуемая изо дня в день жизнь монастыря надоела так, что она готова была с голо-вой броситься в любую авантюру, лишь бы внести хоть какое-то разнообразие в свою жизнь.
Внезапно, будто бы из сизого дыма коптящей свечи, на столе появилась колода карт. Послушница едва сдержала улыбку. Она догадывалась, что может последовать далее. Про подобные случаи под страхом наказания и проклятия шептались молодые монашки. Да и во рву, который окружал высокие монастырские стены, иногда находили изъеденные рыбами детские черепа. И не то, чтобы честь свою она ценила очень дорого и собиралась защищать ее из последних сил, но и не без того. В конце концов, кроме грез, молодости и чести и у нее ничего не было. Грезы цены не имели. Молодость, конечно, чего-то стоила, но продать ее было затруднительно. А вот честью стоило и поторговать. И Послушница тут же прикинула, во что именно можно оценить собственную девственность?
Монах, словно услышав ее мысли, громко расхохотался. Странно, но смех этот был совсем не похож на его прежний голос, - молодой, сочный, призывный.
- Голубушка, твоя девственность – чистая условность. В мыслях ты давно – блудница, хотя спишь в холодной монастырской постели. И даже, если никогда ни один мужчина не коснется твоей кожи, ты все равно – блудница.
- Но я могу принять постриг! – гневно крикнула Послушница в черный капюшон. – Никто не может заставить меня лечь в супружеское ложе, если я сама этого не захочу. – Она специально выдела слово «супружеское», чтобы дать понять, - она не так уж беспомощна.
- Супружеское ложе тебе не грозит.
На этих словах Послушница резко вскочила со стула, но Монах так крепко стиснул ее руку, что она со стоном вынуждена была вернуться на место.
- У тебя – другая судьба.
- И не надейтесь!
Она храбро расправила плечи, всем своим видом давая понять, что она предпочтет смерть близости. Но Монах даже не обратил внимания на ее порыв. Он взял колоду карт и подбросил ее вверх. Карты закружились в воздухе в ка-ком-то странном геометрическом танце. Послушница заворожено следила глазами за этими невероятными перемещениями. В глубине сознания мелькнуло что-то про дьявольщину, но как мелькнуло, так и погасло, - так красив был кар-точный балет.
- У тебя есть выбор, Елизавета. Можно прожить обычную жизнь. Выйти за-муж за пузатого бюргера, и нарожать ему кучу детей. Или возносить молитвы Богу, погребя себя навсегда в холодной келье. Или оседлать судьбу удиви-тельную - полную приключений и опасностей. Твое высокое происхождение тому порукой.
- Какое? Какое происхождение? – Послушница уже забыла о двух предыдущих вариантах. Тайна собственного рождения не давала ей покоя с того самого момента, когда она осознала самое себя. Мутные, болезненные воспоминания детства не могли определенно ответить ей ни на один вопрос о собственной личности.
- Всему свое время, - даже не видя скрытое под капюшоном лицо можно было догадаться о том, что Монах удовлетворен произведенным эффектом. – Всему свое время. Ты слишком торопишься. Но одно могу сказать тебе определенно. Судьбой тебе завещан царский трон в далекой огромной стране.
- Когда? – Она нетерпеливо вскочила, как ребенок, которого поманили сахарным леденцом.
- Когда сама решись, что готова.
- А готова! – Она выкрикнула это еще до того, как подумала.
- Вижу-вижу, - Монах снисходительно потрепал ее по руке. – Я знаю про тебя все.
Противный холодок пробежал вдоль прямой девичьей спины. Послушница даже не сомневалась, что Монах говорит правду. У нее было абсолютное ощущение, что человек в черном балахоне, видит ее насквозь. Она испугалась при-знаться самой себе, что опасается, человек ли перед ней?
- Своей волей, - бесстрастно продолжил Монах, - я волен направить события в любом направлении. Но это все-таки твоя жизнь. И ты уже отказалась от повседневной обыкновенной скуки.
Карты послушно собрались в колоду и опустились на стол. Тонкая холеная рука с огромным морионом на пальце подвинула к Послушнице изящные кар-тонки.
- Только запомни. Ты не просто выбираешь карты. Хорошими или плохими они станут только после того, как ты правильно прочитаешь знаки, которые в них заключены.
- Сколько? – только и могла выдохнуть Послушница.
- Не важно. Например, одну. Но тогда у тебя совсем не останется выбора. Можно две. Но тогда у тебя будет только «да» и «нет». Если выберешь три, то вариантов сразу станет много больше.
- Я выберу четыре, - уверенно сказала Послушница, чем немало удивила Монаха.
- Почему четыре, - удивился он в ответ.
- Потому! – Не вдаваясь в объяснение, отрезала Послушница.
- Воля твоя. Только не забудь, что каждая карта несет особый – мистический – смысл.
Но Послушница уже начала вынимать и переворачивать карты из колоды. ВАЛЕТ стал первой картой, за ним она вытянула КОРОЛЯ, КОРОЛЕВУ и пиковый ТУЗ. Остальная колода исчезла так же непонятно. Как и появилась, но послушница этого не заметила. Она напряженно всматривалась в разложенную веером судьбу. Внезапно воздух в келье из холодного и затхлого изменился на сухой и спертый. Лицо девушки стало мертвенно-бледным. Дыхание сбивалось, и на лбу выступили капельки пота.
Ткнув в Королеву, она сдавленно прошептала: «Это я?» Но Монах ничего не ответил. – «Это я?» - еще тише спросила она.
- Этого никто не скажет. Ты выбрала свою новую жизнь. Теперь сама определяешь, и что правильно, и что ложно. А карты тебе придется читать самой. Что решишь – тому и следуй. Помощи просить уже не у кого.
Послушница машинально подняла вверх глаза.
- Он тебя отпустил на волю, - тихо и серьезно ответил Монах на ее незаданный вопрос. – Учись находить верных друзей, которые станут тебе помогать. Не бойся ничего. Самое страшное - ничего не знать о своем предназначении. Никому не верь, все мы - чья-то добыча. Остерегайся торопливости. Пер-вое впечатление – просто первое впечатление. И думай! Думай! Никто, кроме тебя, не сделает правильных выводов. Ведь именно знаки судьбы – путеводные звезды, которые либо затащат тебя в преисподнею, либо приведут к победе. И тогда все обещанное сбудется. Если какой-то шаг будет неправильным – жди несчастья.
Монах хлопнул руками, и в темной келье распахнулись две двери, которых раньше не было. За первой - в глубине стоял величественный царский трон. Монах завязал Послушнице глаза, подвел ее ко второй двери и легонько толкнул вперед.
Раздался его дикий хохот. Девушка сорвала повязку и увидела, что оказалась в темнице…
- Читай знаки, Лизанька, читай знаки… - Граф Сен-Жермен, опустив монашеский капюшон, медленно таял в воздухе.
- Лизанька, кто такая Лизанька? – сжалось от страха сердце Послушницы…


Продолжение следует

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Наши прошлые дни не вернуть…Пожелай
Исцеления.
И не снись. Только знай, только знай, что любовь
Во спасение.
Не любовь, лишь намёк, колдовство синих глаз -
Искушение.
Этот сладкий восторг, этот взгляд, пара фраз:
Вдохновение.

Припев:

У тебя такие глаза, у тебя такие глаза,
Что бессонница.
Не влюбился, кто сказал,
Зазеркалья образам
Только молятся.(2 раза)

Пепелищ поцелуй, утешительный бред
Опьянения.
От тебя не бегу, там где ты меня нет.
Нет прощения.
Опьянел, заплутал в зеркалах в синий цвет…
Пробуждение.
Наш любовный роман, не оставивший след –
Наваждение.

Припев:

У тебя такие глаза, у тебя такие глаза,
Что бессонница.
Не влюбился, кто сказал,
Зазеркалья образам
Только молятся. (2 раза)




.

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора «Не исчезай, петушиное слово».
Григорий Поженян

И опять с грозовою погодой,
Грома, молний прошли торжества.
Да, такие же в детские годы
Ликовали в стране волшебства.

Воскрешу хороводокруженье
Милых лиц непарадный портрет.
Не без боли – как ночь, или жжение,
Негасимая радость, как свет.

По утрам петушиные крики –
«Душегуб! Попадёшься в ощип!»
И турецкой лиловой гвоздики
Неназойливо-тоненький всхлип.

И себя, в своих старых сандалях…
От преград и беды оберег –
В розовеющих солнечных далях
Закружил абрикосовый снег.

Жизнь ждала у ворот, у порога.
Двор прощался на месяц, на год,
Навсегда….Я жива, слава богу,
Без мечети, церквей, синагог.

Вновь грустит «не пойму-непогода»,
Подарю что ли свой оберег:
На моём «во саду-в огороде»
Розовел абрикосовый снег.

Подарю петушиное слово,
Чтоб в ответ на предутренний крик,
Нашептал дождь махрово-лилово
В ореол утомлённых гвоздик.

Крапаней

большой_генри (ПОДМОСТКИ) все записи автора Отрывок из повести.

Мне идет смокинг, но некуда в нем ходить. Возможно и в цилиндре я бы смотрелся неплохо, но одеть его могу только для фото, или если… ну уж никак без него нельзя. Котелок? Увольте. Сразу перед глазами встает образ филера-шпика царской охранки. Кроме того, что охраняли хреново, оне, сцуки, завсегда в котелках ходили. По крайней мере, в советских фильмах. Я как раз смотрел один из них, по черно-белому телевизору, когда в дверь позвонили. Долбанный телик! Если бы не он, я ни за что не открыл бы , после того как посмотрел в глазок и увидел Валеру Иванцова – в зеленой фетровой шляпе и каком-то бесформенном балахоне. В одной руке у него было что-то вроде посоха, а другой он придерживал мешок, который находился у него за спиной и, судя по всему, был не очень легок. Он, конечно, слышал звук работающего телевизора и был уверен, что я дома. О том, что это мог быть кто-то из домочадцев, Валера даже и не подумал. Он не утруждал себя такими мелочами. А соседи… Я рывком отворил двери.
- Леониду Ильичу в жопу вставили свечу !
Это вместо приветствия… Дебил ! Ну дебил !
Тут я ошибался. Дебилом Валера не был. Он был шизофреником и имел вторую группу инвалидности, которую получил в Москве (об этом позже). Вторая группа была нерабочая и к ней прилагалась небольшая пенсия, которую Иванцов пропивал за несколько дней, иногда вместе со мной. Он был отличный собеседник, умница и эрудит. Порой я диву давался, когда он выдавал очередную порцию информации на тему беседы, причем с датами, цифрами и прочими подробностями, которые можно было и опустить, но не таков был Валерий Иванцов. Даром что ли, его целью было получение 1-й группы инвалидности, подрыв здания, в котором размещался обком партии и…многое другое. Мама Валеры работала директором ресторана, так что о хлебе насущном, ее сын мог не беспокоиться.
- Валера, б…дь ! У меня нет 2-й группы, мудила! А коммунистов я очень люблю. Как завижу какого-нибудь инструктора райкома партии, так оргазм испытываю, - это я говорил уже после того, как затащил его в прихожую и закрыл дверь, - что же ты творишь, дол….б? Дать бы тебе в лоб, да сам знаешь, что рука у меня не поднимется. Никола Угодник не дозволяет блаженных обижать.
- О блаженных мы еще потолкуем, - Валера поставил на пол мешок, который был полон бутылок с дешевым сухим вином «Алиготе», по 77 копеек 0, 5 л. Мешок… Да что мешок?
Когда Иванцов-шизофренник-снял с себя хламиду, то под ней я увидел немецкий автомат «Шмайсер». То, что это не макет и не учебный, я был уверен.

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора «Женщина, рождённая Поэтом,
Вдруг погасит взоры, как свечу»,
Игорь Северянин

Я умираю каждый день…
С утра завистливая тень,
Сквозь розовеющую сонь
К рассвету рвущихся окон,
Гасила серебристый свет
Несбывшихся желаний след.
Бессилье горькое во мне…
Но вот, в привычной тишине,
Я слышу милосердный глас,
И предо мной предстал в тот час
Стремителен, красив и юн,
С крылами, некто Гамаюн.
Он был по ласковому мил,
О вдохновенье говорил.
Невечность солнечного дня
И невозможность бытия
Приветствовал в моих стихах…
И робкий зародился страх.
Понятен слов полунамёк –
О жалок, жалок жизни срок!
«Суров у птицы приговор,» -
Сказала вещему в укор,
И, обвинив его в бездушье,
Погладила крыло:»Послушай!
Меня бы в осень златоглаву,
В её прощальную забаву –
За бабьим летом, в те года,
Где равнодушная беда,
В покое проржавевших ножен,
Угрозой смерти не тревожит,
И там меня оставишь…
Сможешь?
Но мне в ответ ни да, ни нет.
Рванулся к окнам, имярек!
Я ж, к ставшей неразлучной тени,
Прониклась робким уваженьем –
Пусть гасит времени свечу,
Уж худо ль бедно, промолчу.
Пусть грёз последних хрупкий спор
Продолжит с жизнью разговор.

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Всё суровей ропот грома,
Всё тревожней молний вскрик.
Ясень, путник незнакомый,
К окнам запертым приник.

Постучался, сиротливый,
В сердце хрупкого стекла:
«Я вчера расстался с ивой,
Ты сегодня мне мила.

Не моё ли отраженье
В голубых твоих глазах?
Прочь, звенящие сомненья!
Прочь грозы внезапной страх!»

О любви шептал, проклятый,
Но грозы невечен срок.
Словно в чём-то виноватый
Дождь метнулся за порог.

То ли дождик, то ли слёзы –
На стекле не разберёшь.
Запрещаю счастье в грозы,
Запрещаю в грозы ложь.

рисунок НИКА САНДРО ЖЖ

PAVEL_GOLUSHKO (ПОДМОСТКИ) все записи автора

«Поэт этим произведением хотел сказать…».
Да, я под Оффенбаха, канкан станцую в гробу,
если подобная фраза, когда-нибудь
прозвучит над моими стихами.
Стихотворение – это сон под тиканье ходиков,
утром или вечером – не важно,
только часы идут в другую сторону.
Может быть, я сам никогда не узнаю,
что хотел написать, перебирая клавиши…
Стихотворение – это подарок самому себе,
без бантиков и коробочек.
Это напиток, рождённый пряностью цветов,
из слов летописи реального бытия.
Его место в баре «Человеческой Неповторимости».
Чтобы пробовать его нужно снять с себя
сотню масок, и остаться в единственной,
которой давно перестал стесняться глядя в зеркало.
И когда сознание медленно окунётся в стихи,
с дрожью по спине, от сказочных прикосновений,
ощутит разноодинаковость двух одиночеств,
закройте глаза и подарите мыслям,
под Музыку Моцарта, свободу полёта стрекозы над рекой,
текущей в другом измерении.
И пусть воздушный поцелуй бабочки
вернёт вас в глубину любящего взгляда
графикой новых пейзажей….
Это и есть мерцающая действительность Стиха.

Aahz (ПОДМОСТКИ) все записи автора То вот еще несколько текстов Макса.))

***
от грибного дождя
вырастают крылья
и
ты превращаешься
в плетенное кресло
которое срочно
заносят
под навес веранды
чтобы не намокло

***
блаженны нищие духом
блаженны нищие страхом
блаженны
все те
кто испугался
все те
кто побежал
и
те
кто упал и плакал
и плакал
и плакал
не нам их осуждать
нищим духом
нищим страхом
нищим

***
убегаю
по небу
ладонями темными
ладонями светлыми
умываю лицо
пока генералы не спохватились
не закричали от страха
где рядовой бляха муха
убегаю
по небу
по небу
к победе своей

Aahz (ПОДМОСТКИ) все записи автора Господа и дамы. Позвольте Вам представить моего старого днепровского друга. Замечательного поэта и музыканта. Знакомьтесь - Максим Бородин ака odin_bor

Итак.

***
наконец-то пошел дождь
еще вчера было душно и жарко
а сегодня
по жестяной крыше нашей веранды
ходят мокрые и смешливые ангелы
они маленькими шагами
измеряют нашу жизнь
заставляя радоваться
мелочам
мокрым журналам
оставленным на улице с вечера
серому лоскутному небу
и
холодным зеленым листьям
неизвестно как попавшим
в резиновые сапоги
стоящие
на крыльце
когда надеваешь их
откуда то сверху
раздается
детский смех
и
музыка

***
для меня
одна ветка сирени
только что сорванная
и поставленная
в маленькую глинянную кружку с водой
может заменить
работу в банке
выборы в парламент
дружбу с налоговой
орден от президента
и
участие в поэтическом фестивале
по крайней мере
когда цветок засохнет
его можно будет выбросить

***
должен зайти в гости
поэт Саша
опять придется
поить валерьянкой
собаку

PAVEL_GOLUSHKO (ПОДМОСТКИ) все записи автора В колонках играет - Наталья Медведева


Настроение сейчас - Весеннее




"Я танцую для собственного удовольствия. Если вы пытаетесь доставить удовольствие каждому, это не оригинально".
Рудольф Нуриев


Обычный холодный день и не в зиме здесь дело, просто я теперь твой вздох, твоя тень… погоняю пегасов меня несущих смело и жду рассвета с надеждой на судный день. Небо пронзают шпили протестантских церквей… ты мне нужен…ты мне нужна… короче пока есть кто-то с кем можно выпить горячий глинтвейн в пустых кафешках с витринами похожими на глаза идиотов…
и не нужно смеяться над моим столь разборчивым телом, ему просто достаточно услышать простое спасибо, ведь всё что написано кровью на листках белых, играет в твоих глазах сотнями граней и плавностью изгибов. Я постою ещё на перекрёстке выбрасывая из головы первозданный хаос страстей, заключённый в земные пределы, ведь мы помним, как возле страдальца распятого бесновались безродные невежды… я раньше боялся этой темы окрашенной в мёртвенно красный…
Ведь как ни крути, каждое утро я начинаю свободным, ещё не истерзанный днём и не обманутый улыбками… а вечером судьба раскрывает секреты неуёмного веселья, раскрашивая ошибки в перламутровый цвет усталым взмахом руки….
А когда вдруг Ангел ночи захочет удивить меня последним вздохом, и ты утром поцелуешь меня в холодные губы… на всякий случай, предложи мне кофе, спрятав слезы за волшебными стёклышками… понимая, как были мы талантливо грешны, в то время, когда вырывались из объятий толпы…




На фото Рудольф Нуриев и Марго Фонтейн

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора В безлунности старого сада
Ночь, арка из мрачных теней,
Бессонных раздумий гирлянду
Развесила в призрак ветвей.

В медлительном шаге слоновьем
Рассвет, словно саваном крыт…
И день, ожидаемый, новый,
От старой обиды убит.

Крапаней

PAVEL_GOLUSHKO (ПОДМОСТКИ) все записи автора В колонках играет - DALIDA


Жить в поездах и чувствовать, как расстоянья меняются от приближенья милых тел, так две струны натянутые шпально, волнуют нерва точечный прицел. Спят города под метроном свистящих звуков, смущая луч зари, мрак превращающей в туман, там старики бредут под взглядами рождённых внуков, в заснеженных мечтах теряя талисман. Вглядимся в мрамор, он без ка́пель крови… луна виденьем из дурного сна… скрипач играет, чуть нахмуря брови… час вдохновения – высокая цена…
так память возвращает города влюбленным, где в переулках дремлет тишина… там, где поэт, мостом любуясь разведённым, латунь луны снимает с гривы льва…
когда растает лёд и вновь цветенье лилий заставит позабыть своих земных врагов, все мы с улыбками, но лишь картинки в книге, над россыпью осознанных стихов. Себе запрет даю не выплывать, как пароходы, быть человеком даже в слове месть... лишь в статуе оставшейся свободы я на ступенях напишу про честь. Мы знаем все, что беспощадно заменимы, но те, кого несёт через века – хранимые любовью пилигримы…
Пусть не окончится, друзья мои, строка…



Рисунок Александра Монича, Эндимион http://www.flickr.com/photos/alexandermonich/

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Казалось жизнь – в рожденьи вечном…
Её беспечная волна
Сменяет ежедневность дня
На журавлиный крик «Пора!».

Пора…А там, в раю из вёсен,
В саду из царствующих роз,
Как на земле победоносен
Ли будет лучший сон из грёз?

И будет ли легко и хмельно
Без вечной жизни суеты?
И припаду ли в поклоненьи
К цветам, сменяющим кресты?

А даль небесная – не даль….
К её зовущим берегам
Летит, в порыве безутешном,
Мой ангел, в сумраке кромешном,

И день уступит место тени….
Под вечным пологом усну,
Но светлых снов переплетеньем
К твоей печали прикоснусь

И улыбнусь…В рожденьи вечном
Несёт бессмертная волна
Твоих мгновений бесконечность…
А я в тебе, родной, жива.

А я в тебе, родной, жива!
И карих глаз полуулыбку
Мои ли вызовут слова –
Смиренье трезвого ума
Презрела, тешась, голова.

Крапаней

Художник: Фрэнк Бернард Дикси

She_was_sleeping (ПОДМОСТКИ) все записи автора Не заплачется и не взлюбится. Мыс печали покрыл туман.
По паркету седому с улицы _кто-то_ выжег собою храм
Злющей нежностью до Голгофы. Мраком вяжутся все цветы.
Этой ночью особо кофе спозаранку уже в крови.

Будто плещется, да не пишется дар божественный «не убей».
Раскромсали на сотни вишенок всю привязанность до костей.
Расписное заклятье соткали и вживили подкожно гнить.
- Хорошо быть уже не сотою.
- Ты, родная, терпи, терпи…

И не важно, кто ведьмой выживет – боль седая, душа во снах
Зараженье солёной жижею - вот _последнее_ на рубцах.
На запястье - actus fidei. Всё ли ведать святым кострам?
[пропадать, так Кровавой Мери, вырождаться, так в небеса]

И не плачется и не любится. Мыс печали покрыл туман.
_Кто-то_ жадный безумно с улицы умирал от известных ран…
_Кто-то_ близкий, уже чуть серый, под покровом одних лишь крыс.
- Мой родной, предавать, так Евой, улетать, так, конечно, ввысь.

Hooker (ПОДМОСТКИ) все записи автора Ты знаешь, мой друг, заебало конкретно. Я слушаю песни новейшего тренда, я фильмы смотрю и живу неприметно, я так далеко от счастливой Пуэндо.
Но это пока, гарантирую - будут у нас, у тебя, у меня охуенно светить солнцепёком галактики всюду, плескаться с рассветом игривая Сена. И будут поля, и стога золотые, красивое лето с весёлой улыбкой, забавы до смеха и счастья простые, и что было раньше - нелепой ошибкой. Ты будешь - мы будем ходить облаками, пугать голубей и орлов добротою, и радость беспечно пошляется с нами, и все мы полюбим такое... Простое.
оригинал

СтепнойВолк (ПОДМОСТКИ) все записи автора

(на суд. мне кажется, что что-то тут не так...)

 

Это было как раз тогда

Когда пела вдали река

Когда еле текли года

Утро было добрее тогда

Солнце ярче тогда светило

Зеленее была трава

Не вонючими были сортиры

Жизнь была интересна, нова

А когда вдруг что-то случалось

Было больно и слёзы текли

Мама ласково утешала

Очень нежно прижав к груди

Тогда были груды игрушек

Ну а ты мечтал повзрослеть

Утыкаясь носом в подушку

Перестанешь когда реветь

Если кто-то обидел где-то

Будешь драться и будешь мстить

А ещё что девчонку-соседку

Будешь взрослым всю жизнь любить

А потом была школа, уроки

Были девушки, был институт

Во всё более краткие сроки

Жизнь сжималась. Совсем недосуг

Стало где-то с кем-то подраться

Полюбить кого-то всерьёз

Стали офисы жизнью казаться –

Матерьяльно-похмельный психоз

Жизнь летела. Года проходили

И болела с утра голова

И в вонючих и грязных сортирах

Ты читал на стенах слова

О любви, о смысле, о жизни

Вспоминал, каким хотел быть

Вспоминал, как любил ту девчонку

КАК хотел её ты любить

И на что ты её променял

Как она ревела вдогонку

Ну а ты… уходил ты в подвал

Заниматься с другими там сексом

Пить вино и курить коноплю

И под звучный аккорд тирексов

Загонял свою душу в петлю

А потом жизнью стала работа

Много девушек перелюбил

Но из детства запомнил ты что-то…

Ту, которую недолюбил

И опять утыкаясь в подушку

Хочется как и тогда зареветь

Чтоб заботами были игрушки

И чтоб солнце светило как впредь…

(с) 22.10.2010
 

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Дили – дон - ли, дили – дон - ли, дили - дон…
Колокольный расплескался перезвон.
Отдыхают от невечной суеты
Сиротливые надгробья и кресты.

Возвращаются живые с похорон,
Вслед им плач мерещится, и стон:
«Это я , твоя поруганная дочь…
Нет покоя мне в сиреневую ночь!

Ах, недолго плыл сирени белый цвет!
Ах, недолго прожила на свете лет!
Отомсти, отец родимый, за меня…
Спаси душу от безумия огня…»

Так бывает, плачут в голос мужики…
Мысли грешные от скорби и тоски…
Не от зим в глазах отцовских синий лёд:
«Жди возмездья, лихо дня не проживёт!»

Дили - дон - ли, дили – дон - ли, дили - дон…
Снова плещется печальный перезвон.
За кладби’щенской оградой, пряча тень,
Разрослась неяркой зеленью сирень.

Крапаней

Осенняя_тоска (ПОДМОСТКИ) все записи автора новый шедевр, откопанный уже известно где...

А что оставим мы, после самих себя

Ох как мне жаль ,
Как очень плохо.
Что я не жила при,
Рамзесе то втором.

Иначе я могла бы,
Быть у него женой!
Он ведь богатым был,
Строил пирамиды он.

Была б я точно у него,
Главнейшею женой!
Он был богат и даже,
И не глупим был...

Он знал что строил,
И зачем он жил!
И ходят слухи даже,
Что он и богом был...

И даже может быть,
И после смерти жил.
И знал он даже то,
О чём не знаем мы.

Его жена большой,
Красавицей была.
Но сомневаюсь я,
Что красивей меня.

Оставил память он,
Почти на все века.
А что оставим мы,
После самих себя?

автор
Viktor_Danielson

Aahz (ПОДМОСТКИ) все записи автора Вот заинтересовал меня этот диспут . А что Вы скажете на эту тему?))))

Hooker (ПОДМОСТКИ) все записи автора Одну мою знакомую девочку звали Элла. Ну, она была не очень взрослая. Скажем прямо, ей и шестнадцать-то было еле-еле. Она очень часто гуляла по родной Москве - действительно здесь родилась, и я, как любая лимита, ей страшно завидовал по этому поводу. Впрочем, мне тогда было около тринадцати, так что - было можно.
Не знаю, зачем она повсюду таскала меня за собой. Помню только, что она всё время бегала по переулкам с сигаретой в зубах и волокла меня за руку от усадьбы к усадьбе: "А вот здесь жили князья Харитоновы, ещё в четырнадцатом веке, видишь, даже флигель остался, где младшенькая повесилась, Люсенька..." Разумеется, всё было не так. Ни о каких князьях Харитоновых четырнадцатого века я после не слышал ни разу, да и усадьба эта была типичным новоделом. Однако, Элла выпаливала очередную вдохновенную тираду и тащила меня к следующему ничем не примечательному дому, где снова начиналось: "В тысяча пятьсот двадцать седьмом году холоп Гришка был запорот до смерти вот на этом самом дворе за то, кажется, что спёр приличный шмат сала у купца Евстафьева..." А между тем, этот дом был построен чуть позже смерти Сталина - здесь находилась какая-то конторская шелупонь, но в детали мне вникать не хотелось: Эллочка тащила меня сквозь поток машин к очередному бессмертному памятнику.
Так мы проводили день за днём. Потом, когда темнело и нельзя уже было отличить первое от второго, а ангела от кабацкого поэта, мы тихонько плелись домой, в скромный и тёплый бункер, а по дороге Элла шептала мне всё более и более потрясающие истории из жизни принцев, королей, министров... Я слушал и благоговел. Слушал и запоминал. Слушал и не верил ни капли. Но даже теперь не сумею так, как она.
А однажды ночью к нам в окно постучались. Я выполз тихонько, стараясь не разбудить Эллу, и отпёр дверь:
- Кому не спится?
- Открывай, малец.
- Чего надо?
- Открывай, говорю, - голос был громким и спокойным. Но стало даже как-то холодно от этого монотонного баса.
- Не открою я. Мы здесь живём, хозяину платим. А вас я в первый раз вижу. И слышу.
- Мы с ордером пришли, не просто так.
- С чем таким пришли?
- С ордером. Ты Родину любишь?
- Люблю, конечно! - а я её тогда и вправду любил.
- Тогда открывай. У вас тут враг народа прячется.
И я открыл. Ведь врагов народа надо истреблять. Тем более, если с ордером.
Трое в скрипучих сапогах спустились к нам, задевая головами вёрткую лампочку. Оглянулись, усмехнулись тихонько:
- А что, малец, это кто спит здесь?
- Это Элла. Она хорошая, - мне даже как-то поспокойнело.
- Хорошая, говоришь? Хм, - самый фуражистый снова усмехнулся. - А что, если она и есть враг?
- Нет, такого быть никак не может. Она хорошая потому что. Это же она меня с улицы сюда забрала. Так бы я окоченел насмерть. А она - она вон какая. Хорошая.
- Хорошая, говоришь? Ну а вы ведь не молча здесь живёте, так?
- Так, конечно. Она мне интересное всякое рассказывает.
- Например?
- Например, вот в этом доме, что над нашим подвалом, три века назад жил великий учёный Николаев. Только помер рано и всё, что наоткрывал, у него бояре отобрали. Вроде бы, он даже про молодость открыл. Ну, это как если бы мы все жить могли по пятьсот лет. И не старели бы совсем.
- И что?
- А что?
- Что, тоже бояре отобрали?
- Ну да. И сами теперь так живут. Кого не постреляли.
Фуражистый присел и дыхнул бумажной пылью снизу вверх:
- Не было никакого Николаева. И не изобретений никаких он не придумал. Этот дом всего-то пару десятков лет назад выстроили. Здесь люди живут. Обычные, понимаешь? А Элла - она нам всем враг. Хоть и хорошая. Ты уж мне поверь.
- Не могу я тебе поверить. Как же хороший - и враг?
- Ну вот она хорошая, но болеет. Тяжко болеет. А оттого, что с тобой общается - ты тоже заболеть можешь. Теперь понимаешь?
- Понимаю немного. Но ведь если болеет - её лечить надо. А врагов же не лечат.
- Тебе почем знать?
- У меня папа врагом был.
- И что его? Убили, небось?
- Ага.
- Ты, малец, не бойся. Сейчас - другое время. Сейчас мы всех перевоспитываем. Каждый враг выходит нашим товарищем и братом. Так что за Эллу ты не боись - она к тебе сама через пару годков пришлёпает. Здоровая вся будет, радостная. А там подождёте немного - авось и свадьбу сыграете.
- А не врёшь?
- Вот те крест! - но фуражистый вместо того, чтобы перекреститься, резко встал, развернулся и скомандовал своим двоим: - Забирай девку!
- Где крест-то?
- С тобой крест. С тобой, малец.
И они утащили Эллу. Та даже не проснулась почти. Только немного глаза открыла и глянула на меня, мутно так. Глянула и пробормотала что-то вроде:
- Эх, Коленька, на кого ж ты меня, родной... Я ж с тобой уже который год... Который век уже...
И дверь за собой закрыли.
А я её до сих пор не дождался. Николаевскую усадьбу купил. Всю. А Эллочки так и нет. У меня там, в этой усадьбе, косметику теперь продают. Дорогую и хорошую. Только богатые берут. А всё равно они все страшные, хоть и молодеют каждый день. Вот Элла - она красивая была. А эти - страшные какие-то все. Князья ещё были красивыми. Ну, те, которые веке в пятнадцатом... И Эллочка. А эти - страшные, как на подбор. И машины у них страшные. И дома. И люди. Ну, челядь. Я теперь тоже такой стал. Только без косметики. Один хожу теперь, важный. Скоро всё скуплю. Все усадьбы. Холопам всем вольную дам. И этой, как её... Люсеньке вешаться не позволю. Никогда больше. Может, хоть Люсенька вместо Эллы, коли уж я вместо Коленьки...
оригинал

эриксон (ПОДМОСТКИ) все записи автора "...спит ум забытый, как обложка,
средь кипы пожелтевших книг.
а в зеркало с лицом-картошкой
глаза в глаза глядит старик..."
Сергей Круглов.

Не старей раньше времени,
не смотри в зеркала.
Серой каплей на стенках бокала,
опоздавшего утра небес полумгла
победила закон вертикали.

Соблюденье зеленых
от плесени форм
это тоже победа доктрины.
Капля утра поднимется вверх,
напролом,
нарушая законы равнины.

эриксон (ПОДМОСТКИ) все записи автора Всё отлично, и всё просто так. Договоры и хуем по столу. Дело в гору и бабки вложены. Мы матерые и прожженные. Секретаршу берем, жолто платье. Секс по пятницам, фирма платит. В понедельник с утра кофе чашечка, и с улыбочкой: Здравствуй, Васечка! Вот такие у нас кадры ценные. Хорошо быть друзья бизнесменами! Фунты, доллары, марки, акции, ну казалось бы чего ссаца-то?! Но, однако, глобальный бизнес, умудрился и впёрся в кризис. И поехало. И поплыли. Мы все в жопе, а жопа в мыле...
Денег нет, их как-будто не было. Их сожрали микробы Эбола!
Позвонить что ли, той что в желтом?
- может встретимся?
- да пошел ты...

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора «…погибель в громах и молниях
проклятых дней»
И Северянин

Геранью стыдливой заставлен
Окна полудень – полумрак.
И синь одряхлевшая ставен,
Ветшалой судьбы зодиак,

Навеет весенней прохладой,
Согреет весенним теплом,
Но ночь с грозовой канонадой
Последняя в доме моём.

Я грому и молнии рада -
В бессилье пустот и пустынь
Пусть дождь серебристой руладой
Плеснёт в одряхлевшую синь.

Пусть воздух раскатисто - пьяный
Струит чепуховую бредь -
В обьятьях промокшей герани
Я славлю небесную твердь,

Я славлю грозу. Пусть невечность,
Поэтами проклятых дней,
Промчится по небу беспечно,
Крылатых седлая коней.

Крапаней

эриксон (ПОДМОСТКИ) все записи автора

 Отработал, сейчас домой. Я устал, как же всё надоело. В голове моей снова сбой, и с катушек мозги слетели. Говорят обостренье, вот, да. Что вы врете, давно уж вырос. Просто всех заебала работа. И рияльне достала сырость. А мне хочется в море вылиться, я на лирику, братцы, падкий, чтобы угольные девицы, щекотали меню за пятки. И чтоб пиво холодным было. И чтоб честно - я чую фарс.

 

-- Передайте, пожалуйста, факс.

-- Што?!... Идите вы ..., милая.

Aahz (ПОДМОСТКИ) все записи автора Думаю и надеюсь, что на меня не обидятся создательница нашего сообщества и коллеги модераторы, если я от лица всей модераторской группы поздравлю всех участников и читателей с этим праздником. Мы благодарны Вам, наши Авторы и наши Читатели. Просто за то, что Вы есть и Вы с нами. Пишите чаще и больше и не обижайтесь сильно на нас, если мы иногда бываем не правы. С праздником всех!))))

xo4u_i_budu (ПОДМОСТКИ) все записи автора Это время - вперёд, будто мяч по вечерней аллее,
Оставляя от прошлого душные, дымные сны.
Ты приходишь. Целуешь меня. Говоришь: "Я старею".
Я отвечу: "И я. Только незачем киснуть и ныть".

Это время - вчера. И раздавлен оконными рамами вечер.
Если хочешь - сдавайся. А я продолжаю гореть.
Только помни, приятель: зачем-то ты тоже отмечен.
Не хандри. Человеческим сном этот штамп не стереть.

Будто не было лета и отпуска в призрачной Ницце,
Будто не было дня, где остался хрустальным мостом
Продлевающий звук беломраморный бег колесницы;
И один поцелуй, обретённый смеющимся ртом.

Это время уйдёт, собирая осколки и части;
И захватит с собой загостившихся в мире весны;
Заменяя прощеньем и светом дары и причастья,
Позволяя успевшим тягучий глоток тишины.

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора «Впереди будет всё…
Миг отсчёта – Начало.
Будешь трижды спасён!
Но и этого мало -
Будешь трижды любим!
В опьяненье крылатом,
С сединой словно нимб,
От годков с шесть десяток
Будешь жить без беды»,-
Мне Надежда шептала,
И узоры судьбы
На руке целовала.
- - - - - - - - - - -
Позабытых надежд
Равнодушное время.
Потревоженных вежд
Непосильное бремя.
Неразгаданных тайн
Приговор будет смертным…
Жизнь лазурный обман
В иллюзорном бессмертье.
- - - - - - - - - - - - -
Синей дымкой туман
В дебрях сна затаился…
Слёз людских океан
Мне сегодня приснился.

Крапаней

Hooker (ПОДМОСТКИ) все записи автора Мне и смерть неинтересна в данном контексте. Потому что слишком уж душно, но интересно, что может оказаться с другой стороны. Когда первый раз сюда приходишь - предельно интересно. Второго, впрочем, и не бывает, как правило.
И соседи - с ними тут никогда не везёт. Все ждут одного и того же, но с разными намерениями и мечтаниями. Один сидишь и ждёшь, пока пропустят.
Грандиозный КПП, я такого никогда не видел. Сотни проходят сразу, потом ждут единицы. Потом снова - сотни.
И у тебя складывается такое ощущение, что перед тобой - великомасштабная очередь. Что можно бы выйти и покурить, чтоб совсем не опизденеть. Ты выходишь и куришь. Потом возвращаешься и говоришь вон той женщине в красном: "Я за Вами был," а она поворачивается и ты понимаешь, что это уже совсем другая женщина. И эта другая женщина говорит тебе: "Я Вас не помню. Вас за мной не было". Вся очередь поднимается волной гнева - все смотрят на тебя, подняв крайние пальцы. Всем жалко мест и все ненавидят. Ты уходишь в самый конец и прикидываешь, сколько месяцев тебе ещё ждать. Потом проходит две недели и ты уже близок - но жутко хочется курить. А кассы не видно, не видно и проходной. Значит, за пять минут ничего не изменится.
Ты резко выбегаешь, предупредив всю очередь, что будешь очень скоро. На крыльце ты достаёшь сигареты, шаришь по карманам - но газ кончился, а спичек не было никогда. Просишь у прохожих, но они не то, что не слышат - они не видят тебя, у них свой спальный рай. Бросаешь сигарету на асфальт, бежишь обратно. А там, внутри, - все уже новые. И тебя никто, разумеется, не помнит. Ты орёшь, ты материшься, ты вне себя. Но ты стоишь ещё два месяца. Потом устаёшь - и бежишь на крыльцо, на полминутки, перетянуться. И снова всё то же.
Читать далее

She_was_sleeping (ПОДМОСТКИ) все записи автора Ночь ли странной назвать, невпопад растущей?
Когда та не розалией, кровью пенится.
Как заглянешь в сад погадать на кофейной гуще
Да в последний лунный исход месяца...

«Ты ли, девочка, звёзд семерицей призвана?
Брось-ка чашечку, возымей прозрение,
Раскали чечевицей картину присную
И росточек маленький людского семени» -

Бафомета* заветы рунным кружевом.
Не смотреть, гадать, но а в чаше - трещинки.
«На костре сгорел кто, будь разбуженной...
Безголовые ведьмы, вешенки!

Соломона пентаклем*, сестрички, милые,
На рога возьму я всё небо бычьи...» -
Бушевали в неясные грозы силы.
Ночь ли странной назвать?
Да нет...
Обычной...

Бафомет* - наиболее популярный облик демона — это символ жажды и «порождения мудрости".
Пентакль* - звезда Соломона, пентаграмма, представленная в виде пятиконечной звезды; является в своём роде символом принадлежности к оккультным наукам; используется в качестве амулета и оберега, а также необходим в ряду некоторых ритуалах вызова и запечатывания.

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора Чёрная моль, летающая по ночам, - это душа покойника. (Йоркшир).

Дождь с самого утра,
с ним захлебнулась в плаче.
Глушь старого двора
мой тихий голос прячет.

Весна ли ранняя
о снах волшебных т’ужит…
Скорбит душа моя
по неизжитой стуже.

Вбираю с плачем боль-
в виски, затылок - слышу,
три ноты: ре,фа,соль
бьют монотонно крышу.

Три ноты /снова боль!/
теперь стучатся в двери -
влетает в чёрном моль,
дрожащая потеря,

заблудшая душа –
мне ль в небылицы верить.
Но вижу, чуть дыша,
тебя в крылатом звере.

Полёт заворожит
под шёпот дум прилежных…
Тку суеверий нить
Так хрупко и так нежно.

Крапаней

КузнецоваЕлена (ПОДМОСТКИ) все записи автора МИРОВОЙ КРИЗИС, ИЛИ
ГДЕ ПРЯЧУТСЯ КУКЛОВОДЫ?



Когда нечто касается всех, обычно, говорят, что об этом не рассуждает только ленивый. Если это закон, то сегодня ленивых - 99,99999999…….% от всего населения земли. Потому что НЕЧТО – мировой экономический кризис.
Я не экономист, впрочем, а могут ли называть себя экономистами, настоящие экономисты? Например, водолаз, который не в состоянии выполнять работу водолаза, вряд ли полезет в воду, космонавт тоже останется на земле. По идее ни учитель, ни врач, ни инженер не могут обманывать окружающих, если не обладают необходимой квалификацией, чтобы заниматься профессиональной деятельностью, не имея должного образования. Но идея – не закон. Идея - область допустимого, а история ХХ и начавшегося XXI века показала - более чем допустимо.
Чем дальше в лес, то есть, в «цивилизацию», тем меньше ответственности для властей всех мастей. Нет, конечно, они с легкостью поклянутся всеми святыми и грешными, что «уж они-то!». И так захочется им поверить. Да и как не поверить? Приятно ведь рассуждать о добре и зле дома с чашкой чая за большим экраном собственно телевизора, или просматривая в интернете сводки с «гламурных» полей сражений, или внутри уютного кафе в хорошей компанией веселых приятелей.
Идейные баталии хороши в парламентских коридорах да на партийных съездах. Ведь те, кто за идею готов пойти на баррикады, давно получают от государства пенсии по старости и немощи. Крикунов на митингах в расчет брать не стоит. Эта категория граждан давно на оплате «заинтересованных» структур, оказавшихся вне кормушки власти.
Можно сказать, что каждый из нас – молчаливое большинство безразличных. Про таких один замечательный писатель, когда-то верно заметил – «самые опасные». Это за свой покой и достаток мы готовы … О-ГО-ГО! А общественное благополучие… Это уж пусть власти стараются, мы же им налоги платим (кто платит), вот им и … в руки! И совсем уж не хочется разбираться в резонах этой самой власти. А власть – те же безразличные, только уровнем повыше, - с радостью делегируют бремя принятия решений на…
На КОГО?
Кто эти ТЕ?
Хотим ли мы ЗНАТЬ, кто они?
И зачем ОНО нам?
Мы ведь так торопимся жить. Надо же быстрее добиться успеха, купить дом, машину, завести дачу или яхту, прикупить свечной заводик, побороться за нефтяную вышку или выиграть тендер на небольшую газораспределительную систему некой далекой страны… Много ли найдется особей людской породы, которых такая перспектива хотя бы не увлекает? Другое дело – встать на тропу достижений. Но мечтать-то не вредно. Однако, хватит лирики. Тем более, что скоро от нее и следа не останется. Тогда, что останется? А ничего. В прямом буквальном смысле слова. Доказательств тому много и… никаких. Впрочем, «ближе к телу», как советовал Мопассан.
И тело это – РОССИЯ. Можно, конечно, посмеяться, как еще совсем недавно: «Причем тут Лужков?» Но очень уж невесело в последнее время. Как же яростно нас убеждают, что Россия по старинке только и делает, что перестраховывается. И то - правда. Со времен Горбачева и Тетчер разговоры о том, что для «обслуживания России» достаточно и нескольких миллионов населения, периодически поднимают на свое знамя разные движения. И те, которые с этим не согласны, и те, кому эта идея по сердцу. Только верно и совсем не медленно мы опускаемся к этой цифре.
Интересно, а какая геометрическая регрессия была запланирована, что там еще на повестке дня? Как изволить нас планируется. С Россией импровизировать не стоит – у нее свой театр - народный называется. Для особенно сомневающихся можно порекомендовать отмотать лет 20 назад.
Каждый может вспомнить извилистую дорожку, по которой Россия буквально проползла кровавыми коленками. Чем только нас не «испытывали», в смысле - пытали? И этническими конфликтами на грани гражданской войны, и черными вторниками, и «шоковой терапией», и дефолтами, и разрушением всей промышленности, и разгоном структур, которые охраняли государственные тайны, и развалом армии, и отрицанием нравственности. Нам вбрасывали и продолжают вбрасывать гигабайтами ложь и дезинформацию, завозить тоннами отбросы, которые выдают за продовольствие, продавать яды под видом медикаментов и детских игрушек, впаривать опасные и устаревшие технологии под видом «ноу-хау».
Да мало ли еще какие «хау-ноу» «добрых цивилизаторов» ждут нас впереди. Они еще любят, устало и добродушно попахивая добротным парфюмом, посмеиваться в усы: «Какие смешные эти русские, везде им мерещатся заговоры». И, правда, русские – ТАКИЕ смешные! Очень доверчивые и простодушные.
Нам это всегда мешало, и, как не странно, всегда помогало. Все знают, что такое «нельзя», а мы все равно проверяем. И еще мы ох как не любим воевать! Да вынуждены. А каково это жить с такой историей, когда на каждый век несколько войн приходится?
Любой другой народ обязательно загнулся бы. Даже поза заранее известна. От нас того и ждут. Спросите, зачем это кому-то нужно? И есть ли эти КТО-ТО? Отсылаю всех к глобусу или на худой конец – к карте мира. Просто посмотрите на место, которое занимает Россия. Надо ли что-то после этого объяснять? Но приходится. Ну, не за что нас любить. Очень много места занимаем! Хоть и наше это место, а всем остальным обидно до колик желудочных.
И не стоит верить улыбчивым джентльменам с их гастритами. Они еще и не то порассказывают. Они вообще становятся очень красноречивы, когда вынуждены отвечать на неприятные вопросы, хотя чаще просто игнорируют спрашивающих. Наверное, среди этих холеных «господ» встречаются и совестливые. Но что-то плохо верится в их совесть.
Иначе трудно мне самой себе объяснить мировую реакцию на «шалости» кавказского мини-гитлера. У нас такое испокон веку принято называть «плюй в глаза – Божья роса». Да и на шалости содеянное любителем галстуков не тянет, - очень уж планчик занятный прорисовывается. И время было правильно определено – уикенд, и открытие летней Олимпиада, и мировые СМИ заряжены, и шпионы все правильно про русскую армию доносили, и Америка была готова тут же скинуть свой кризис на нас, как периодически и поступала последние 100 лет, и время года учли – лето теплое, безморозное. Мало ли, а вдруг? Хаживали уже и литовцы, и шведы, и поляки, и французы, и немцы – холодно в России зимой, однако. В одном ошибочка вышла. Они в этом – улыбчивые и цивилизованные - всегда и ошибались. В русской непредсказуемости, которую мы привыкли именовать - АВОСЬ. Да еще надоело щеки и задницы подставлять – было бы кому?
Понимаю мировое огорчение от русской неблагодарности! Мы к ним с … А они нас, как в том анекдоте про утюг, – валенком да валенком! Медведи необразованные, да еще и без связи с начальством! Так, наверное, если бы у русских связь была хорошая, им можно было объяснить, что грузины просто испытывают новое натовское горное оборудование. Ну, да, пушки и артиллерия, - горы они и на Кавказе – горы. Весь мир видел, что танки сбивали с горных вершин скопившийся снег. И только русские непонятно, где? - заметили случайно попавших под лавину осетин. Собственно, мир по-прежнему уверен, что русские сами во всем виноваты, - не стоит верить лицемерным протоколам, вынуждено подписанным из-за неопровержимых фактов. Гитлеришка, конечно же «сукин сын», но свой «сукин сын». Самое поганое, что смешал этот беспородный мануфактурный едок, ТАКИЕ КАРТЫ!
На кону-то была честь и слава мистера ДОЛЛАР! А этот горячий грузинчик только и делал, что галстук жевал да от самолетов бегал, аки спринтер. Да и русские тоже хороши. Такую ИДЕЮ загубили! Не удалось сбросить на них ПОЛНОЕ бремя кризиса. А ведь так все было продумано, подготовлено и просчитано. Но, это, как с «перезагрузкой». Хотели очки свои нам надеть, а вышла просто «перегрузка» - пробки повыскакивали. А мы знаем, что это такое, когда приходит монтер и выключает свет.
Заврались, господа хорошие, заврались. Мне еще в детстве папа говорил, не надо врать. А то замордуешься помнить, какую и кому лапшу на уши вешала? Так вот стоит ли верить раздатчикам лапши в том, что никаких территориальных интересов у них в России нет. Конечно, бизнес, технологии, инвестиции…
Кому они это все «впаривают»? Русскому мужику, который их, кровью заливаясь, из века в век вынужден за порог свой выставлять, каждый раз спасая мир от очередной «чумы»? Только вот ни разу победами своими мужикам нашим воспользоваться не пришлось. Почему? А ни почему. Потому что – русские! Такое вот бельмо с 6-ю часть глобуса на карте мира.
И то, правда, не за что нас любить. Мы ведь даже слабые – опасны. Есть в нас какая-то дурная силища. Хоть окружи нас со всех сторон военными базами, хоть скупи у нас на десятилетия все природные ресурсы, хоть баб наших определи в притоны на территориях «цивилизованных» стран, хоть унижай нас на спортивных аренах… А все равно, стоять будем, как последний солдат Брестской крепости – до конца, до донышка, до последней кровиночки. ЭТО – НАША ЗЕМЛЯ! Мы, конечно, глупые, но не марионетки. Мы привыкли своего ярмарочного Петрушку сажать на ладошку. После чего он, обычно, очень серчает и побивает ворогов простой палкой.
Так что, придется «мыслителям большой закулисы» со своим кризисом самим разбираться. Нам, конечно, тоже подгадили – не без того. Мы ведь не может без того, чтобы не «вляпаться» в какую-нибудь очередную «культуру». Вот кредитов попробовали, - сплошное несварение получилось. Что-то со времен царя Петра любая наша попытка встроиться в «цивилизационный» западный процесс заканчивается обычным банкротством и чертовщиной в виде «бироновщины».
И не стоит нас пугать последствиями кризиса. Ой! Мир скатывается к первобытнообщинному веку. Он у нас был самым лучшим временем – что посеяли то и лопали, и никакой тебе «игромании» в «монополию». Давно пора перестать обменивать леса на бусины. И какое нам дело до испарины в офисах разных уолтсритов?
А с ниточками, которыми кукловоды управляют деревяшками безмозглыми, у нас испокон неважные отношения. Да и не изобрели еще нитку для русского мужика. Он, конечно, очень пьющий и ленивый, а не марионетка. И доставать его не стоит. Очень уж гневлив бывает, когда достанут. До невозможности серчает на обидчика. Меч у него особенный, на русском АВОСЬ закаленный - на врага заточен, и бьет без промаха. В том смысле, что новые технологии, конечно, XXI век…
Но в России всегда – ЕЕ ВЕК!
Он у нас, как правило, даже до Урала не доходит – на Волге заканчивается.
Это, как таблицу умножения, было бы неплохо выучить тем, кто историю пытается переписывать.

Кузнецова Елена Юрьевна
www. e-kuznecova.msk.ru
e-mail ekuznecova@list.ru

Hooker (ПОДМОСТКИ) все записи автора Костюм от Brioni, собака - Кони, нет, просто тёзка, а сколько лоска, в гараже - 3 Mazeratti, пятиметровые кровати в особняке на Майорке. И пентхаус в Нью-Йорке.
Но он там редко бывает, на кармане всегда хватает на скромный ужин в Arpege или Aragawa. Всегда всем нужен, бабосы, удача, слава по жизни рядом, всего-то было надо: пару удачных партий - и все острова на карте уже открыты, все карты биты, любая толпа - личная свита, всё шито-крыто и общепризнанная элита осталась снизу. Любая виза проставлена по умолчанию, нет преступления - не будет и наказания.
Короче говоря, с периферийного лоха поднялся паренёк.
А вы ожидали подвоха?

raisanikolaevna (ПОДМОСТКИ) все записи автора «Это было, это было в той стране,
О которой не загрезишь и во сне».
Гумилёв

День был так бесконечно долог…
И ночь до самого утра
Баюкала у сердца холод,
И на висках сединка льда –
Напоминанье, что не молод –
Скорбит о прожитых годах.

А кажется ещё вчера
Плыл в мареве восточный город.
Под вздохи старого двора
На тополиных вечерах,
Лилово-розовых цветах,
Встречался с той, кто был мне дорог.

Счастливо-глупый и влюблённый
Я, верой в вечность напоённый,
Любимых глаз зовущий свет –
Зеленовато-золотистый:
Я не встречал таких лучистых –
Сменил на глянец скудных лет.

Томлюсь бессильными ночами
Желаньем всё перезабыть!
Иль ворожбой, богам дарами,
Неправдами и неправами,
Иль семимильными шагами
Вернуться в юность, чтобы жить….

Свою подругу-ночь печаля,
Комкаю выстраданный лист,
Где онемевшее отчаянье
Под ветра одинокий свист
Слов горьких связывает нить.
В ответ лишь тишина молчанья…

Нет, время не восстановить.

Крапаней


Игорь Венский